Она почувствовала на себе взгляд. Почувствовала, как ее кожу покалывает от осознания. Крошечные волоски на ее шее встали дыбом. Ее обонятельные бутоны распустились, чтобы вдохнуть вызывающий привыкание аромат преступника.
Закрыв глаза, она глубоко вдохнула, аромат кожи и виски заструился в ее ноздри, вниз по трахее, в миллионы маленьких дыхательных путей и расширяющиеся мешочки альвеол. Он вторгся в нее, затопляя бесконечное количество сосудов, из которых состояло ее тело, просачиваясь через поры ее кожи, где испарялся в воздух, проникая в ее окружение только для того, чтобы вступить в новый цикл сладкой пытки.
Затем она открыла глаза и увидела пару сверкающих драгоценных камней авантюрина, поблескивающих в скромном очаге, всего в нескольких футах от Дуны.
Катал уставился на нее, как будто увидел впервые, неизвестная эмоция играла на его потрясающих чертах лица. Она выдержала его взгляд, не в силах разорвать его обжигающую хватку, не желая отводить взгляд. Она могла бы потеряться в его глазах навсегда. С радостью отдала бы то, что осталось от ее разбитой души, на всю вечность этому загадочному мужчине.
— Отдохните немного, завтра мы будем в Белом городе, — сказал Брор, уже укутанный прямо у костра.
Улегшись, прижавшись всем телом к Петре, Дуна закрыла глаза, сон настиг ее в считанные секунды. Той ночью она спала крепко и безмятежно, не зная, что некая темная тень стояла на страже ее спящего тела, бросая вызов судьбе покуситься на ее смертную жизнь.
Ко всеобщему удивлению, во время своего путешествия по огромным горам, окружающим столицу Ниссы, они не встретили ни одного дикого существа. Дуна начинала сомневаться в достоверности рассказов, которые окутали легендарный Белый город густой пеленой тайны и ужаса. Даже их путешествие по узкому проходу между ледяными склонами упомянутых гор было, откровенно говоря, пресным и без происшествий.
Разочарованная тем, что не встретила ни одной гигантской гарпии, Дуна что-то ворчала про себя, желая иметь хоть какие-то доказательства существования мифических зверей. Остальных, казалось, не слишком беспокоило отсутствие приключений, Петра и Брор зашли так далеко, что осмелились препираться на сужающейся тропинке, не потрудившись скрыть присутствие группы. Однако генерал быстро заткнул им рот, скорее всего, потому, что не предпочитал быть падалью.
Они вышли из затемненного горного перевала как раз перед тем, как Солнце поднялось на вершину дневного неба, лучи ослепили их из-за долгого пребывания в тени. Когда глаза Дуны наконец смогли привыкнуть к свету, она ахнула от открывшегося перед ней впечатляющего зрелища.
Великолепный дворец захватывающей красоты размером с мамонта возвышался на вершине массивного, похожего на валун скального образования, вершины его девяти сверкающих белых шпилей пробивались сквозь облака, словно касаясь самих небес. Гигантские белые хищные птицы кружили над монументальным сооружением там, где оно соприкасалось с облаками наверху.
У Дуны перехватило дыхание, внезапное осознание ударило ее по лицу. Это были мифические орлы-гарпии из легенд.
Город с кристально-белыми стенами окружал дворец у подножия похожей на валун скалы, словно отдавая дань уважения каменному богу, стоящему перед ним. В стенах башен дворца виднелись многочисленные отверстия, предположительно, служившие жилищем многочисленным хищникам, которые строем летали вокруг сверкающих белых колонн.
Сам дворец, казалось, был вырезан из уникального куска камня, разновидности прозрачного доломита цвета слоновой кости с поверхностью, которая мерцала и искрилась в ослепительно ярком солнечном свете. С того места, где они шли к самому величественному зданию, не было видно ни единой трещинки. Это была поистине глубокая ода могучему человеческому разуму и гениальному мастерству смертных инженеров.
Группа из четырех человек приблизилась к украшенным замысловатой резьбой каменным воротам Белого города, стремясь проникнуть за его великолепные стены. После объяснения своих намерений стражники пропустили их. Они были одеты в богато украшенные бело-золотые чешуйчатые кольчуги с соответствующими бело-золотыми нагрудниками, украшенными эмблемой печально известного Королевского Дома Райдонов, правившего Моринией и Ниссой с самого зарождения человечества, — орлом-гарпией из слоновой кости.
Стражников покрывали латные рукавицы и мантии до щиколоток тех же цветов, из-под которых проглядывали белые с золотом сапоги. На головах у них был простой сверкающий белый шлем, закрывавший все лицо, с двумя прорезями для глаз и узким отверстием над тем местом, где должен быть нос. Область лица покрывал дополнительный слой брони, повторяющий резкие черты лица орла-гарпии. По бокам у них висели узкие удлиненные мечи-катаны с украшенными золотыми рукоятями, руки стражников небрежно покоились на них, наблюдая за группой, направлявшейся к дому короля Лукана.