В образе Бена она могла тайком наблюдать за Амреном с безопасного расстояния, но теперь, раскрывшись перед ним, обнажив свое тело и душу, она почувствовала себя беззащитной. Да, сейчас он сдержался, не стал ее ни к чему принуждать, но что если он все-таки потребует от нее близости? Она не сможет… После того, что эти два негодяя сделали с ней, она никогда не сможет…
— О чем задумалась? — его ладонь мягко коснулась ее руки.
Бьянка вздрогнула.
— О том, что будет дальше.
— А чего бы тебе хотелось?
«Чтобы этот ужас на корабле никогда не происходил. Чтобы я могла обнять любимого мужчину, не опасаясь жутких воспоминаний. Чтобы мне больше не приходилось просыпаться по ночам в холодном поту, снова и снова переживая этот кошмар».
— Мне кажется, не стоит ничего менять, — вслух сказала она. — Ты ведь не расскажешь остальным?
— Что ты — девушка?
— Да.
Амрен задумчиво отхлебнул чай.
— Нет, если ты этого не захочешь.
— Спасибо, — Бьянка вздохнула с облегчением.
— Но что ты скажешь о моем предложении? — бездонные глаза пронзили ее насквозь. — Ты согласна стать моей возлюбленной?
Длинные пальцы пробежались по ее запястью. Сердце сжалось от тоски.
— Но я не могу, — Бьянка умоляюще взглянула на него.
Амрен отставил чашку и взял ее руки в свои. Его ладони такие теплые! Вот бы зажмуриться, откинуть голову и просто наслаждаться этим прикосновением.
— Я не буду ни на чем настаивать, — мягко произнес он. — Просто будь рядом. Клянусь, я не трону тебя, если ты сама этого не захочешь.
— Я не знаю…
— Давай попробуем.
Бьянка шумно выдохнула. Как же ей хотелось быть с ним! Как же ей хотелось быть нормальной!
— Хорошо…
Он поднес ее ладони к губам.
— Просто будь со мной.
Она погладила его по щеке, чувствуя, как жесткая щетина приятно покалывает пальцы.
— Я попытаюсь. Но я и дальше буду жить в своей комнате.
— Она слишком маленькая и неудобная, — возразил Амрен. — Я подыщу тебе что-нибудь получше.
— Не страшно. Я привыкла, мне и такой вполне хватит.
— Но там нет ничего, кроме матраса и сундука!
— А мне большего и не надо.
Он с удивлением уставился на нее.
— Впервые встречаю женщину, которой ничего не надо. Я велю Мустафе принести тебе кровать.
— Не нужно. На матрасе спать прохладнее. Разве что…
— Что?
— Мне бы хотелось иметь возможность мыться, когда я захочу… А то я все время должна тайком пробираться в баню, пока там никого нет.
Амрен улыбнулся.
— Ага, припоминаю, как ты стащила мою одежду.
— Зачем ты вообще тогда пошел в баню, у тебя же своя ванная комната?
— Накануне сломался насос, и Мустафа не смог закачать воду в бак на крыше, — пояснил он. — В-общем так: я дам тебе ключи от своей комнаты. Ты можешь приходить туда в любое время, пользоваться ванной, читать книги, делать все, что захочешь. Можешь даже спать на моей кровати, я уйду на диван.
— Спасибо.
— Но есть одна вещь, — он на секунду смутился. — Так как ты и дальше собираешься для всех оставаться «Беном», то постарайся, чтобы никто не заметил, как ты ко мне заходишь.
— Хорошо, — кивнула Бьянка.
— Не пойми меня неправильно, просто не хочу лишних пересудов. Кто-то может подумать, что у их главаря появился любимчик, или кое-что похуже…
— Понимаю.
— В лицо они не посмеют мне ничего сказать, но пойдут разговоры. Я же их знаю — они хуже базарных торговок, — Амрен на миг замолчал, затем добавил. — А может, все-таки признаемся, что ты девушка? Тебе не о чем волноваться, мою женщину никто и пальцем не посмеет тронуть.
— Лучше не надо. Я постараюсь, чтобы никто ничего не заподозрил.
— Ну ладно. — Амрен нежно поцеловал ее руку. — Как же я рад…
— Чему?
— Тому, что «Бен» оказался «Бьянкой».
