Но в Кощее было слишком много от Матери Сырой Земли.
Где бы она, сейчас не была слившись со своей стихией или умерев став реголитом.
Он ощущал силу смерти и холода, но она была больше стихийным потоком, вихрем костей в сырых землях.
Иногда это захватывало почти целиком. Не зря Мать Сыра Земля имела такой большой культ в древности, её силы чересчур много.
Иногда Кощей удивлялся как может поддерживать свой облик, не рассыпавшись в один момент гнилым мясом и представ в своем истинном воплощение сухого скелета. Тот облик его о котором написано в старых сказках.
- Зима должна успокаивать кости и мертвецов, - тихо сказала Морена.
Улыбнувшись, Кощей выпустил струйку дыма.
- Так было всегда. И до встречи с тобой в том числе, миэнэ диэлээх хотун.
- Костяной принц прям.
Морена хихикнула, прикрыв рот ладонью.
Кощей поморщился:
- Не напоминай.
***
Они остановились в одном из отелей, Анубис снял комнату на три месяца вперед, предполагая, что задержатся на долго. Луиза не была против смены обстановки. В Индии сам по себе тёплый климат, учитывая любовь Инпу к кофе и оладушкам с гренками в квартире всегда жарко.
Кара сидит на кровати, листая каталог телесериалов. Пульт от телевизора приятно лежит в руке, стакан кофе. Она вчитывается в названия и аннотации сериалов, хмурясь от раздражения. "Цвет страсти", "Женская доля" и "Сита и Рама". Её передернуло от отвращения, что за чепуха и дрянь нынче модна.
Амон заявил, что Луизе нужно приобщиться к "индийским сериалам". Его улыбка была такая широкая, что Луиза успела заподозрить неладное. Луиза не понимала, как могут быть популярны сериалы где мужчина преподносится едва ли не королем вселенной в ногах которого должна ползать женщина.
Поставив на паузу первую серию, она стала пересчитывать количество наложниц в гареме индийского императора и каждый раз сбивалась, начиная заново. Зачем вообще иметь при дворе столько женщин? Их же кормить надо, целое женское войско. Дверь спальни широко распахнулась и на пороге появился Анубис.
- Лу! Где мед к гренкам?
Она отвлеклась от подсчета денег на еду для гарема из тридцати женщин. Луиза сидит на краю кровати, напротив двери. Судя по интонации и виду, Анубис крайне зол. Он только вернулся из казино, поговорив с Кали и ее подружками из низших каст.
В любой ситуации он всегда пьет чай, привычка поняла потом Кара.
Он стоит в одних черных брюках и галстуке свисающего с шеи, похоже не успел до конца переодеться.
- Где? Я не ем гренки в сухомятку.
- На верхней полке смотрел?
Анубис молча ушел. Значит не смотрел. Все-таки жить в отеле тоже имеет свои недостатки, приходится привыкать к новой обстановке.
Пока он возился, Луиза включила серию сериала, которая не пугала своей аннотацией и названием. Сюжет про двух сестер её позабавил. Но когда в фильме появились любовный интерес девочек из-за которого они поссорились, непонимание Луизы возросло ещё больше.
Когда Анубис вернулся с банкой меда и жаренным хлебом в зубах, Кара подняла на него глаза и заявила:
- Ты должен был ходить от меня налево.
Судя по фильму от молодых девочек им нужны только деньги и брак на бумаге. И ничего еще не значит, что после медового месяца супруг все ещё будет любить, возможно бросит.
- Ага, - рассеянно отвечает Инпу.
Он поднял подушку повыше, уселся и прислонился к стене. Банка была открыта, Анубис щедро зачерпнул меда и отправил в рот. Луиза не понимала, кто кого приучил к своим традициям; то ли она пристрастила Анубиса к сладкому, или сам он открыл ей маленькие радости пахлавы и молочных пончиков? Возможно это смещение культур.
- И ты должен меня контролировать, проверять мой телефон. И запрещать работать.
Он посмотрел на её в изумлении:
- Зачем?
- Потому что ты сильный мужчина, а я слабая женщина.
Луиза отложила пульт от телевизора, подползла к нему и заговорщически прошептала:
- А еще ты должен был украсть меня из-под венца и увезти в пустыню.
- Что за парашу ты смотришь? - возмутился Инпу. - Амон насоветовал, да? У него что работы нет? Сам же жаловался, что последняя баба его трезвонит каждый день со слезами на глазах!
- У него творческий кризис. Продюсеры требуют сценария. Или он хочет услышать новые ругательства от тебя.
Амон работает в одной из кино студий, должность сценариста не прельстила, приходилось много писать. Но ему нравилось наблюдать как его текст оживал, превращаясь в чопорных шахов, пересчитывающих свои сокровища и красивых женщинах в сари со звенящими браслетами на руках.