— Он заперт на ключик! Наверняка там что-то ооочень важное! И значит, его надо открыть, обязательно! — Сонечка, надув щечки от важности, стукнула вилкой по столу.
— Это просто старый шкаф, Сонюш, — произнес я, стараясь скрыть усмешку. — Может, он и не закрыт вовсе, а просто замочек сломался или петельки проржавели. Вот и не можешь его открыть своими воробушками-лапками.
Не обращайте внимания, я сестру никогда не обижал, просто, как-то так повелось, что мои колкости в её сторону, а у неё в мою, стали неким элементом игры, приятными поддразниваниями.
Сонечка хихикнула.
— Ой, ой, ой! — фыркнула она, обхватывая пальчиками свою и правда тоненькую ручку, пытаясь изобразить мускулы. — Ты у нас прям герой, я смотрю! Ну правда, пошли посмотрим! Гарантирую, там что-то загадочное, может даже жуткое-прежуткое! — Сонечка скорчила страшную рожицу, вытаращив глаза.
Как же она была права…
— Ладно. Только давай доедим. Мама старалась, а мы все бросим?
— Молодец, сыночек, — внезапные мамины губы коснулись моего лба, и я на секунду продрог от неожиданности. — Доедайте и можете идти свой шкаф смотреть, только после мытья посуды.
Я и сестренка разочарованно охнули.
Позже, справившись с ещё несколькими бутербродами и злосчастной посудой, мы отправились в Сонечкину комнату. Её выбор, ограниченный поджимающим вечером, близким к ночи, и усталостью от долгого переезда, — всё-таки мы пересекли полторы тысячи километров и сейчас расположились в центре сибирской деревушки Тындар, — пал на небольшое и практически пустое помещение.
Обои в комнате в мелкий, когда-то, наверное, голубой цветочек местами отклеились, обнажая серую, словно пропитавшуюся пылью, стену. Единственное окно, затянутое паутиной, едва пропускало тусклый свет, бросая на пол блеклые, выцветшие тени. Здесь, казалось, жизнь остановилась много лет назад. Хотя, признаться честно, моя была не лучше, как и комната родителей, в чём я был абсолютно уверен.
В комнате ютились старый, скрипучий стул, словно сгорбленный от времени, и узкая кровать с продавленным матрасом, покрытая выцветшим одеялом в невнятных пятнах. Покосившийся столик с отслоившейся столешницей приютил на себе единственную лампу, чей абажур давно потерял свою былую яркость. И среди этого унылого набора, в дальнем углу, словно молчаливый великан, стоял тот самый шкаф.
— Смотри, какой огромный! И жуткий-прежуткий! — прошептала Сонечка, с широко распахнутыми глазами, прижимаясь ко мне. — Он как из сказки про злого волшебника! Ой, а вдруг там внутри… тайны? Может, даже сокровища!
— Да мы уже это обсуждали, Сонь, — ответил я, подходя ближе к шкафу. — Обычный старый шкаф, хоть и правда гигантский. И что в нём может быть такого жуткого, не понимаю.
— Ну попробуй его открыть, раз такой неверующий! — выпалила Сонечка, подпрыгивая на месте. — Вот увидишь, там правда есть сокровища! Или что-то очень-очень важное!
— Ну, хорошо, — сказал я, с полной уверенностью. — Сейчас я тебе докажу, что ничего такого там нет.
Я подошел к шкафу, обхватил ладонью поцарапанную бронзовую ручку и дернул. Дверца легко поддалась, скрипнув на петлях. «Ну вот, – подумал я про себя, – так и знал. Сестренке просто не хватило сил, чтоб открыть его самой». Усмешка тронула мои губы. Но картина, которая предстала перед нами, заставила ее померкнуть. В шкафу не было ничего, что хоть как-то соответствовало ее ожиданиям. Только несколько старых, “ароматных” платьев, пропахших пылью и нафталином, да облезшая коричневая куртка, уныло свисающая с плечиков. Лицо Сонечки вытянулось. Я видел, как ее глаза наполняются разочарованием.
— Ну, Сонечка, не расстраивайся, — сказал я, стараясь смягчить голос. — Видишь, ничего волшебного здесь нет. Это просто старый шкаф со старой одеждой.
— Вижу, — тихо ответила она, опустив взгляд на пол.
В тот момент, когда разочарование Сонечки казалось почти осязаемым, словно в ответ на ее невысказанную мольбу о том, чтобы всё не закончилось так банально, раздался тихий, почти неразличимый шепот. Он прозвучал где-то в глубине сознания, но я был уверен, что Сонечка его не слышала – она всё ещё дулась, глядя в пол. “Потайной люк… в цоколе… найди его,” – шепнул голос, заставив меня вздрогнуть и перевести взгляд на основание шкафа.
Я опустился на корточки, начав внимательно осматривать цоколь шкафа, водя пальцами по его неровной поверхности. Сонечка, заметив мою заинтересованность, тут же забыла про своё разочарование. Она подошла ближе, её глаза снова загорелись искорками любопытства, и начала помогать мне, ощупывая боковые стенки шкафа, совершенно не понимая, что именно мы ищем. «Вот же… как это происходит?» — мелькнула мысль у меня в голове. Мысли о том, что брат и сестра связаны невидимыми нитями, всегда казались мне чем-то из области фантастики, но сейчас, глядя на Сонечку, я не мог отрицать их странную, почти мистическую связь. Или, может быть, она тоже слышала этот шёпот, но, как всегда, предпочла оставить всю грязную работу на меня, как истинная сестра. «Сестра есть сестра,» — с легкой усмешкой подумал я, продолжая ощупывать цоколь шкафа.