о времени разбираться. Он быстро втащил вафлю и раскрошил её на тумбочке. - Большое спасибо, - сказал снегирь, принимаясь за угощение. – Какие замечательные вафли. Они ведь с шоколадом, верно? - В-верр-но, - не задумываясь ответил мальчик. – С-с-сшкладдом. - Как славно, - прочирикал снегирь. – Шоколадные вафли мои любимые. Это было очень милоо с вашей стороны предложить мне их. Знаете, вечером иногда ужасно хочется чего-то сладенького... Снегирь беззаботно прыгал по тумбочке ещё минут десять, болтая о том о сём, а потом вновь стал прощаться. - Премного благодарен за угощение, - сказал он, подбирая последние крошки. – Рад был Вас повидать. Спокойной ночи! «Спокойной ночи!» хотел ответить мальчик, но у него опять вышло только «С-с-спокннчь». Однако снегирь снова всё отлично понял и, помахав на прощанье крылышком, улетел в окно. «Завтра, я обязательно скажу снегирю «Спокойной ночи», - решил мальчик, глядя вслед снегирю. – Я буду тренироваться весь день, и у меня получится. А ещё, я помашу ему рукой. Да, обязательно помашу. Я справлюсь. Я смогу!..» Полный решимости сдержать своё обещание, он немедленно начал повторять заветные слова, попутно, с помощью своей левой руки, поднимать свою правую руку и махать ей. К полуночи он опять порядком утомился, но ему показалось, что он может шевелить большим пальцем на правой руке. «Я смогу, - повторял он про себя, засыпая. – Я смогу. Я смогу...» Весь следующий день, после тяжёлых процедур, как только он оставался один, мальчик тихонечко повторял новые слова, готовясь к вечерней встрече, и пытался шевелить пальцами правой руки. К вечеру, ему удалось согнуть руку, но она была такой слабой, что он не мог удержать в ней даже маленький карандаш. Однако, оперев локоть в подушку, мальчик мог слабо помахать ею, и был бесконечно горд своими успехами. Он с трудом дождался ужина и проглотил его в один миг, а потом, с нетерпением стал ждать отбоя, держа наготове мятный пряник. Едва сестра удалилась, и морозный воздух стал проникать в палату, снегирь впорхнул внутрь и сел на своё место. - Приветствую вас, - сказал он, расшаркиваясь с видом знатного вельможи. – Как ваши дела? - Хорошо, - без запинки ответил мальчик и даже засмеялся от того, с какой лёгкостью ему далось это слово. – В-всё хорошо! - Превосходно, - ответил снегирь, косясь на угощение. - У-г-го-шайт-тесь, - сказал мальчик, пододвигая лакомство гостю. – Э-т-т-то п-п-ряник... Мя-мя-т-т-тный... - Благодарю вас, - прощебетал снегирь, и принялся за еду. – Какой великолепный вкус! И как он освежает! Признаюсь честно, мятые пряники, это моя слабость. Буквально сегодня, у меня была возможность угостится кусочком пряника в парке, но какая-то нахальная галка украла его у меня! Конечно, я мог бы её показать, что к чему, но решил не тратить попусту силы... От этих галок вечно одни неприятности. Когда настало время прощаться, мальчик, немного волнуясь, произнёс: - Р-рад был в-вас снов-ва вид-дет-ть. Спокойной ночи. Затем, он согнул свою правую руку и несколько раз махнул ей. - Спокойной ночи, - ответил снегирь. – Скоро увидимся! - и улетел. Целую неделю снегирь навешал мальчика вечерами и вскоре, они могли запросто болтать, обсуждая птичьи новости. Благодаря настойчивости мальчика и его мужеству во время неприятных процедур, его рука быстро крепла, и он уже мог держать в ней кусок хлеба. С каждым днём, пальцы на ней становились всё послушнее и послушнее. Родители мальчика были счастливы, хотя одна вещь всё же омрачала горизонт – мальчик по-прежнему не мог ходить. Его правая нога отказывалась повиноваться ему, а левая, настолько ослабла без дела, что от неё тоже было мало толку. - Ничего, - успокаивал его профессор, - всё придёт в норму. Ты должен хорошенько тренироваться и помнить, моё обещание. - Какое? – спросил мальчик. - Я отпущу тебя домой на Новый год, если ты сможешь пройти до окна, держась за кровати, - ответил профессор. - Ч-честно? - Клянусь, - усмехнулся профессор поднимая руку. Эти слова ещё пуще подстегнули мальчика. «Я смогу пройти до окна, - говорил он себе целыми днями напролёт. – Я смогу. Я пройду до окна и встречу Новый год дома. Я справлюсь. У меня всё получится...» Однако, он никому не сказал о своём намерении, даже своим родителям. Мальчик видел, что при всей их любви, они не верили, что он, за оставшиеся до праздника десять дней, сможет встать на ноги. Они очень боялись, что у него закружится голова, и он упадёт, и от этого, ему будет ещё хуже. Он поделился своим планом только со своим новым другом, и тот не обманул его надежд. - Тут нет ничего особенного, - сказал снегирь, лакомясь кусочком творожной запеканки. – Всего-то десять шагов. Пустяк! Только и нужно, что каждый день делать на один шаг больше и всё будет в