Он уже стер номер Матиаса из мобильного, поэтому позвонил в справочную и попросил дать ему телефон и адрес. Харри записал цифры и отметил, что, пока ждал ответа, дыхание участилось от волнения. Он постарался успокоиться.
— Привет, Харри. — Матиас говорил негромко, однако в голосе его слышалось радостное удивление.
— Извини, что надоедаю, — начал Харри.
— Да ничего…
— Ты где?
— Дома. Как раз собирался спуститься к Ракель и Олегу.
— Отлично. Хотел попросить тебя все-таки передать Олегу то, что я ему приносил.
Наступила пауза. Харри так сжал челюсти, что зубы скрипнули.
— Передам с удовольствием, но ведь Олег сейчас дома, так что ты сам мог бы…
— Да понимаешь, мне бы не хотелось сегодня встречаться с Ракель.
Новая пауза. Харри буквально вдавил трубку в ухо, словно в надежде услышать мысли собеседника, но уловил только дыхание и тихую минималистскую музыку, что-то вроде перезвона японских колокольчиков. Он представил себе Матиаса в столь же минималистски обставленной квартире. Квартирка, скорее всего, небольшая, но до противности аккуратная — нигде ни пылинки, ни одной случайной вещи.
На Матиасе голубая рубашка, он только что сменил повязку на ране. Тогда, на крыльце у Ракель, он сложил руки на груди вовсе не для того, чтобы прикрыть свой наследственный дефект. Он пытался спрятать рану.
— Ах вот как! Ну что ж, передам, конечно, — ответил Матиас.
Харри так и не понял по голосу, волнуется Матиас или нет. Снова послышалась музыка.
— Спасибо, — сказал Харри. — Я быстро, ты только дождись меня.
— Хорошо, — ответил Матиас. — Слушай, Харри…
— Да? — Харри глубоко вдохнул.
— Ты что, знаешь мой адрес?
— Ну да. Мне Ракель дала.
Харри выругался про себя: ну почему он не сказал, что узнал адрес в справочной? В этом нет ничего особенного.
— Вот как? — удивился Матиас.
— Да.
— О'кей, — согласился Матиас, — заходи, я оставлю дверь открытой.
Харри выключил трубку и в задумчивости уставился на нее. Он не сумел бы дать рационального объяснения этому чувству, но почему-то ему казалось, что времени практически не осталось — он должен бежать со всех ног, должен успеть до наступления темноты. Фантазия, как видно, разыгралась, опять его преследует детский страх, будто вокруг уже стемнело, а он никак не может найти дорогу к бабушкиному дому.
Харри набрал еще один номер.
— Да. — Голос у Хагена был бесцветный, безжизненный.
Голос человека, подписавшего капитуляцию, подумал Харри.
— Бросайте свои бумажки, — сказал Харри. — Звоните всем дежурным полицейским, мне требуется подкрепление. Берем подозреваемого в убийстве, улица Осенгата, двенадцать, в районе Торсхов.
— Харри…
— Слушайте: останки Сильвии Оттерсен лежат в морге Института анатомии. Снеговик — не Катрина. Понимаете?
Пауза.
— Нет, — прямодушно ответил Хаген.
— Снеговик — сотрудник этого института, Матиас Лунн-Хельгесен.
— Лунн-Хельгесен? Вот черт! Это ведь тот, который…
— Да, тот врач, который оказал большую помощь в разработке Идара Ветлесена.
Голос Хагена повеселел:
— Дежурные полицейские, разумеется, поинтересуются, вооружен ли он.
— Насколько нам известно, — поделился Харри, — он убил десять-двенадцать человек и ни разу огнестрельного оружия не использовал.
Сарказм Харри дошел до Хагена не сразу.
— Я перезвоню, — бросил он.
Харри нажал кнопку «отбой» и, вертя в замке ключ зажигания, другой рукой принялся набирать Магнуса Скарре.
Магнус и двигатель отозвались синхронно.
— Ты все еще в районе Трюванн? — спросил Харри.
— Да, а что? — ответил Скарре.
— Хватай всех, кто есть под рукой, и бегом в машину. Притормози на перекрестке Осенгата и Фуктс. Едем брать мерзавца.
— Ах, мать твою!.. Это то, о чем я думаю, или…
— Да, — отрезал Харри.
Он так втопил газ, что покрышки взвизгнули на асфальте.
Харри вспомнил Юнаса. По какой-то непонятной причине — именно Юнаса.
Один из шести патрульных автомобилей, которые затребовал Харри, связавшись с управлением, уже стоял у перекрестка на Осенгата. Харри подъехал со стороны Стурусиден. Свернул на тротуар, выскочил из машины, подбежал к патрульным и в приспущенное окно попросил рацию.
— Выключи пока, — бросил Харри, показав на мигалку. Нажал на кнопку вызова и приказал всем патрульным машинам выключить сирены заранее.