— Ты что здесь делаешь? Я же тебе сказал, чтобы ты не появлялся мне больше на глаза!
Лерчик оборачивается, и раздувается, как воздушный шарик, мгновенно становясь бордового цвета. Он стискивает кулачки, и трясёт ими в воздухе, шипя при этом:
— Я работаю у Романа Аркадьевича! И не смей мне указывать!
Я ошарашено смотрю на двух недомужчин, и понимаю, что нахожусь при каких-то разборках. Диана и Ева, сидящие в уголке, продолжают тихо чаёвничать, хихикая в кулачки.
— Как ты посмел явиться сюда, после того, как я застукал тебя с Борькой, из соседнего дома!
Так-так. Хоть одно нормальное мужское имя — Борька.
Тоник подскакивает к нам с визажистом, и, потрясая сапогами в воздухе, замахивается на визажиста.
— Изменщик! Ненавижу тебя!
Лерчик в ужасе взвизгивает, и отскакивает от нападающего в сторону, по пути задевая длинной худой ногой стул, на котором сижу я. С грохотом визажист падает на пол, увлекая за собой несколько баночек и тюбиков.
— Ой, мамочки, как больно! Кажется, я сломал руку!
Мужчина, заливаясь слезами, катается по полу, держась за тонкую кисть, мгновенно ставшую синюшного оттенка. Тоник, не ожидавший такой быстрой победы, растерянно моргает своими блеклыми глазами, а потом, бросается к Лерчику.
— Любимый! Прости меня!
Я в ужасе слетаю со стула, и осматриваю обнимающихся, милующихся парней. Всё встаёт на свои места. Лерчик и Тоник — гомосексуалисты, и находятся в романтических отношениях.
И, видимо, любвеобильный Лерчик решил изменить постоянному партнёру с каким-то Борькой из соседнего дома. За что, собственно, и получил под глаз. Но, теперь, кажется, голубки помирились — вон как милуются.
Но, что же, делать мне? Я до сих пор не одета, и не накрашена.
— Эй, а я?
Тоник поднимает партнёра, заботливо поддерживая его под локоть, и бормочет:
— Заиньке очень больно, он сегодня не сможет работать, мы в травмпункт поедем.
— Какой травмпункт? Роман Аркадьевич сказал вам сделать из меня фею! И девчонки тоже без макияжа!
Парни останавливаются, и смотрят на меня с неприкрытой злобой. Но, мне тоже деваться некуда — от феи у меня только костюм с крыльями.
Лерчик раздражённо цокает языком:
— Малыш, я тебе буду говорить, что делать, а ты накрасишь нашу фею. Я в тебя верю, ты у меня очень способный!
Тоник краснеет и расплывается в смущённой улыбке.
Следующие полчаса проходят в титанических усилиях Тоника. Сразу видно — парень не визажист, и не знает всех профессиональных названий инструментов, которыми обычно пользуется Лерчик.
Это порождает новый виток скандала.
— Солнышко, наноси ей базу на лицо. Да, вон тот, белый тюбик, молодец.
Тоник хватает нужный тюбик, и выдавливает огромное количество крема на свою ладонь.
— Эй, не так много! Давай, наноси на кожу, тщательно. Ага, молодец. Теперь хватай консилер. Не этот, бери розовый. У неё вон какие синяки под глазами! Ровнее наноси, похлопывай!
Паренёк начинает втирать что-то мне под глаза подушечками пальцев. Я вижу, что он сильно нервничает — его бледное лицо приобретает розоватый оттенок, а на лбу выступает испарина.
— Лучше воспользуйся спонжем! Ты ведь только что рылся в кладовке в поисках сапог! У тебя лапы грязные! Неряха!
Тут бедняга Тоник не выдерживает:
— Я протёр руки антибактериальной салфеткой! Я всегда так делаю! Хватит на меня орать! Иди, ори на своего Борьку!
Я хватаюсь за виски, с изумлением наблюдая за перепалкой.
— Ну, и пойду! Ты сумасшедший! Как я с тобой живу уже полтора года? Надоел, хуже горькой редьки!
— Ах, я тебе надоел!
Тоник хватает со стола баночку с каким-то кремом, и запускает в обидчика. Я зажмуриваюсь — паренёк точен — баночка попадает прямо в грудь Лерчика.
— Ты с ума сошёл! Это же крем люксового бренда! Знаешь, сколько он стоит? Остановись!
— И не подумаю! Я же сумасшедший!
С этими словами разъярённый Тоник хватает чёрную коробочку и отправляет её прямо в лоб уже и без того покалеченного Лерчика.
— Румяна! Они же сейчас все рассыпались! Ты псих!
Я ожидаю, что сейчас парни со своими внутрисемейными разборками разнесут всё помещение, и оглядываюсь по сторонам. Две феи — абсолютно невозмутимы.
— Что делать?
— Да успокойся! Эти психи каждую неделю разборки устраивают. А потом мирятся.
Фея с розовыми крылышками небрежно машет рукой, и углубляется в чтение какого-то глянцевого журнала. Так, понятно, это — Диана.