– Не смертельно, – наклонившись к нему, сказал Фред. – Как это случилось?
– Я бежал за сукиным сыном Эдди по лесу. Думаю, наткнулся на ветку и распорол ногу.
Фред велел Кейт отыскать на полках лейкопластырь, нашатырный спирт, марлю – все, что сможет найти. Кейт вернулась с охапкой коробок и упаковкой крендельков под мышкой.
Фред открутил крышку с бутылки перекиси и вылил ее на рану. Жидкость зашипела, ногу слегка обожгло. Тодд посмотрел вниз и увидел зазубренную, как молния, рану на правой голени, около трех дюймов длиной. Кровь побежала по ноге грязными ручейками.
– Крендель, – скомандовал Фред, словно требуя у медсестры скальпель, и Кейт сунула печенье ему в рот. Хрустя крендельком, Фред промокнул рану гигиенической салфеткой, а затем начал бинтовать ногу марлей.
– Прояви немного врачебного такта, – попросил Тодд, и Фред хмыкнул.
Из темноты вышла тень. Это была Шона. Без винтовки на плече она казалась младше и меньше ростом.
– Эй, – сказала она, ни к кому конкретно не обращаясь. – А мне помочь можете?
Взглянув на нее, они увидели, что ее левая штанина потемнела от крови. Еще она сильно хромала, хотя до этого Тодд не связывал одно с другим.
Он снова надел джинсы, а Фред повернулся к Шоне. Протянул руку и приподнял край ее штанины. Носок и кроссовка девушки почернели от крови. На секунду лицо Фреда Уилкинсона помрачнело.
Не говоря ни слова, Шона осторожно сняла штаны. Ее кожа казалась почти синей. Левую ногу покрывали полосы черной, засохшей крови, а на бедре виднелась глубокая рана, по сравнению с которой у Тодда была царапина.
– Боже правый, – протянул Фред, наклоняясь, чтобы ее осмотреть. – Как давно она у тебя?
– Со вчерашнего вечера.
– Ты как-нибудь ее обрабатывала?
– Промыла перекисью. Ой… и бурбоном.
– У тебя случайно его не осталось? – спросила Кейт, и Тодд не понял, шутит она или говорит серьезно.
Фред повернулся к нему.
– Поможешь положить ее на прилавок?
– Конечно, – Тодд просунул руку Шоне под мышку, Кейт подошла с другой стороны и сделала то же самое. От Шоны несло недельным потом и немытым телом.
– Как давно ты прячешься здесь? – спросил Тодд. Вдвоем с Кейт они подвели Шону к прилавку и, приподняв, помогли ей лечь.
– С этого вечера, – Шона поморщилась от боли, когда Фред распрямил ее раненую ногу. – До этого пряталась дома – на Фэйрмонт-стрит. Это в двух кварталах отсюда, у церкви.
– У тебя остался тот фонарик? – спросил Фред Кейт.
– Секунду, – ответила та и ушла за сумочкой.
– Не надо фонариков, – сказала Шона. – Думаю, они не знают, что мы здесь.
– Я должен видеть, что делаю, – проговорил Фред. – Обещаю, мы включим его на минимум.
– Тогда накройте его тряпкой, – предложила Шона, сунула руку под прилавок и достала грязное полотенце для посуды.
Кейт вернулась с фонариком и Нэн. Почему-то при виде пожилой женщины Шона покраснела и опустила футболку, пытаясь прикрыть трусики. До этого момента Тодд почти не осознавал, что бедняжка практически раздета перед кучей незнакомцев. Он протянул руку, достал из-под прилавка еще одно полотенце и прикрыл им бедра Шоны. Она посмотрела на него с благодарностью.
– Будет жечь, – предупредил Фред и вылил немного перекиси в рану, края которой слегка развел указательным и большим пальцем.
– А, – вскрикнула Шона и двинула бедрами. Ее рука взметнулась и схватила Тодда за запястье. – Ах, черт!
– Тише-тише-тише, – приговаривал Фред. Наверное, так он успокаивал собак и кошек в свой обычный рабочий день в клинике. – Умница… – Взглянув на Кейт, он сказал: – Посвети-ка мне.
Нэн подняла полотенце, чтобы загородить слабый луч фонарика от всего, что могло ждать за окнами супермаркета. Тодд взглянул через плечо Фреду. Рана была глубокой, плоть внутри – темной и волокнистой. Его желудок сделал сальто.
– Как это случилось? – спросил Тодд.
– Один из этих монстров набросился на меня.
– Монстров? Вроде того мертвого мужика на улице?
– Нет, – сказала она и стиснула зубы, когда Фред снова стал обрабатывать рану. – Вроде того чудовища, что сидело у него внутри.
Она застонала и добавила:
– Его звали Билл Шоултер. Он заправлял хозяйственным магазином – уже много лет, сколько себя помню.
Тодд и Кейт переглянулись.
– Черт, как же больно!
– Лежи спокойно, милая, – сказал Фред, почти уткнувшись носом в рану. – Кейт, передай, пожалуйста, фонарик Нэн. Я хочу, чтобы ты нашла мне швейный набор.
– Ну уж нет, – проговорила Шона и попыталась подтянуть раненую ногу к груди. Рука Фреда, внезапно оказавшаяся очень крепкой, не дала ей подняться.