— Да у тебя и денег-то нет, — глумливо бросила она.
Назир фыркнул.
— Даже если б и были, эти шлюхи все равно того не стоят.
Бьянка насмешливо окинула взглядом его нескладную фигуру, закутанную в серый мешковатый балахон.
— И чего же они, по-твоему, стоят?
— Меньше, чем пыль под моими ногами, — надменно заявил он.
— Вот поэтому они тебе и не дают.
— Что? Мне? Не дают? Да мне!.. Да я!.. — взвился Назир.
— Ага, помню-помню, — ехидно заметила Бьянка. — Коза и мама Рашида…
— Ах ты верблюжье дерьмо! — завопил подросток и кинулся на нее с кулаками.
Бьянка ловко выставила коленку. Назир налетел на нее пахом, взвыл от боли и согнулся в три погибели.
— Ах ты сын шлюхи, тысяча хренов в твою задницу! Да я тебя зарежу! Убью! Закопаю! На куски порву!
— Ага, — Бьянка закатила глаза. — Поджилки трясутся.
Перебрасываясь вялыми ругательствами, они простояли под домом около часа. Наконец, дверь распахнулась, и на улице показались их спутники.
— Возвращаемся, — сказал Амрен.
— Погоди, — робко попросила Бьянка.
— Да? Что такое?
— А мы можем сходить в порт?
— Зачем?
— Мне нужно отправить письмо.
— Кому?
— Моей семье о том, что со мной все в порядке.
— Ладно, — пожал плечами Амрен. — Идем, здесь недалеко.
Бьянка давно уже собиралась написать родным о том, что с ней приключилось, и попросить выслать подмогу. Ей было стыдно, но так будет гораздо проще спасти Мию. Все равно помощь прибудет нескоро, а она тем временем выяснит, где сестра находится сейчас.
Миновав несколько кварталов, наемники подошли к порту. Бьянке открылась уже знакомая картина: по набережной сновали сотни людей, грузчики таскали огромные тюки, повсюду были навалены свертки, бочки и ящики. Пробившись сквозь густую толпу, «Мечи» подошли к причалу. Море шумело и сверкало слепящими бликами, чайки с пронзительным криком вились над водой, а мачты и реи пришвартованных судов гордо возвышались на фоне бездонной небесной синевы.
Бьянка с опаской смотрела на корабли, неосознанно страшась увидеть на носу одного из них фигуру синей гарпии, но к счастью ее нигде не было видно. На пристани она заметила человека в треуголке, черном камзоле и с трубкой в зубах. Заложив руки за спину, он наблюдал, как матросы катят бочки по мосткам, переброшенным на небольшую галеру. Похоже, это был капитан.
— Здравствуйте, — сказала Бьянка по-ангалонски.
Он посмотрел на нее, опасливо покосился на ее спутников, и поклонился.
— Чем обязан?
— Меня зовут Бен. Вы капитан этого судна?
— Да, — ответил он, — чем могу помочь?
— Вы ангалонец?
— Да, а что?
Сердце Бьянки забилось сильнее.
— Скажите, вы случайно не собираетесь в Форталезу? — взволнованно спросила она.
— Нет, — покачал головой тот.
Бьянка тяжело вздохнула.
— Жаль. А вы не знаете кого-нибудь, кто плывет туда?
Капитан сокрушенно покачал головой.
— Не думаю, что в ближайшее время кто-то вообще поплывет в Форталезу.
— Почему?
— Говорят, там королевских дочек похитили. Их повсюду ищут. Границы закрыли, никого не выпускают. Суда задерживают в порту — обыски, допросы. Многие уже застряли там на неопределенный срок. Так что по своей воле мало кто сейчас туда сунется.
— Ничего себе, — опешила Бьянка. — А может все-таки кто-нибудь поплывет туда? Мне очень нужно передать одно письмо.
— Простите, юноша, ничем не могу вам помочь, — пожал плечами капитан. — Вы, конечно, поспрашивайте, может кто-нибудь туда и отправится, но только вряд ли.
Следующие полчаса Бьянка бегала от корабля к кораблю, расспрашивая капитанов и моряков, но от всех она слышала примерно одно и то же. В итоге ей стало понятно, что большинство судовладельцев промышляет не совсем законной торговлей. Обычно чиновники Форталезы за небольшую мзду закрывали на это глаза, но сейчас риск подвергнуться тщательному досмотру в присутствии княжеских дознавателей был особо велик, и никто не хотел чтобы при этом всплыли его темные делишки.