порядке. Вы справитесь. Я уверен. Ах, как же я люблю творожную запеканку! У Вас, случайно, не осталось ещё одного кусочка?.. - Но если у меня закружится голова, - спросил мальчик, протягивая снегирю ещё один кусочек запеканки, которую он припрятал с ужина. – Что тогда? - Вам просто нужно регулярно тренироваться, - ответила птичка. – Знаете, когда я был маленький и выглядывал из гнезда, у меня тоже кружилась голова. Все мои братья и сёстры давно летали, а я всё сидел в гнезде и звал маму. Но однажды, я отважился и выбрался на сук, который был неподалёку и странное дело, моя голова стала кружиться гораздо меньше, так что тем же вечером, я совершил свой первый полёт на соседнюю ветку. Да, тут всё дело в тренировке. Попрощавшись с другом и, дождавшись когда в больнице всё окончательно стихнет, мальчик сел на кровати и свесил с неё ноги. От этого простого усилия его голова действительно закружилась, и он вцепился обеими руками в одеяло. - Я смогу, - шептал он, стиснув зубы. – У меня получится. Я дойду до окна. Дойду. Дойду. Я Должен! Спустя несколько минут, головокружение прекратилось, и он лёг обратно, но лишь за тем, чтобы снова сесть и этот раз голова кружилась уже меньше. Мальчик проделал эту операцию много раз, пока не свалился от усталости и не уснул, приняв решение завтра, во что бы то ни стало, встать на ноги. Через три дня, мальчик мог не только стоять, но и, опираясь на кровать, медленно обходить её вокруг, с трудом переставляя дрожащие ноги. Порой, ему было очень трудно, и несколько раз он даже плакал и хотел всё бросить и лечь, но затем, он представлял себе Новогоднюю ёлку в своём доме, счастливые лица родителей, подарки и продолжал ходить. На пятый день, он показал свои достижения снегирю и, легонько держась за спинку кроватей одной рукой, смог сделать целых 4 шага. - У меня совсем не кружится голова, - говорил он. – Только ноги точно ватные, но это не беда. Мне осталось всего 6 шагов! Я смогу... - Разумеется, - радостно щебетал снегирь, с полным клювом сдобной булки. – У просто уверен, что у Вас всё получится! Нужно только не сдаваться. Однако, на восьмой день, когда до Нового года оставалось совсем ничего, мальчик мог делать только 6 шагов и ни одним шагом больше. Как только он поднимал ногу для седьмого, его охватывал такой страх, что он вынужден был присаживаться на ближайшую кровать и утирал пот. - Ничего не выйдет, - горестно сказал он снегирю, который наблюдал за его потугами. – Я не успею дойти до окна. Это слишком далеко для меня. Слишком далеко... - Не печальтесь, - успокаивал его снегирь. – У вас ещё есть время. Всё ещё может получиться. Быть может врачу будет достаточно и шести шагов. - Нет, - замотал головой мальчик, возвращаясь в кровать. – Ему нужно чтобы я дошёл до окна и точка... Друзья так разболтались, что не услышали шаги медсестры в коридоре, и когда она вошла в палату, снегирю ничего не оставалось, как только быстро юркнуть под тумбочку и затаится. Девушка плотно закрыла окно, пожелала мальчику спокойной ночи и ушла, оставив товарищей в неприятной ситуации. - Какой ужас, - зачирикал снегирь, выбравшись из своего укрытия. – Мне нужно срочно лететь домой, кормить детишек, а я не могу выбраться. Что же нам делать? Может быть, вы попросите медсестру ещё раз открыть ненадолго окно и я улечу? - Не выйдет, - ответил мальчик. – В больнице строгий порядок. Если она опять откроет окно на ночь, её будут ругать. Нет, она не согласиться. - Но как же быть, - волновался снегирь. – Мне обязательно нужно попасть домой и отнести детишкам крошки лакомства, что вы мне сегодня преподнесли. Они ждут меня! Мальчик ничего не ответил, но решительно откинул одеяло и сел на кровати. - Я сам открою окно! – сказал он. – Я смогу. - Вы, - изумился снегирь. – Но вы же сами сказали, что это слишком далеко! - Ну и что, - упрямо повторил мальчик. – Я сам открою. Я справлюсь. - О, я буду вам невероятно благодарен, - воскликнул снегирь. – Я расскажу про этот подвиг всем птицам во дворе. Даже голубям, хотя они и глупы как куры... Вы такой храбрый! Мальчик встал и двинулся к окну. Первые шесть шагов дались ему сравнительно легко, но седьмой снова заставил его сердце отчаянно колотиться. Он почувствовал, как его ноги задрожали, и он почти сдался, когда вспомнил о малышах, поджидающих его друга в гнезде. «Я должен помочь своему товарищу, - сказал себе мальчик. – Должен. Он мой друг. Он верит в меня. Я обещал...» Превозмогая страх, он сделал ещё один шаг, и ничего ужасного не случилось. Ему даже показалось, что он дался ему проще, чем первый. Обрадованный, он сделал ещё один шаг, ещё, ещё один и коснулся руками подоконника. - Чудесно, просто чудесно, - суетился вокруг него снегирь. – Это просто подвиг. Настоящий подвиг! Мальч