- Да, да опять я ничего не понимаю, - она буркнула, надкусив баранку и ехидно улыбнулась. Вкусно. С маком как она любит. – Просвети меня о милый мой муженек.
Он изобразил страдальческий вид, состроив бровки домиком и надув губы по-детски, так словно делал ей большую услугу.
- Искусство – это чувство, идея или эмоция. Как тебе удобно думай. Мысли и идеи в рассказах поэтов царской России? – она кивнула головой. Кощей оскалился довольно. – Вот, так и тут это что-то являющиеся отзвуками барабанов древних на жертвоприношениях и песнопениях на санскрите.
Морена задумалась, почесав затылок и заправив прядь выбившихся волос из пучка. Она не дурочка если уж на, то пошло. Кощей привел аналогию и ей стало понятно, более осязаемо понимать, что имеется ввиду под тонными словами и метафор, сложных сюжетов и вычурными обложками.
Музыку она помнила, барабаны, сотканные из кожи оленей, помнила и песнопения такие родные, но далекие тоже помнила. Она моргнула, смаргивая слезы с глаз и сделала жадный глоток чая.
Успокойся, успокойся. Не время реветь, дура.
Из открытых ставней оконных дул приятный холодный ветер осенний, Морена вдохнула полной грудью запах ежевики и сухих яблок. Скоро, совсем скоро придет зима. Пейзаж за окном непримечательный, покрытый ночной мглой и стрекотом сверчков. Уличные светильники не везде еще поставлены. Из радио в коридоре доносились звуки ночной передачи, передавали новости к последнему часу и погоду на завтра.
- Завтра рано вставать.
- Ага.
Как по советскому романтично они устроились и работают, она работает в школе учителем, а он слесарь-охранник. Хоть беги со сценарием на руках какому ни будь режиссёру, снимать коротенький немой черно-белый фильм.
Мара украдкой глянула на него, Кощей тоже взглядом в пейзажи темные вперился, а в глазах спокойствие простое. Мысль тонкая проскочила внезапно и хлестнула ее разум, опаленной мирной тишиной и ласковой холодной осенью. Она перегнулась через столик и запечатлела смазанный поцелуй
Он дернулся, вскинул голову на нее и растерянно улыбнулся:
- Ты чего? Внезапный прилив нежности?
Она рассмеялась заливисто и ласково, пригладив челку на лбу, вечно топорщащуюся из-за дешевых бигудей что никогда не могли уложить буйные снежные волосы. На щеках почему-то заалел легкий румянец. Может и правда внезапный прилив ласки?
- А может и да. Ты что-то имеешь против? – Морена вздернула подбородок гордо, блеснув ярким лукавым взглядом. – Муж мой.
Кощей оскалился в плутоватой улыбке, показав идеально белые зубы чуть-чуть острые если приглядится. Он не против, нет, нет. Зная Мару, что редко разменивается на какие-то нежности, все равно странно мило ловить такие моменты.
- О, нет конечно любимая. Просто я не привык к столь любезным подачкам со стороны госпожи холода и смерти.
Следом уже она закатила глаза, скалясь в кривоватой улыбке. Ведь знает, как поддеть!
- Оставьте, милый князь Нави. Приберегите лесть для нашего зауча завтра. Если опоздаем по твоей вине.
Кощей хмыкнул, достал из нагрудного кармана пенсне и нацепил на нос, изобразив из себя старика аристократа. Неужели он все еще хранил несчастное пенсне с девятнадцатого века, подаренной ей, когда на открытие железной дороги царем Александром? Она не знала умилятся ей или же заржать во всю голосину от того как комично выглядел образ чопорного, чистенько аристократа в современных марксистско-коммунистических реалиях?
- Ох, графиня моя вы мне льстите, - проглатывая гласные, хрипловато и с достоинством торговок и купцов отчеканил он. – Я же джентльмен, должен делать даме своей комплименты.
Морена хлопнула ладонью по колену и громко рассмеялась на всю квартиру. Святовитва борода! Держите ее семеро она сейчас грохнется!
На следующее утро быстро позавтракав, Кощей и Мара переоделись, спустились с шестого этажа квартирного дома. Ранее утро едва выступало в свои владения, светило осеннее солнце и дул холодной ветер. Редкие люди вываливались из домов, сонные и быстро спешили на остановки, чтобы поймать трамвай или автобус встречный.
Поймав трамвай, сели и за тринадцать минут кое-как доехали до школы, успев на первые уроки. Четкое следование школьным правилам требовало учителей исполнять их. Отписываться в журнале посещения у вахтера, обязательная проверка паспорта и только тогда впускают в само здание.
За исключением стопки других правил, особенностей профессии с которыми приходится мирится. Система образования сейчас закольцованный круг сансары. Ей богу, не знаешь, что лучше было в прежние времена или сейчас.