– А остальные? – В ее голосе звучала надежда, и ему стало ясно: она верит, что они все еще живы. – Если найдем машину, мы что… просто их бросим? Оставим здесь?
– Нэн мертва, – напомнил ей Тодд. – Ничем хорошим для Фреда и Шоны это кончиться не могло.
– Но ты не знаешь.
– Я был на колокольне с Крисом и заметил, что витрины Pack-N-Go разбиты. Крис сказал, что видел, как оттуда выбежали две женщины.
– А Фред?
– Он ничего не говорил о Фреде.
– Но это не значит, что его убили. А Шона? Мы не уверены, мертва ли она, не знаем этого точно. Она протянула здесь неделю, спрятавшись в супермаркете. Возможно, она все еще где-то в городе, затаилась и выжидает.
– Послушай, – сказал он. – Я, как и ты, совсем не хочу их бросать. Мне плохо при мысли о Нэн. Но, Кейт, мы не можем ездить по улицам, сигналить и звать их. Что ты предлагаешь?
Кейт молчала. Тодд решил, что она злится, но, подняв глаза, увидел странное выражение у нее на лице.
– Что? – спросил он. – Что такое?
– Мне нужно по-маленькому.
Он фыркнул и улыбнулся.
– Иди. Я подожду.
– Нет. Одна я никуда не пойду. Просто отвернись. Пописаю прямо здесь.
Тодд взял у нее факел и отвернулся. Смотрел на вершины деревьев, пока она расстегивала штаны, и постарался не краснеть, услышав, как ее моча течет в снег. Чтобы справится со смущением, он проговорил:
– Черт, я надеюсь, ты сейчас поливаешь одного из этих ублюдков.
Она фыркнула, а потом возмущенно ответила:
– Не смеши! А то все обрызгаю.
Закончив, она покатала в ладонях снежок, чтобы помыть руки, и забрала факел у Тодда. Они шли по грязной канаве, пока на другой стороне улицы не появились дома. Чей-то форд-таурус въехал в гидрант; водителя в машине не оказалось. Знак СТОП был согнут под прямым углом – большие белые буквы тянулись вверх.
Они поднялись по насыпи и, нервничая, вышли на улицу. Каждый шаг отдавался от асфальта эхом, они словно шагали по съемочной площадке – все было нереальным, вокруг стояла жуткая тишина.
– Как думаешь, где жители? – спросила Кейт. Теперь она держала факел, как биту.
– Понятия не имею. Но давай не расслабляться.
– Договорились. Какой дом?
– Ближайший.
Они зашагали по занесенному снегом тротуару, ноги по лодыжки утопали в ледяной слякоти. Стоя в рощице сосен, Тодд присмотрелся и, как ему показалось, узнал задние фасады некоторых зданий.
– Думаю, мы на другой стороне городской площади, – сказал он, продолжая вглядываться сквозь сосновые ветви.
– Господи! – Кейт замерла.
– Что такое?
– Кажется, нас кто-то преследует.
– Кто-то?
– Может, одна из этих тварей.
Тодд оглядел пустую дорогу, полоску домов, клин сосен, где они прятались.
– Я ничего не вижу.
– Похоже, так и задумано. – Она поежилась и обхватила себя руками. – Пойдем. Здесь я чувствую себя движущейся мишенью.
Они поднялись на холм – на лужайку ближайшего изящного викторианского домика с рождественскими украшениями в окнах. Слева что-то зашипело. Тодд развернулся, выставив перед собой пистолет.
Кейт спросила:
– Что там?
На другой стороне улицы толстый черный кабель змеился по снегу, время от времени выплевывая искры из перерезанного конца.
– Оборванный провод, – сказал Тодд. – Я видел их с колокольни.
– Да ты настоящий Квазимодо.
Кейт двинулась по лужайке, но Тодд схватил ее за рукав.
– Постой. Думаю, лучше обойти дом.
– Хорошо.
Заднюю часть особнячка ограждал деревянный забор высотой примерно в шесть футов. Тодд с трудом мог заглянуть во двор, а у Кейт не получилось бы и этого. К счастью, к боковой стене дома крепилась увитая плющом решетка – хрупкая, но способная их выдержать. Тодд убрал пистолет за пояс и поставил ногу в одну из многогранных ячеек. Подтянулся и понял, что шпалера вот-вот сломается. Сунул другой ботинок в ячейку повыше и перегнулся через забор. Быстро осмотрев двор, Тодд не заметил ничего подозрительного: провисший, оледеневший гамак, пустая кормушка для птиц… В этот момент до него вдруг дошло, что он не видел в Вудсоне никакой живности – ни белок, ни птиц. Ему не хотелось думать о том, что могло случиться с маленькими лесными жителями…
Он перелез через забор и спрыгнул на другой стороне; ботинки на несколько дюймов погрузились в снег. Над забором появилась голова Кейт. Женщина выглядела встревоженной и, похоже, едва удерживалась, чтобы не упасть.
– В чем дело? – спросил он.
– Я боюсь высоты.
– До земли всего восемнадцать дюймов. Давай.
Она перекинула ногу через забор и запаниковала, когда поняла, что не знает, как спустить другую. Тодд приподнял ее за бедра и ягодицы, перенес через забор и поставил на землю. Только после того, как Кейт сказала спасибо и отвернулась к задней двери, он понял, что надеялся получить поцелуй.