— Вбей это в свою тупую башку раз и навсегда, маленький воин. Ты принадлежишь мне. Ты принадлежишь с того самого момента, как ступила в мое Королевство, — схватив ее за руку, он потащил ее из таверны на оживленную улицу, где была в самом разгаре очередная драка.
Они направились обратно в Белый дворец, его стальная хватка не ослабевала, пока Дуна изо всех сил старалась не отставать от него в своем нелепом платье. Между ними не было произнесено ни единого слова, пока принц вел ее через дворцовые ворота и вверх по лестнице, ведущей в ее покои. Распахнув ее дверь свободной рукой, он ворвался прямо внутрь, отпустив ее только тогда, когда они были уже далеко внутри помещения.
— Вы должны оставаться в этих комнатах, пока я не прикажу вам иначе. Никто не должен навещать тебя без моего согласия, — сказал Мадир, его мощное тело излучало напряжение, лицо было глубоко нахмурено.
Что за вечно любящий трах.
— Ты не можешь держать меня здесь, я этого не позволю, — сказала она, скрещивая руки на груди.
— Не испытывай меня, Дуна. Ты не знаешь, на что я готов пойти, чтобы защитить то, что принадлежит мне.
С этими последними словами он ушел, с грохотом закрыв за собой дверь.
Как раз в тот момент, когда она собиралась пойти за ним, она услышала звук, который заставил бы ее замереть на месте, а ее кровь застыла бы в жилах.
Замок повернулся, запирая Дуну в ее роскошных покоях.
ГЛАВА
24
На следующий день Эпона принесла Дуне еду в ее комнату и, плотно закрыв за собой дверь, вернулась к своим обязанностям в Белом Дворце. Пожилая женщина не сказала ей ни единого слова, пока та торопливо несла полные подносы вкусных блюд обратно на кухню, и никак не прокомментировала тот факт, что Дуна казалась более спокойной, чем обычно.
Эта женщина не подозревала, что Дуна не была истеричкой, она не поддавалась вспышкам насилия и ярости, когда сталкивалась с несправедливостью. Нет, она была молчаливым типом, смертоносным хищником, который крался из тени, выжидая удобного момента для удара.
У Дуны появился бы свой шанс, и тогда, она схватила бы его за горло.
Она не потрудилась ни съесть еду, ни выпить воды. Ей было неловко, что с ней обращались с такими вопиющими проявлениями пренебрежения к ее личности и целостности. Никто и никогда не обращался с Дуной так, как с капризным, непослушным ребенком, который должен был делать то, что ему говорил санитар, или расхлебывать последствия.
Поэтому она не потрудилась одеться, проведя весь день в лиловой атласной ночной рубашке, ее волосы каскадом ниспадали до середины спины. Она сидела в своем кресле, закинув ноги на сиденье, свернувшись калачиком под легким одеялом, и смотрела на вечернее небо.
Скоро должны были появиться звезды. Она уже могла представить себе Полярную Звезду такой, какой она предстала в телескоп, с тремя ее звездами, сияющими на фоне темноты за ее пределами. У Дуны был целый день свободного времени, чтобы поразмыслить над этими вопросами, и в конце концов она пришла к выводу, что меньшая звезда, скрывавшаяся за желтым сверхгигантом, должна была быть не чем иным, как домом брата короля Нкоси и правителя королевства Халфани.
Ей пришлось бы спросить об этом короля Лукана для подтверждения; то есть, как только ей разрешили бы выйти из заточения. Будет ли монарх ругать своего сына за такое подлое поведение? Знал ли он хотя бы о том, чем занимался его наследник в свободное время, как обращался с их гостями?
Раздавшийся стук в дверь вернул Дуну к настоящему.
Она не потрудилась встать, тихо рассмеявшись над иронией ситуации. Она вспомнила, как провела время в казармах капитана Мойры. Теперь казалось, что это было так давно, словно прошла вечность с тех пор, как она отчаянно добивалась, чтобы люди спрашивали разрешения, прежде чем вошли бы в ее личное жилище.
Теперь, когда ее желание наконец осуществилось, она была заперта, как птица в клетке, не в состоянии решить для себя, позволила бы она своему посетителю свободно входить в свои покои или нет.
Стук раздался снова, на этот раз более настойчиво. Тихо застонав, Дуна поудобнее устроилась среди громоздкой мебели, терпеливо ожидая, когда незваный гость перестал бы заниматься своей раздражающей привычкой. После недолгого молчания она пришла к выводу, что он действительно сдался, когда замок повернулся и в комнату ворвался незваный гость.
— Ты не слышала, как я постучал? — принц прогрохотал позади Дуны, пока она сидела, уставившись на Луну.