чью, пошёл снег и к утру весь город стал сказочно белым. Не за горами был Новый год, и мальчик очень хотел встретить его дома, у настоящей ёлки с подарками и Дедом Морозом, но боялся, что, скорее всего, его мечтам не суждено сбыться, и ему придётся провести все праздники в больнице. «Кажется, я уже никогда не смогу снова говорить и бегать, - думал он, печально глядя за проплывающими за окном снежинками. – Никогда... Никогда... Никогда» От таких мыслей ему хотелось плакать, и он был угрюм и подавлен, и неохотно выполнял упражнения, которые ему прописал доктор. После отбоя, он подолгу лежал без сна, вглядываясь в снежную мглу за окном, и вспоминал своё прошлое, как он катался на коньках с друзьями, как строил снежные крепости, как играл в снежки и грустно вздыхал. В один из таких вечеров, когда все посетители давно покинули здание, а пустые тарелки от ужина уже унесли на кухню, и вся больница затихала, готовясь ко сну, мальчику показалось, что в большое окно в углу его палаты кто-то тихонько стучит. Надо сказать, что трёх ребят, что лежали с ним, выписали ещё утром, и он остался совершенно один. Мальчик приподнялся на локте и попытался рассмотреть, кто бы это мог быть, но никого не заметил. Как раз в эту минуту в палату вошла медсестра. - Всё хорошо, - ласково спросила она. – Тебе ничего не нужно? - Нет, спасибо, - ответил мальчик. – Только мне показалось, что кто-то стучится в моё окошко... - Ну, это вряд ли, - засмеялась девушка, - ты же знаешь, мы на третьем этаже. Если только кто-то не бросил в него снежком... Однако мальчик настаивал, и медсестра тщательно осмотрела все окна, но, конечно же, никого не обнаружила. - Тебе, наверное, просто показалось, - сказала она, укутывая его одеялом. - Давай-ка я лучше открою фрамугу, чтобы проветрить палату на ночь, а ты полежи смирно. Я вернусь через пятнадцать минут и закрою окошко. Она привычно приоткрыла одну фрамугу, выключила свет и вышла, чтобы навестить других пациентов. Мальчик лежал неподвижно и думал о загадочном стуке, как вдруг увидел пухлого красного снегиря, который влетел в окно и уселся на край фрамуги, стряхивая со своих перышек жемчужные снежинки. Затаив дыхание, чтобы не вспугнуть неожиданного гостя, мальчик осторожно наблюдал за яркой птицей, которая, похоже, чувствовал себя в его палате как дома. Закончив чистить свои яркие пёрышки, снегирь нахально огляделся, перелетел с фрамуги на подоконник, а оттуда на край тумбочки, где стояла открытая пачка овсяного печенья, которую забыл убрать мальчик. Покосившись на хозяина печенья, снегирь подскочил к пачке, отщипнул небольшой кусочек печенья и проворно проглотил. Очевидно, что печенье крайне ему понравилось, потому что он снова приблизился к угощению и раскрыл свой клювик. - Вы не возражаете, если я возьму ещё один кусочек вашего изумительного печенья, - услышал мальчик, и настолько удивился, что чуть не подавился одеялом, которое было натянуто до самых глаз. Не понимая, что собственно происходит, он замотал головой, давая понять, что он не против, и снегирь, насмешливо поклонившись, схватил новый кусок овсяного печенья и проворно проглотил его, а следом и ещё один. - В жизни не ел такого чудесного печенья, - сказал снегирь, очищая клюв от крошек. – Знаете, когда идёт снег, очень трудно найти что-нибудь вкусненькое, кроме разве что, ягод рябины, вот я и подумал, раз уж вы так любезно развернули это угощение и открыли окно, то... Снегирь всё говорил и говорил, но мальчик был будто во сне, не понимая, как это возможно и не мерещится ли ему всё это. - ...Так, вам нравится снег?.. Вопрос повис в воздухе и снегирь, не получив ответа, вежливо откашлявшись, повторил его: - Вы любите снег?.. Мальчик неопределённо замотал головой, а потом, неожиданно для себя тихо произнёс: - Д-д-д-а-а... – и сам испугался звука своего голоса, показавшийся ему незнакомым и хриплым. - Как я вас понимаю, - обрадовался снегирь и принялся расхаживать взад-вперёд по тумбочке. – Когда идёт снег, всё вокруг словно преображается! Это похоже на сказку. Да, на самую настоящую сказку! Ох, я так люблю снег! Снегирь замер на секунду, чтобы удостовериться, что мальчик его слушает и, убедившись, что тот глаз с него не сводит, продолжил болтать. - Сегодня мы всей семьёй купались в снегу. Вы не представляете, какое это удовольствие! После этого пёрышки такие чистые, такие сияющие, такие восхитительные! Это просто поразительно! Просто чудесно! А вы, любите купаться в снегу?.. Мальчик невольно улыбнулся. Да, он с друзьями любил купаться в снегу, прыгая в глубокие сугробы с забора, а потом прорывая в них длинные туннели. Он вспомнил морозную свежесть снежной пыли на языке и холод в закоченевших пальцах. Да, он очень любил купаться в снегу, но