Между тем впереди показались каменные ступени — выход в подвал. Теперь нужно быть начеку. По словам Вакиля, постоянной стражи в подземелье нет, но его регулярно обходит патруль.
— Дальше осторожнее, — Амрен взял Бьянку за руку.
Она быстро пожала его ладонь и кивнула, пониже надвигая капюшон.
Поднявшись по лестнице, они остановились на небольшой площадке перед, казалось бы, глухой стеной. Где-то здесь должен быть потайной рычаг. Наморщив лоб, Амрен попытался вспомнить, как мать закрывала за собой дверь. Кажется, где-то слева. Пальцы нащупали небольшой выступ. Амрен нажал на рычажок, и часть стены с легким стуком поддалась, провернувшись на скрытых петлях.
Амрен и Бьянка оказались в узком коридоре с нависающим полукруглым сводом. Дрожащий свет настенных факелов едва разгонял густую темноту. Амрен оглянулся по сторонам, воскрешая в памяти расположение помещений.
— Сюда, — он указал направо, и они пошли вдоль рядов деревянных и решетчатых дверей.
Здесь хранились съестные припасы, и в воздухе витали ароматы вяленого мяса и сушеных трав. Знакомый запах будто погрузил Амрена в прошлое. Он вернулся в то время, когда был вынужден бежать из дворца, снова превращаясь в испуганного подростка. Он никогда не был трусом, но тогда его до дрожи страшила лежащая впереди неизвестность.
За углом послышались шаги. Стражники! Схватив Бьянку за руку, Амрен втолкнул ее в первую попавшуюся дверь. Они оказались в помещении, где вдоль стен возвышались ряды огромных бочек. Стук сапог приблизился, скрипнула дверь. Амрен и Бьянка втиснулись в узкий промежуток между кирпичной кладкой и круглым дубовым боком, тесно приникнув друг к другу.
Непроглядный мрак на несколько секунд озарился мерцанием факела — охранник прошел мимо. Не заметив чужаков, он вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь. Погреб вновь погрузился в темноту. Амрен сжимал Бьянку в объятиях, ощущая частое биение ее сердца. Тихое дыхание возлюбленной нежно щекотало шею. Еще немного, и он забудет, зачем они вообще сюда пришли. Не удержавшись, он запечатлел быстрый поцелуй на ее сладких губах. Она крепко прильнула к его груди. Аромат ее кожи мгновенно распалил в нем огонь. Было бы у них время, он взял бы ее прямо сейчас!
— Нужно идти дальше, — шепнул он ей на ухо, с огромным трудом отстраняясь от такого желанного тела.
— Идем, — с явным сожалением согласилась она.
Когда шаги охранника затихли вдали, Амрен и Бьянка вышли из погреба и отправились дальше по мрачному коридору. Перед каждой развилкой они останавливались, прислушивались и осторожно выглядывали из-за угла. В подземных лабиринтах легко было заблудиться, но в детстве Амрен много раз сбегал от надоедливых нянек и занудных учителей, прячась от них в этих узких закоулках. Ему нравилось изучать таинственные проходы, исследовать склады и тюремные камеры, однако о тайном подземном ходе он узнал только в ночь побега.
С тех пор минуло двенадцать лет, но казалось, что прошла целая вечность. Все эти годы Амрену пришлось бороться за выживание. Скитания по пустыне с кочевниками, роль пушечного мяса в уличных бандах, шаткое лидерство в «Кривых мечах» — изнеженный принц Амрен остался в далеком прошлом, а нынешний Амрен — атаман шайки головорезов — знал, какова на самом деле жизнь за пределами дворца. Знал, что в ней полно грязи, боли и страданий, а неумолимая смерть следует за тобой по пятам.
Добравшись до каменных ступеней, они поднялись в башенку, расположенную в укромном уголке дворцового парка, и вышли наружу. Застывший ночной воздух благоухал подстриженной травой и цветочным нектаром. Когда-то Амрен любил здесь гулять с матерью и играть с братьями, хоть у них и нечасто получалось урвать время для развлечений.
Мия будет ждать у входа в гарем. Нужно пересечь сад и встретить ее там. Амрен достал из кармана часы — без пяти час. Они как раз вовремя. Сейчас Вакиль должен отвлечь стражу.
И действительно, не прошло и пары минут, как откуда-то донесся пронзительный вопль: «Пожар! На помощь!»
