— Не время для братских объятий, — пробормотал Амрен. Он приподнял сетку и отбросил ее в сторону. — Пора валить, мой юный друг.
С неистово бьющимся сердцем Бьянка вскочила на ноги. Следом поднялся Амрен. Они перемахнули через забор и дали стрекача.
Отбежав на приличное расстояние, они прислонились к стене, чтобы немного отдышаться.
— Не вовремя же ты появился, приятель, — проворчал Амрен. — Мне не хватило буквально нескольких секунд…
— Что?! — возмутилась Бьянка. — Я швырял-швырял вам камни в окно, и хоть бы одна сволочь выглянула! Да я твою задницу спас, скотина ты неблагодарная!
— Это уж точно, — поморщился Амрен, потирая ягодицу, изрядно пострадавшую в сражении с розовым кустом.
Бьянка проследила за его рукой и прыснула со смеху.
— Что ты на себя напялил, кретин!
Амрен опустил глаза и расхохотался. На нем были шелковые женские шаровары ярко-розового цвета.
Глава 20
Скрываясь в тени домов, Амрен и Бьянка добрались до убежища. На страже у ворот стоял Омар. Увидев на своем предводителе фривольные розовые штанишки, едва доходящие до середины голени, он в изумлении вытаращил глаза.
— Отлично выглядишь, атаман, — оскалился он.
— Я всегда отлично выгляжу, — бросил тот. — А будешь трепать языком — я тебе его укорочу.
Они вошли в холл.
— Что-то я замерз, — поежился Амрен. — Может велеть Мустафе растопить баню? Попаримся, заодно и поговорим?
— Нет! — поспешно пискнула Бьянка. Вот только бани с ним ей сейчас не хватало.
Он бросил на нее недоуменный взгляд.
— Ладно, как хочешь. Тогда подожди меня на кухне, выпьем чаю и обсудим то, что тебе удалось разузнать.
— Хорошо.
Он пошел на второй этаж, а Бьянка направилась в кухню. Начищенные сковородки, казанки и кувшины тускло поблескивали в свете масляной лампы. Печь была еще горячей. На полке обнаружился медный чайник, Бьянка наполнила его водой из-под крана и поставила на плиту.
Появился Амрен в домашней одежде, и они уселись на табуреты возле массивного деревянного стола.
— Ну, рассказывай. Удалось что-нибудь выяснить?
— Да, — Бьянка достала из кармана бумажку. — Мию купил за две тысячи золотых какой-то Фаррах Исмаил.
— За две тысячи золотых, — присвистнул Амрен. — Должно быть, твоя сестрица аппетитная штучка… Постой, ты сказал Фаррах Исмаил?
— Да. А что? Ты его знаешь?
— Знаю. Это главный евнух гарема нашего уважаемого султана, да побрал бы шайтан его душу!
— Султана?! — изумилась Бьянка. — Ты хочешь сказать, что Мия попала к самому султану?
— Похоже на то.
— И что теперь с ней будет?
Чайник забулькал, из носика повалил пар. Амрен поднялся и достал из шкафчика серебряную коробку. Насыпав из нее несколько ложек чая в фарфоровый заварник, он добавил горячей воды и накрыл его крышкой.
— Думаю, какое-то время ей ничего не грозит, — наконец сказал он. — Скорее всего, ее поместили в нижний гарем.
— Что это значит?
— Туда попадают все новые рабыни. Несколько месяцев ее будут обучать всему, что должна уметь наложница.
— И что же это? — насторожилась Бьянка.
— Язык, танцы, этикет… искусство ублажения мужчин.
— Что?! — ее глаза чуть не полезли на лоб.
— Да не переживай ты так. Мужиков к твоей сестре и на пушечный выстрел не подпустят. Она теперь — собственность султана, и только он имеет право к ней прикоснуться. Думаю, произойдет это не скоро… Если вообще когда-нибудь произойдет…
Бьянку удивила последняя фраза.
— Что ты имеешь в виду?
Амрен достал из буфета чашки и блюдца.
— Как ты думаешь, сколько у султана наложниц? — спросил он, наливая из заварника ароматный чай.
— Не знаю.
— Несколько сотен.
— Ничего себе! — присвистнула Бьянка. — И что, он их всех…
Амрен поставил на стол тарелку с кубиками зеленого и красного лукума, и плюхнулся на табурет.
— В том то и дело, что нет. Многих из них он даже никогда не увидит.
— Тогда зачем ему столько женщин? — спросила Бьянка, сделав глоток горячего чая. Благоухание жасмина приятно защекотало в ноздрях.
— Так положено, — в голосе Амрена послышалось явное неодобрение. — Он ведь султан — а значит должен иметь огромный гарем, чтобы оставить кучу наследников.
Бьянка хмыкнула. Обычаи этой страны нравились ей все меньше.
— Он что, местный бык-производитель?
— Что-то вроде того.
Бьянка откусила кусочек красного лукума. Вишневый. Очень вкусно!
— То есть, ты говоришь, что Мие пока ничего не угрожает? — уточнила она.
— Со стороны султана — нет. Но…
— Но что?
— Если твоя сестра так красива, что за нее отдали целых две тысячи золотых, то это может не понравиться кому-то из фавориток.