В конце концов ей удалось найти шкипера какого-то суденышка, который вроде бы собирался в Мерганию, а затем на обратном пути, если к тому времени в Форталезе утихнет переполох и ветер будет попутным, возможно зайдет туда на пару дней. За призрачную надежду, что письмо когда-нибудь дойдет до адресата, он слупил с Бьянки все ее оставшиеся деньги, и небрежно сунул конверт в свой карман.
Бьянка поняла, что в ближайшее время подмоги ждать не придется, и рассчитывать нужно лишь на себя. Она еще раз порадовалась, что попала в банду Амрена, и печально вздохнула, украдкой взглянув на его статную фигуру, когда они возвращались домой.
Глава 16
Вернувшись домой, Амрен собрал наемников в общем зале. Когда все расселись, Мустафа принес раскуренный кальян, и по комнате разлился сладкий аромат меда и пряностей.
— Шариф предложил нам выгодное дельце, — объявил Амрен, поднося к губам мундштук. Он сделал затяжку и передал трубку сидящему рядом Джамилю. — Он привез товар, но стражники конфисковали его и увезли на свой склад. Мы должны проникнуть туда и выкрасть его обратно.
— Что за товар? — поинтересовался Шахим — молодой наемник с длинными волосами, стянутыми на затылке в хвост.
— Гашиш, смешанный с опиумом. Особый сорт — очень дорогой.
— А на какой склад его увезли? — спросил Ибрагим.
— Тот, что возле казармы, — сказал Джамиль, протягивая ему кальянную трубку.
— Что там с охраной? — полюбопытствовал Абдул.
— Внутри охраны нет, но сам склад расположен на территории казармы, а там, разумеется, полно стражи.
— Стражу я беру на себя, — ухмыльнулся гигант.
— Нет, — отрезал Амрен, — будем действовать тайно. Лишние проблемы нам ни к чему. Ибрагим, раздобудь план и выясни о складе как можно больше.
— Слушаюсь, атаман, — кивнул тот и передал трубку Бьянке.
Она недоуменно покрутила в руках резной мундштук из темного дерева, нерешительно поднесла его к губам, вдохнула. Теплый медовый дым проник в легкие, окутывая горло тягучим сладким ароматом. Тело охватила приятная дрожь, переходящая в истому. Бьянка подняла взгляд на Амрена и вздрогнула, столкнувшись с его черными, блестящими как спелые черешни, глазами.
— Ты и Шахим пойдете со мной, — сказал он.
Сердце учащенно забилось. Неужели ее возьмут на задание?
— Слушаюсь, атаман, — бойко воскликнул Шахим.
— Они ведь оба зеленые новички, — заметил Джамиль.
— Ничего, — ответил Амрен. — Справимся. Заодно посмотрю на них в деле.
***
Цитадель городской стражи каменной громадой высилась на окраине Мирсадина. Окруженная стеной территория надежно охранялась, и проникнуть на нее было невозможно. Склад примыкал к казарме, глухая стена которой выходила на пустырь. Если залезть на крышу этого здания, то с нее можно будет перебраться на склад и проникнуть в него через окно.
Стоял адский зной. На небе не было ни облачка, а жаркий ветер гонял по земле песчаную пыль из пустыни. Бьянка, Абдул и Шахим подошли к задней стенке казармы. С собой они привели двух запряженных в телеги ослов. Мужчины принялись снимать с повозок длинные деревянные стойки и возводить подобие строительных лесов, пока Бьянка размешивала в огромной бочке известковый раствор.
К ним тут же подскочил стражник.
— Кто вы кто такие? Что здесь происходит? — сердито осведомился он.
— Приказ господина Бахтияра, — ответила Бьянка, невозмутимо помешивая известь. — Нам велено оштукатурить стену.
— Мне никто не сообщил об этом приказе, — возразил солдат.
Абдул и Шахим продолжали спокойно стучать молотками, даже не удостоив его мимолетным взглядом.
— А мы тут при чем? — лениво бросила Бьянка. — Спроси сам у господина Бахтияра.
По всей видимости стражнику совсем не хотелось беспокоить капитана по таким пустякам, тем самым признаваясь в собственной некомпетентности. Тем более, у Бахтияра был сегодня выходной. Солдат еще раз посмотрел на облупившуюся стену, перевел взгляд на неторопливо работающих строителей, и ушел.