– Эй!
Эхо заметалось в чаще, и Нэн вздрогнула.
– Там никого, – заявил Тодд. – Метель с тобой играет, Нэн. Начинаешь видеть то, чего нет.
– Кстати, о том, чего нет, – сказал Фред, поворачиваясь к дороге.
Тодд проследил за его взглядом и обнаружил, что Эдди Клемент исчез. Еще час назад он бы испытал облегчение, но сейчас содрогнулся всем телом.
– Господи, – протянула Кейт. Ее голос упал на октаву и болезненно ослаб. – Куда он пошел?
– Эдди! – закричал Фред. – Эдди Клемент! Где ты, черт возьми?
Тодд бросился туда, где пару секунд назад стоял Эдди.
– Здесь следы, – проговорил он, указывая на землю. Огромные отпечатки ботинок вели с шоссе и терялись в лесу на обочине. Расстояние между ними было такое, словно мужчина бежал.
– Сукин сын, – пробормотал Фред, подойдя к Тодду. – Как думаешь, что он…
Прежде чем старик договорил, Тодд сорвался с места и бросился за Эдди. Спортивная сумка била его по ребрам, он бежал по следу через лес, мохнатые сосновые лапы стегали его на каждом повороте. Какая-то необъяснимая и яростная жажда гнала его вперед.
– Тодд! – кричал Фред далеко за спиной. – Тодд! Вернись!
Тодд молнией мчался среди сосен. Запах леса кружил голову, лез в ноздри, лип к коже. Неосознанно, как двадцать пятый кадр, он увидел детство в Хэнкоке. Стукнулся правой голенью обо что-то твердое, но не остановился. Снова учуял тот кошмарный запах – гнилостную вонь трупа в старом погребе – и слепо вытянул руку, уверенный, что сомкнет пальцы на порванном фланелевом пальто Эдди – прямо за занавесом сосновых иголок, нависшим у самого лица…
Тодд запнулся, вылетел на поляну и рухнул лицом в снег. Спортивная сумка описала дугу в воздухе и опустилась ему на затылок. Перед глазами заплясали звезды. Он приподнял голову; пара секунд ушла на то, чтобы пиксели перед глазами встали на место. Когда это случилось, дыхание застыло у него в горле. Ему потребовались все силы, чтобы подняться на колени.
На большом заснеженном поле – возможно, ярдах в десяти от него – замер Эдди. Как и Тодд, он стоял на коленях и глядел на малышку перед собой. На ней был розовый пуховик, лицо закрывал капюшон, отороченный серо-коричневым искусственным мехом. Варежки свисали из рукавов на ярких резинках.
Боже, подумал Тодд. Это его дочь. Он не врал.
Эдди и малышка – Эмили? – одновременно развернулись и взглянули на Тодда. Через секунду Эдди поднялся на ноги; с его коленей полетели комья снега.
У девочки не было лица.
Боже милостивый…
Губы Эдди расползлись в нехорошей улыбке.
– Подойди, Тодд. – Ухмылка сделалась шире, превратившись в жуткую, невозможную трещину. – Мы тебя согреем.
Словно марионетка на ниточках, Тодд поднялся со снега. Внезапно мороз отступил. Он даже почувствовал свои ступни.
– Иди к нам, Тодд… – Улыбка Джека-Фонаря. – Молодец.
Хруст веток выдернул его из транса. Развернувшись, он увидел, как Фред Уилкинсон и Кейт выбираются из-за деревьев.
– Тодд, – начала Кейт, а потом посмотрела в поле. – О боже…
Тодд повернулся к Эдди и малышке… и увидел, как они прыжками исчезают во тьме, словно пара испуганных оленей. Расстояние между следами на снегу было огромным.
– Это была его дочь? – спросила Кейт, подходя к Тодду.
– Что здесь случилось? – подал голос Фред, все еще пытаясь разглядеть Эдди и Эмили, хотя их уже поглотила тьма. Нэн подошла к нему, прижав лицо к пушистой голове плюшевого мишки, чтобы согреться.
Тодд просто покачал головой.
– Не знаю…
– Давай, – сказала Кейт, просовывая руку ему под мышку. – Поднимайся.
Тодд встал и понял, что ледяной мороз снова сковал его тело. Он больше не чувствовал стоп, зато ощущал каждый укол боли, пронзавшей мышцы. Шагнул вперед и поморщился, когда она молнией прострелила правую голень и ударила в бедро.
Кейт посмотрела вниз.
– Ты ранен.
– Не хочу этого видеть! – Но он уже заметил, как потемнел под ним снег.
– Мы на месте, – сказал Фред. – Смотрите.
Все подняли головы. Никаких огней не было – ни светящихся окон, ни фонарей на дороге или крыльце, – и им потребовалась пара секунд, чтобы осознать открывшуюся картину: маленькие домики на дальнем краю заснеженного поля, укрывшиеся во мраке.
– Слава богу, – проговорила Нэн в пушистую морду мишки.
– Почему они темные? – спросила Кейт. – Ни в одном окне нет света.
Фред пожал плечами.
– Наверное, электричество отключилось из-за бури, – предположил он.
– Вперед, – сказал Тодд, закидывая лямку спортивной сумки на плечо. – Посмотрим, есть ли кто дома.