— Нет, — встрепенулась Бьянка.
— Ты ведь дочь короля…
— А ты — сын султана.
— Был когда-то, — горько усмехнулся Амрен. — Теперь я никто, и мне нечего тебе предложить.
— Мне ничего не нужно, кроме твоей любви, — твердо заявила она.
Если бы все было так просто. Она — принцесса, привыкшая к роскоши и богатству, а он — изгнанник, которого вышвырнули из рая. Зачем он ей? Что он может ей дать?
Амрен поднял голову, всмотрелся в ее прозрачно-серые глаза с маленькими свинцовыми крапинками, и вдруг с болезненной ясностью понял, что пойдет ради нее на все. Понял, что весь мир положит к ее ногам, только бы эти глаза никогда не затуманивались слезами.
— Как ты думаешь, — он взял ее ладони в свои, — твой отец согласится на наш брак?
Бьянка вздрогнула и ошеломленно уставилась на него.
— Не знаю.
— Тогда я украду тебя… — он помедлил, ощупывая взглядом каждую черточку такого родного лица. — Ты выйдешь за меня замуж?
— Да, — тихим выдохом сорвалось с ее губ.
Грудь наполнилась искристым теплом. Амрен поцеловал Бьянке ладони. Он был готов за нее умереть.
— Тогда мне больше нечего желать, — поднявшись со скамьи, он крепко прижал возлюбленную к себе.
Несколько чудесных мгновений они простояли в объятиях друг друга.
— Мы, кажется, пришли сюда купаться, — наконец лукаво заметила Бьянка.
— Точно.
Амрен потянулся за ковшиком, но она остановила его.
— Давай помогу.
— Ладно.
Он сел на теплую скамью, а Бьянка набрала в чашу воды и вылила ему на волосы. Капнув на ладонь жидкого мыла, она принялась намыливать ему голову. Ее пальцы неспешно взбивали благоухающую пену, мягко терли виски, нежно массировали затылок. Как приятно! Глаза сами собой закрылись от удовольствия.
Амрен расслабленно откинулся назад.
— Ты просто чудо! Теперь мне намного лучше.
Бьянка довольно хмыкнула, снова наполнила чашу и смыла пену с волос. Склонившись над Амреном, она поцеловала его макушку. Густые черные пряди упали ему на лицо, и он с наслаждением вдохнул их цветочный аромат. Теплые ладони опустились ему на плечи, мягкие губы коснулись шеи.
У него сбилось дыхание, в паху стало горячо.
— Иди ко мне! — он схватил Бьянку за руку и рывком усадил к себе на колени.
Их губы слились в жарком поцелуе, а его пальцы тем временем ловко развязывали узел, скрепляющий ее полотенце. Бережно, словно драгоценный подарок, Амрен высвободил Бьянку из махровой ткани и накрыл ладонью влажную упругую грудь.
Поцелуй стал обжигающе страстным. Амрен никак не мог насытиться сладкими губами возлюбленной, напористо проникая языком в ее соблазнительный рот. Бьянка с пылом отвечала ему, жадно зарываясь пальцами в его волосы. Отвердевший член беззастенчиво оттопыривал полотенце, настойчиво упираясь в ее бедро.
Амрен стал целовать ее шею, упиваясь чуть солоноватым вкусом прохладной кожи. Затем добрался до маленького ушка, очертил кончиком языка изящную раковину, втянул в рот нежную мочку. Бьянка тихо застонала, в изнеможении склоняя голову ему на плечо.
В следующий момент ее рука бесстыдно нырнула под полотенце. Острое удовольствие разлилось внизу живота. Откинувшись назад, Амрен закрыл глаза. О, Бурхан всемогущий, что она вытворяет! Дыхание стало тяжелым и прерывистым, возбуждение накатывало раскаленными волнами. Еще чуть-чуть, и он не выдержит.
Амрен перехватил ее запястье.
— Хватит, — простонал он. — Ты сведешь меня с ума!
— Я этого и хочу, — шепнула она.
— Не так быстро.
Бьянка поднялась с его колен, а он остался сидеть на скамье. Ладони медленно прошлись по ее телу. Плавный изгиб талии, крепкие округлые ягодицы — она само совершенство! Сгорая от нетерпения, Амрен притянул любимую к себе, и нежная девичья грудь, покрытая серебряными капельками воды, оказалась прямо перед глазами.
— Что ты со мной делаешь, Бьянка! — он обвел языком набухший розовый сосок и втянул его в рот.
Она запрокинула голову, с губ сорвался протяжный стон. Рука скользнула ей между ног. Да она вся течет! Бьянка порывисто подалась вперед, насаживаясь на его пальцы.
— Какая ты мокрая! — заворожено выдохнул он.