это было так давно, что теперь, он вообще не был уверен, было ли это правдой. Всё же, мальчик кивнул головой и с трудом произнёс очередное «да». - Как славно, - подпрыгнул снегирь, - мы с вами любим одно и то же! Разве это не здорово?! Ах, как это приятно поболтать с кем-нибудь, кто тебя понимает. Не хочу ни о ком сказать ничего плохого, но когда я давеча болтал с воробьями, они показались мне немного... Снегирь нахохлился и задумчиво покрутил головой. - Словом, они ничего не понимают в жизни, вот! - закончил он радостно. - Всё, что их интересует, это горсть хлебных крошек, представляете? Воробьи очень, очень поверхностные птицы, скажу я вам... И такие все серые... Снегирь важно надул свою красную грудку и ухватил ещё один кусочек печенья. Затем он исследовал пустой стакан, пакет с соком и тихонько чирикнул. - Знаете, - сказал он, - мне ужасно жаль это говорить, но мне пора. Меня ждут дома. Если вы не возражаете, я навещу вас на днях. Быть может даже завтра. Было очень приятно познакомиться и поболтать с вами. Желаю Вам спокойной ночи. Мальчик тоже хотел сказать снегирю спокойной ночи, но не смог. Вместо этого, у него получилось нечто вроде «С-с-спокннчь», но даже эти звуки несказанно удивили его, так как он давно не произносил ничего подобного. Снегирь был крайне галантен и сделал вид, что всё отлично понял. Он быстро вспорхнул на фрамугу, в последний раз окинул палату своим насмешливым взглядом и умчался в темноту, оставив мальчика в сомнениях, по поводу реальности всего произошедшего. Когда сестра вернулась, мальчик сделал вид, что уснул, но едва она вышла, он снова открыл глаза и долго лежал глядя в потемневшее окно, тихо повторяя первое слово, которое он наконец-то смог произнести. - Д-д-да, д-да, дд-да, - бормотал он. – Д-а-а, дд-а, д-да. К полуночи у него так болел язык и губы, словно он целый день произносил длинные речи, но он был необыкновенно счастлив и спал спокойно и глубоко. На следующее утро, на привычный вопрос главного врача, «хорошо ли он чувствует себя сегодня», мальчик, неожиданно для всех, почти не заикаясь, ответил «да» и эта новость мгновенно облетела всю больницу и вызвала слёзы в глазах родителей, когда им это сообщили. - Кажется, дело сдвинулось с мёртвой точки, - сказал профессор, радостно потирая руки. – Продолжайте в том же духе, молодой человек и Новый год вы будете встречать дома. Кстати, я прописал вам новые процедуры, которые, я уверен, помогут вам подняться на ноги. По правде говоря, они не очень-то приятные, но вы должны терпеть и делать всё как положено, потому что теперь, всё зависит только от вас. Договорились? - Д-да, - ответил мальчик. – Да! Да! - Чудесно, - засмеялся врач, держась за свой внушительный живот. – Просто превосходно. С таким настроем, вы точно скоро поправитесь. Совершенно точно. Врач ушёл, а мальчик, позавтракав, отправился на процедуры, которые и впрямь оказались болезненными, но он стойко терпел боль и сделал даже немного больше упражнений чем его просили. Все были рады переменам, но, до полного выздоровления было ещё очень и очень далеко и к вечеру, мальчик снова приуныл. «Что толку, что я могу говорить «да»? – размышлял он. – Даже если я буду учить по одному слову каждый день, я не заговорю и через год! И моя нога и рука... Они совсем хотят не шевелиться... Врачи говорят, что они просто разучились двигаться, и никакой болезни больше нет, но я не могу приказать им даже чуть-чуть приподняться... Всё напрасно... Я навсегда останусь калекой и не смогу бегать и болтать с моими друзьями...» Он был так погружён в свои печальные мысли, что даже не заметил, как сестра открыла окно и вышла из палаты, а минутой позже, на его тумбочке кто-то тихонько чихнул. - Простите, - смущённо прочирикал снегирь, когда мальчик удивленно уставился на него, не веря своим глазам. – Я вас не потревожил? Кажется, я немного простыл сегодня, когда летал по парку. Там был такой жуткий ветер, что все кормушки перевернуло вверх дном и семечки высыпались на снег. Пришлось искать их вместе с синицами, а они, да будет вам известно, очень любят задирать нос. Им кажется, что если у них жёлто-зелёная грудка, то они самые красивые птицы на свете и все должны им уступать. Мы чуть не поссорились, вы представляете? Снегирь взъерошил свои перышки и хитро осмотрел тумбочку. В этот раз на ней не было ничего вкусного и мальчик, поняв, чего хочет птичка, потянулся в ящик тумбочки. Ему было очень неудобно действовать только оной левой рукой, и он никак не мог открыть упаковку вафель. Наконец, видя, что снегирь проявляет нетерпение и, не желая обидеть необычного гостя, он положил пачку вафель под правую руку и легонько прижал её. Ему показалось, что рука слабо отозвалась, но у него не бы