Спрятавшись в закутке, образованном двумя глухими стенами, Амрен услышал, как дворец пришел в движение. С разных сторон раздался топот сапог, послышались взволнованные голоса. Потянуло дымом, а на противоположном краю сада мелькнули отблески пламени. Очевидно Вакиль поджег одну из беседок, во множестве раскиданных по парку. Стражники кинулись тушить пожар, а Амрен велел Бьянке ждать в укрытии и помчался зигзагами через сад, стараясь держаться в тени деревьев.
В условленном месте недалеко от входа в гарем стояла девушка в темном плаще.
— Тебя привел Вакиль? — шепотом спросил Амрен.
Незнакомка кивнула.
— Идем! — он схватил ее за руку и потащил обратно.
Через пару минут им удалось достичь того места, где в нетерпении переминалась с ноги на ногу Бьянка.
— Мия! — она хотела было кинуться к сестре на шею, но Амрен остановил ее.
— Не сейчас. Нужно уходить!
Вернувшись в башенку, беглецы спустились в подвал. На этот раз стражников не было, и им без препятствий удалось добраться до подземного хода. Когда за ними захлопнулась потайная дверь, и Амрен зажег факел, Бьянка наконец решилась дать волю чувствам.
— Мия! — прошептала она, порываясь обнять девушку.
Незнакомка откинула с головы капюшон. Русые волосы пышной копной упали на плечи.
— Ты кто? — недоуменно спросила Бьянка.
Глава 38
Амрен бросил удивленный взгляд на незнакомку, затем перевел его на Бьянку.
— Это не Мия?
— Нет, — в полном недоумении ответила та.
— А кто?
Тут подала голос беглянка:
— Я звать Мари, — на ломаном алькантарском сказала она.
— А где Мия?
— Она… Э-э-э, — девушка не смогла подобрать слов, очевидно плохо зная язык.
— Ты говоришь по-хейдеронски? — нетерпеливо поинтересовалась Бьянка.
— Не понимать.
— По-ангалонски?
— Чуть-чуть.
— По-мергански?
Амрен не знал мерганского, но судя по реакции Мари, этот язык был ей родным. Бьянка задала ей несколько вопросов, затем повернулась к нему.
— Она говорит, что Мии здесь нет.
— А где она?
— Я как раз и пытаюсь это выяснить.
— Шайтан! Неужели этот ишак Вакиль все напутал? Ладно, нужно уходить отсюда.
По дороге к выходу из пещеры Бьянка принялась засыпать девушку вопросами, а Амрен снова погрузился в свои мысли. В памяти всплыла ночь побега. Треск факелов, запах дыма, теплая рука матери, сжимающая его ладонь. Через пару дней уже он судорожно стискивал ее кисть — искалеченную, липкую от крови — когда она умирала на его руках.
Амрену стало не по себе. По спине пополз холодный пот, жуткие видения вихрем пронеслись в голове. Воспоминания, которые он хотел бы забыть, снова и снова вставали перед глазами, терзая душу, казалось бы, давно утихшей болью.
— Амрен!
Он встрепенулся, только сейчас осознав, что Бьянка уже несколько раз назвала его по имени.
— Что?
— Как открыть эту дверь?
Он на миг закрыл глаза. Кажется, справа внизу. Пальцы нащупали паз между камнями, Амрен нажал на рычаг, и в стене что-то щелкнуло. Беглецы вышли наружу. В лицо повеяло свежим ночным воздухом, небо сияло мириадами звезд, а где-то вдали раздавался истерический хохот гиены.
— Что она говорит? — поинтересовался Амрен по пути к месту, где их дожидались лошади. — Где твоя сестра?
Бьянка тяжело вздохнула.
— Как я поняла, Мия была в гареме, но пару недель назад ее увезли.
— Куда?
— В гарем какого-то принца. Подарок на день рождения, или что-то вроде того… Мне кажется, что-то путает.
Амрен задумчиво поскреб колючий подбородок. В голове мелькнула догадка.
— Погоди-ка, — он повернулся к мерганке. — Эй, ты не помнишь, как зовут того принца? Случайно не Селим?
— Да, — кивнула та, — Селим.
— И что это значит? — Бьянка вопросительно уставилась на него.
— У моего брата Селима через две недели день рождения. Видимо отец решил подарить ему новых наложниц. Скорей всего Мию перевезли в его гарем, чтобы подготовить сюрприз.