— Это ты во всем виноват, — в полузабытьи пробормотала она.
Амрен не мог больше ждать. Мысли путались, тело пылало от возбуждения. Страсть сжигала его дотла, и он хотел только одного — взять ее здесь и сейчас.
Он поднялся с лавки, развернул Бьянку задом и крепко прижал ее к себе. О, это мягкое податливое тело! О, эти густые смоляные волосы, нежный изгиб шеи, тонкие ключицы под кончиками пальцев… Он хотел ее до безумия. Здесь и сейчас!
Одной рукой он обхватил ее под животом, второй слегка надавил между лопаток. Покоряясь его желанию, Бьянка забралась коленями на застеленную полотенцем скамью, оперлась на локти и призывно выгнула спину. До боли соблазнительное зрелище мигом заставило вскипеть в жилах кровь.
Он вошел в нее и чуть не задохнулся от удовольствия.
— Какая ты горячая! — он на миг замер. Этот потрясающий момент слияния в единое целое!
Первые толчки были плавными и неспешными. Ладони упоенно гладили тонкую талию, ненасытно скользили по шелковистой спине. Смуглые татуированные руки четким контрастом выделялись на фоне алебастрово-белых ягодиц…
— Моя. Вся. Без остатка!
Бьянка с готовностью подавалась ему навстречу, чуть заметно вращая бедрами, и это доводило его до исступления. Он ускорился. Через несколько секунд она застонала, и Амрен ощутил внутри нее жаркие, ритмичные, всепоглощающие волны.
Он почти потерял над собой контроль. Крепко обхватив ее бока, он стал вбиваться в нее на всю глубину, а она кончала снова и снова, страстно подчиняясь его напору. Сердце бешено колотилось, пах сводило от сладкого напряжения. Быстрее! Еще быстрее! Да! Да! О, да-а! В животе будто сжалась, а затем резко лопнула тугая пружина, посылая по всему телу мощные заряды блаженства. С хриплым стоном он стиснул ее бедра и рывком притянул к себе, глубоко насаживая на член. Еще несколько рваных толчков, и Амрен, задыхаясь, упал на нее сверху.
— Я буду любить тебя до конца своих дней, — прошептал он, осыпая благодарными поцелуями ее спину.
Глава 41
Из открытого окна доносились бодрые птичьи голоса. Бьянка вынырнула из уютного сна и обнаружила, что лежит в постели, забросив руку и ногу на возлюбленного. Сонно улыбнувшись, она вдохнула терпкий, вкусный мужской запах и поцеловала прохладное плечо. Амрен повернул голову.
— С добрым утром, красавица, — его губы нежно коснулись ее лба.
— И тебя, счастье мое. Давно не спишь?
— Да вот пытаюсь сообразить, как нам спасти твою сестру.
— И как успехи? — оживилась она.
— Знаешь, я тут подумал — зачем нам все усложнять? Я ведь могу просто встретиться с братом и предложить выкупить у него Мию.
Бьянка опешила.
— Выкупить? Так просто? И ты думаешь, он согласится?
— Денег у него, конечно, куры не клюют, но ведь он все-таки мой брат.
— А он знает, что ты жив?
— Нет.
— Нет? — приподнявшись на локте, Бьянка встревожено вгляделась в его лицо. — Так может и не стоит ему об этом знать? Мало ли что ему в голову взбредет, вдруг он захочет тебя убить?
Амрен ласково убрал за ухо прядку, которая упала ей на глаза.
— Не думаю. Мы были близкими друзьями.
— Но разве ты для него не соперник? Ты ведь старше.
— Старшинство не играет роли, да я и не собираюсь претендовать на трон. Тем более, у него еще куча братьев кроме меня.
Бьянка прижалась щекой к его груди.
— Нет. Мне все это не нравится. Я не хочу, чтобы ты рисковал. Давай лучше, как в прошлый раз, залезем к нему во дворец и похитим сестру.
Амрен тяжело вздохнул.
— Боюсь, так просто не выйдет. Я ни разу не был в том дворце и понятия не имею, как нам туда попасть. Поверь мне, так будет проще и безопаснее.
Некоторое время они молчали. Бьянка обдумывала слова возлюбленного. Что-то в его плане вызывало тревогу. Не зря же Амрен скрывался все эти годы. И теперь ради нее, ради спасения ее сестры, он собирается выйти из тени. И так уже этот Вакиль знает что он жив. А если пронюхает еще больше народу, чем это может для него обернуться? Единственное, что немного успокаивает — это надежда на то, что чем быстрее они освободят Мию, тем быстрее отсюда уедут. Вчера Амрен так и не ответил, поедет ли с ней в Хейдерон, но скорей всего она сумеет его уговорить — а там уж он точно будет в безопасности.