На дальнем конце улицы показался закутанный в паранджу силуэт. Лейла. Явилась, не запылилась. Бьянка подалась вперед, чтобы ничего не пропустить из их разговора.
— Удалось что-нибудь узнать? — вместо приветствия бросила мегера, едва приблизившись к Назиру.
Тот подошел к ней и приобнял за плечо.
— Давай отойдем подальше, — вкрадчиво произнес он.
Дернувшись, Лейла скинула его руку.
— Держи свои лапы при себе, — высокомерно бросила она. — Выкладывай, что там у тебя.
Однако Назир не собирался отступать.
— Не торопись, красотка, может сперва позабавимся?
В полумраке не было видно его лица, но Бьянка живо представила, как он кокетливо заиграл своей монобровью, и чуть не подавилась фисташкой, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех.
— Чего? — в полном недоумении протянула стерва. — Ты обкурился, что ли?
— Твоя неземная красота пьянит подобно гашишу, — голос Назира звучал пафосно и возвышенно. — Ты прекрасна, как… как… верблюд.
Бьянке пришлось зажать себе рот, чтобы хохот не выдал ее присутствие, но Лейле, похоже, было совсем не смешно.
— Что ты сказал? — злобно завопила она.
— Ну… эээ… Я имел в виду, что у тебя такие же глаза… Ты видела, какие у верблюдов красивые глаза? А твои сись… груди похожи на два горба… Я не имел в виду, что они такие же волосатые… я просто подумал: если побрить верблюду горбы, то они станут похожи на сиськи.
Резкий звук пощечины прервал его излияния. Бьянка на крыше забилась в истерике, а в переулке завязалась нешуточная возня. Назир, вдохновленный ее наставлениями, властно и дерзко хватал Лейлу за выпирающие части тела. Та визжала и ругалась, отчаянно отбиваясь от похотливого подростка. И поделом гадине! Нечего сюда таскаться!
Вдруг послышался стук копыт. Бьянка насторожилась. Кого еще принесло?
— Эй! Что происходит? Оставь женщину в покое! — раздался голос Амрена.
Проклятье! Кажется, сейчас все пойдет по незапланированному сценарию.
— Амрен, спаси меня! — истерично завопила мегера, бросаясь к нему.
Он натянул поводья.
— Лейла? Что ты здесь делаешь? Назир? Какого хрена тут происходит?
— Он пытался меня изнасиловать, — всхлипнула стерва.
Бьянка возмутилась. Вот же змея, хочет надавить на жалость!
— Наглая ложь! — завопил подросток. — Ничего такого не было.
— Еще раз спрашиваю по-хорошему: что вы оба тут делаете?
— Я так соскучилась! — запричитала Лейла. — Я пришла, чтобы увидеть тебя.
Бьянка похолодела. А вдруг она уговорит его вернуться к ней!
— Увидела? До свиданья! — сухо бросил Амрен.
Лейла вцепилась в его запястье.
— Пожалуйста, не прогоняй меня! Пойдем ко мне, мужа как раз сегодня нет дома.
Бьянка чуть не свалилась с крыши от такой наглости. Неужели он согласится?
Амрен отдернул руку.
— Нет.
Бьянка облегченно вздохнула, но соперница никак не успокаивалась.
— Хотя бы проводи меня! Уже темно, мне страшно возвращаться одной.
— Вот пускай Назир тебя и проводит.
— Нет, только не он! — взмолилась Лейла. — Он же меня изнасилует.
Амрен повернулся к подростку.
— Проводи госпожу домой, — велел он. — Хоть пальцем тронешь — убью! Понял?
— Угу, — буркнул тот.
— Прощай Лейла, и чтобы я тебя больше здесь не видел.
— Но Амрен… Постой, не уходи!
Но тот уже развернул коня, направляясь к воротам.
***
Яркое утреннее солнце разбудило Бьянку, постепенно выдергивая ее из сладкого забытья. Она лежала на спине, утопая в куче подушек, рука покоилась на чем-то твердом и продолговатом, а все тело приятно обдувал легкий ветерок…
Ветерок? Какой еще ветерок? Бьянка окончательно проснулась и обнаружила, что ночная рубаха задралась до подбородка, оставляя ее практически голой. Повернувшись, она натолкнулась на ошарашенный взгляд Амрена, а опустив глаза, увидела, что пальцы сжимают его возбужденный член через тонкую ткань шаровар.
О господи! Щеки вспыхнули от стыда. Бьянка резко одернула руку, хватаясь за рубаху, чтобы опустить ее, но Амрен повернулся набок и накрыл ее ладонь своей.
— Подожди, — хриплым ото сна голосом попросил он.
Сердце испуганно затрепетало. Спать с ним в одной постели оказалось плохой идеей. Сейчас он ее…
— Не бойся, я не трону тебя, — сказал Амрен. — Ты такая красивая.
— Нет, — пробормотала она, пытаясь опустить сорочку.
Он мягко сжал ее ладонь.
— Ты как пьянящее вино. Ты сводишь меня с ума.