***
Впервые с момента похищения, Бьянке удалось по-настоящему выспаться. Больше не надо было поминутно вздрагивать и прислушиваться, не раздадутся ли среди скрипа снастей тяжелые шаги капитана. Не нужно было гадать, кому продадут ее завтра на аукционе. Уставшая и измученная, она как убитая проспала всю ночь напролет.
Когда она проснулась, солнце уже вовсю било в окно, а занавески раздувались от горячего пустынного ветра. Бьянка чихнула от взметнувшейся пыли, выбралась из груды подушек и поднялась с низкой постели. Вчера она легла, не раздеваясь, на случай, если придется бежать, но к счастью все обошлось, и ночь миновала без происшествий.
Бьянка умылась из стоящего на туалетном столике кувшина и подошла к настенному зеркалу, чтобы придать себе как можно более «мужской» вид. Ненавистный рубец как всегда первым бросился в глаза, и сердце болезненно сжалось. Что за уродство!.. Но в образе парня, он ей даже на руку. Мужиков, как известно, шрамы украшают. Вот и славно! Лишь бы за женщину не приняли. Светло-серые глаза и бледная кожа не дадут сойти за алькантарца, но акцент и так выдает в ней чужеземца, так что придется с этим смириться.
Тонкая рубаха четко обрисовывала девичью грудь. Под жилеткой не видно, но лучше перевязать от греха подальше. Бьянка разделась, достала из кармана одно из тонких покрывал и плотно обмотала вокруг грудной клетки. Неприятно, конечно, но придется терпеть. Она снова облачилась в рубаху и жилет — и стала похожей на тощего паренька.
Лицо, даже несмотря на шрам, все еще казалось чересчур женственным. Бьянка мазнула пальцем по стоящей на полке масляной лампе, и провела им над верхней губой, растушевав полученный след. Ну вот, уже лучше. Если особо не приглядываться, то можно подумать, будто у нее пробивается темный пушок.
«Усики девственника», — хихикнула она про себя.
Она вынула из ножен кинжал, взвесила в руке. Грубая поделка, по сравнению с тем прекрасным засапожным ножом с перламутровой рукоятью, что отец заказал специально под ее руку. И почему она, дура, не взяла его с собой, когда они с Мией отправились к морю? Тогда, может, удалось бы отбиться от Умберто и его приспешников, и не случилось бы всего этого кошмара. Легкомысленная идиотка!.. Но что толку сейчас об этом жалеть?
Нужно проверить, сколько осталось денег. Не густо. Надо раздобыть еще, если она не хочет оказаться на улице. Интересно, в Алькантаре играют в карты? Отец показал ей пару трюков, так что может и удастся облапошить каких-нибудь заезжих дурачков.
Но как же узнать, что случилось с Мией? Она все еще в здании аукциона, или ее уже куда-то увезли? Пойти на базар и ошиваться вокруг в поисках сведений — не самая лучшая затея. Ее могут узнать и схватить. Кого-то нанять? Кому-то заплатить? Но для этого, опять же, нужны деньги.
Так ничего и не придумав, Бьянка решила спуститься и позавтракать. В обеденном зале посетителей было гораздо больше, чем вчера. Стук посуды и разговоры сливались в монотонный гул, а запахи жареного мяса и чеснока заставили рот тотчас наполниться слюной.
Бьянка увидела свободное место в дальнем углу помещения. Но чтобы добраться до него, нужно пройти мимо группы мужчин, сидящих на низком угловом диване вокруг уставленного блюдами стола. А вдруг они пристанут к ней или причинят ей вред? Да нет, что за чушь! Если она хочет спасти сестру, то должна взять себя в руки и перестать шарахаться от каждого встречного.
Бьянка опасливо проскользнула мимо незнакомцев, и к ее облегчению, они даже не взглянули на нее. Она устроилась в укромном уголке. Подошел хозяин и предложил отведать супа с фрикадельками.
Черпая ложкой наваристую похлебку и отщипывая тонкие кусочки лаваша, Бьянка тайком наблюдала за компанией. Их было пятеро, и первым ее внимание привлек великан, грозно нависающий над столом. Выглядел он необычно и весьма устрашающе. Огромный шрам пересекал его лицо, скрываясь под повязкой на левом глазу, а густая заплетенная в косички борода свисала на необъятную грудь. Жуть какая! Человек-гора.
Рядом с ним сидел мужчина лет двадцати пяти, с коротко стрижеными черными волосами. Кожаная безрукавка открывала мускулистые руки, густо обвитые узорами татуировок, а на шее болталось несколько амулетов.
Он обратился к человеку постарше, чье смуглое лицо окаймляла остроконечная бородка. Бьянка невольно прислушалась к их разговору.
— Ну что, Джамиль, этот сын ишака так и не собирается нам платить? — донеслось до нее.