Глава 27
Некоторое время назад…
Увидев высокие стены из светлого камня, Мия сообразила, что их привезли во дворец, но не успела она толком ничего рассмотреть, как их завели внутрь. Пройдя по длинным, коридорам, освещенным трескучими факелами, пленницы оказались в просторном двухъярусном помещении. Мебели в нем почти не было, лишь вдоль стен простирались ряды тюфяков, отделенных от центрального прохода плотными занавесками, а по углам стояло несколько низких столиков. В комнате находилось множество женщин. При виде вошедших они встрепенулись, все как одна поворачиваясь в их сторону.
Мия оробела от такого пристального внимания, но тут к ней и ее спутницам подошла пожилая дама в шуршащем зеленом платье. Брезгливо поджав губы, она велела новоприбывшим выстроиться в ряд. Остальные обитательницы гарема принялись хихикать и перешептываться, бесцеремонно разглядывая их.
— Что за оборванки! — услышала Мия в нестройном хоре голосов и подняла глаза.
На балкончике стояли три красивые молодые женщины в разноцветных одеяниях. Небрежно облокотившись на резные перила, они с презрением глядели на новеньких.
— Сами такие! — парировала Сальма и показала насмешницам язык.
— Как ты смеешь! — возмутилась старуха. — Ты находишься в гареме самого повелителя и с этой минуты должна вести себя подобающе.
— Простите, — закатив глаза, буркнула та.
— А ну все живо по комнатам, а то всыплю плетей! — позади прозвучал необычный голос — слишком низкий для женского, и слишком высокий для мужского.
Продолжая хихикать, красавицы скрылись за дверью. Оглянувшись, Мия увидела высокого полного человека в полосатом кафтане и синем тюрбане. Оказывается, здесь есть и мужчины?
— Отведите их в баню, — велела дама в зеленом платье прислужницам. — Пусть их осмотрит лекарша.
Пленниц снова вывели в коридор. Мия старательно вертела головой, но кроме настенных факелов и ажурных дверей под полукруглыми арками, ничего примечательного по дороге не попадалось.
Впереди гулко послышался звук шагов, и из-за угла показались несколько женщин. Возглавляла процессию величественная дама в атласном фиолетовом одеянии со сверкающей диадемой на голове.
Повинуясь внезапному порыву, Мия кинулась ей в ноги.
— Госпожа, прошу вас, прикажите отпустить меня! Я из очень знатной семьи!
На холеном властном лице промелькнуло удивление. Дама надменно подняла бровь.
— Как тебя зовут? — холодно спросила она.
— Мия. Я — принцесса. Мой отец — король Хейдерона. Умоляю, помогите! Спасите меня!
Женщина явно опешила от такой дерзости.
— Запомни, Мия, — слова словно ледышки скатывались с ее губ, — неважно, из какой ты семьи, и кто твой отец. Ты — собственность султана Османа, и теперь только он решает твою судьбу. Уходи, и больше не смей попадаться мне на глаза!
Бросив эту фразу, дама горделиво удалилась. Ее свита последовала за ней.
— Ты с ума сошла? — налетела на Мию обретшая, наконец, дар речи прислужница. — Тебе жить надоело? Да ты хоть понимаешь, с кем ты сейчас говорила?
— Нет.
— Ты осмелилась побеспокоить супругу самого повелителя — госпожу Зухру! Да стоило бы ей хоть слово сказать — и тебя задушили бы на месте. Как тебе только в голову такое пришло!
— Но, мне показалось, что она сможет мне помочь, — залепетала Мия. — Я ведь непростая рабыня! Мой отец — король! Если он узнает о том, что меня удерживают здесь, дело может кончиться войной!
— Никто никогда ничего не узнает, — отрезала прислужница. — Будь ты хоть принцессой, хоть королевой, запомни: ты останешься здесь навсегда.
— И мой тебе совет, — добавила вторая. — Никому не рассказывай эти байки. Была здесь у нас одна такая пару лет назад, тоже говорила, что она — принцесса. Мергании, кажется.
К своему удивлению Мия вспомнила, что одна из дочерей мерганского короля действительно пропала без вести несколько лет назад. По слухам, корабль, на котором она плыла к своему жениху, потопили пираты. Несчастную девушку так и не нашли. Неужели она оказалась здесь?