- Фантастика, - вырвалось у Лестрейда, на что он нетерпеливо отмахнулся. Нет, столь высокая оценка всегда льстила его самолюбию, но в данный момент не видел в этом особой потребности.
Услышав скрип открывающейся двери, девушка медленно поднимает голову.
- О, - уголки её губ дрогнули в усмешке. - Прекрасно. Та была плохим копом, сейчас пришёл ужасный. Худшей пытки не придумаешь.
Шерлок, проигнорировав шпильку в свой адрес, садится напротив неё. От былой безмятежной задумчивости не осталось и следа.
- Рассказывай.
- Как докатилась до жизни такой? Тебе с начала сотворения Вселенной, или обойдемся без прелюдий?
- Твоё фиглярство сейчас не уместно. Не мне читать лекцию о всей серьезности твоего положения, поэтому спрошу кратко и по существу - что произошло?
- Ты о том, имеется у меня привычка убивать тех, с кем я ссорилась накануне? - уточнила Джослин, растирая покрасневшие запястья. - Можете осмотреть мою комнату, даю гарантию, что в моём шкафу скелетов нет. И да, сразу внесу ясность - плакаться и раскаиваться мне не в чем. Остается только гадать, что сейчас происходит в её голове. - Они на полном серьёзе считают, что ссора - вполне весомый аргумент для убийства. Тогда будь добр, скажи мне, - девушка как-то странно усмехнулась. - Почему ты такой живой?
Детектив нагнулся вперед, замечая кровь на светлых волосах. Ударили, чем-то не особо тяжелым, судя по всему статуэткой.
- Ты слишком спокойна для человека, которого обвиняют в убийстве.
- А что изменится, если я буду паниковать? Ровным счетом ничего, - устало произнесла она, и откинулась на стуле, массируя виски. Под сталью браслетов на левом запястье красовался свежий синяк. Детектив почувствовал необъяснимый прилив ярости. Ну что за безмозглые идиоты!
- Может ты видела кого-нибудь?
- Никого, - безразлично обронила Кэмпбэлл, сложив руки на столе. - Пока ты не начал обвинять меня в непреднамеренном убийстве, позволь сказать - я понятия не имею, кто это сделал. - Лиз хотела сообщить мне нечто важное. То, что напрямую касалось меня и моей семьи. Стоило мне зайти к ней номер, то кто-то огрел меня по голове, а когда пришла в себя, в комнате никого не было, а внизу на асфальте лежал её искалеченный труп. И тут, откуда не возьмись, вламывается полицейский патруль. Я бы назвала это фантастическим невезением. Ключевое слово "не", кстати, - она невесело усмехнулась. Эта простая эмоция мгновенно преображает её, чем все эти показательные кривляния, делая больше похожей на ребёнка, нежели на взрослую девушку.
- Что именно она собиралась сообщить?
- Понятия не имею. И теперь никогда не узнаю. Как видишь, у меня не было никаких причин её убивать, - он готов был поклясться, что в светлых глазах он увидел немую просьбу, что было не свойственно для язвительной и неприступной натуры девушки. - Ты мне веришь?
Люди надевают маску, чтобы казаться кем-то другим, и боятся снять их, ибо за ней может не остаться лица. Как в одной девушке может уживаться столько противоречий?
- Как это не странно - да.
***
Полицейский участок - последнее место, где я хотела бы оказаться. Каких-то пять часов спустя, меня наконец освободили из-под стражи, под личное поручительство Лестрейда. Меня мучила жуткая головная боль, все пальцы измазаны в чернилах, а следы от наручников невыносимо чесались.
- Может, выпьем по чашечке кофе?
Мило улыбающийся судмедэксперт из допросной, протягивает мне дымящийся стаканчик. Стоит пожалуй, написать диссертацию на тему "Как избежать наказания за убийство: из подозреваемой, в потенциальный объект романтического интереса". Его кучерявая подруга бросает на меня уничтожающий взгляд, будто бы уже застукала нас в одной постели.