Чарлз Маккью начал допрос.
— Ваше имя? — бесстрастно произнес он.
— Сначала я хотел бы узнать, где я нахожусь и по какому праву меня задержали? — с презрительной усмешкой заявил Дик.
— Отвечаю, — не отрывая от него глаз, с холодным чиновничьим равнодушием сказал Чарлз. — Вы находитесь в здании двадцать второго территориального полицейского управления. Задержаны вы по обвинению в организации бандитского нападения в районе Бэдфул и убийстве, совершенном на территории этого района. Итак, ваше имя?
— Я могу утверждать одно: объектом бандитского нападения стал я сам. И требую немедленной связи с посольством.
— С каким?
— С португальским.
— Вы гражданин Португалии?
— Да. И представляю здесь интересы корпорации «Интернэшнл индастри».
— Меня, если вы поняли, интересует ваше имя.
— Жоан Роваско.
— Как? Как? Жоан? Что? Роваско? — Чарлз, казалось, взорвался хохотом, тупой, равнодушный, холодный чиновник исчез, растворился в воздухе, перед Чиверсом сидел задыхающийся от смеха весельчак, тыкающий в него пальцем, как в невидаль, вызывающую неодолимую веселость. Вдруг палец этот взлетел вверх и вместе с ладонью с треском опустился на стол. Гримаса отвращения на миг исказила лицо Чарлза, и оно опять стало спокойным.
— Представляю, какая физиономия была бы у капитана Рикардена, явись к нему вы под этим именем, — сказал он. — Разве не другое имя стояло в документах, которые вы ему предъявили, требуя выдать аппаратуру?
— Я не понимаю, о чем вы говорите. И еще раз требую связать меня с посольством. — Дик начал нервничать.
— Сейчас поймете. — Маккью вынул из ящика стола фоторобот «сотрудника министерства» и протянул ему: — Слишком многие, притом с профессионально наметанным глазом, видели вас здесь.
— Я отказываюсь разговаривать с вами до тех пор, пока не увижусь с представителем посольства.
— Какого посольства, капитан Чиверс? — повышая голос, проговорил Чарлз почти по слогам. — Я вас слишком давно и хорошо знаю. Жоан, Дон Кихот, Санчо Панса, Фидель Кастро… Хватит кривляться!
— Ах вот как! То-то вы сразу показались мне соотечественником! Тем лучше. — Дик чуть не вскочил со стула. — Тогда я требую немедленно связать меня с нашим посольством. И запомните, я не из тех, кто прощает глумление над собой.
Глаза Чарлза сузились, и он чуть заметно кивнул своему помощнику. Стул из-под Чиверса вывернулся, и на него обрушился град ударов, таких молниеносных и страшных, что сознание покинуло его раньше, чем он успел ужаснуться тому, что с ним происходит.
Очнулся он под сильной струей холодной воды, которая лилась ему на затылок, заливала глаза, текла за шиворот. Он оперся руками о раковину, почувствовал под ногами пол. Сильная рука выдернула его из-под струи.
— Умойтесь, — последовала команда, и на плечо его бросили полотенце. Все еще приходя в себя, он послушно умылся, вытерся полотенцем и увидел себя в зеркале. Похоже, процедура эта была предусмотрена, потому что увиденное потрясло его.
Помощник Чарлза рванул его назад и втолкнул в комнату для допросов.
— Запомните, Чиверс, любая угроза в мой адрес будет заканчиваться для вас плохо, — тоном, не предвещающим ничего хорошего, заявил Чарлз.
— Кто вы? — Голос плохо слушался Дика.
— Я — Чарлз Маккью. Это вам о чем-нибудь говорит?
— А-а, — протянул Чиверс, давая тем самым понять, что знает, с кем имеет дело, пытаясь уловить, почему Маккью позволяет себе то, за что ему придется расплачиваться собственной шкурой. — Верный и неподкупный, как любит говорить мой отец.
— Вот именно.
— А вы хоть понимаете, что поднимаете руку не только на разведку, но и на Уильяма Чиверса, а следовательно, и на «Бостонскую финансовую группу»?
— А вы, капитан, еще не поняли, что это меня не пугает? Я был лучшего мнения о ваших умственных способностях. Я хочу, чтобы до вас дошло: или мы находим с вами общий язык, и тогда вы уходите отсюда своими ногами; или мы не находим общего языка, и тогда вас уносят отсюда ногами вперед. Я даю вам на размышление два часа. А чтобы размышление это было плодотворным, приведу вам только один факт: на тридцать четвертом километре к югу от Бэдфула был выстрелом в голову убит человек. Экспертиза установила, что убит он был из револьвера, хранившегося у вас под мышкой. Идите и хорошенько подумайте, что мне еще о вас известно.
Через два часа Дик Чиверс опять сидел перед Чарлзом Маккью.
— Итак, я надеюсь, вы оценили ситуацию, Чиверс? Мой первый к вам вопрос: сколько людей действовало в Бэдфуле?