Неожиданно рядом со мной остановился самосвал. Над кабиной у него развевался российский флаг.
— Эй, тебе куда? Может подкинуть? — спросил мужчина, лет сорока, высунувшись из открытой двери кабины….
— Ой, спасибо, — сказала я, — мне бы до озера. Только у меня денег нет…
— Да, ладно… Залезай давай.
Подняв ногу на ступеньку, я увидела, как грязная масса стала медленно стекать с моего кроссовка.
— Ой, — выронила я, взглянув на свои, чуть ли не по колено грязные ноги — я вам всю машину испачкаю.
— Залезай, залезай… Тут и без того грязно.
Кое-как обстучав ноги, я забралась в кабину и закрыла дверь. Мы тронулись.
— Не боишься одна то гулять по таким местам? — спросил он.
— Мы должны с друзьями встретиться у озера, — соврала я. Кто знает, что он задумал.
Я заметила, как он косится на мою грудь. Бюстгальтеры я не ношу, и мои сосочки заметно выступали сквозь ткань футболки.
Камаз медленно прокладывал путь по толстому слою грязи и наблюдать за этим процессом из кабины самосвала было даже интересно. Водитель продолжал искоса посматривать на меня, раздевая меня глазами. И с каждым его взглядом, я чувствовала себя всё менее и менее одетой. Одновременно с дискомфортом, я ощутила все признаки лёгкого сексуального возбуждения — мои сосочки, напрягшись, предательски натянули ткань футболки, лицо залилось краской.
Самосвал остановился.
— Остановка «озеро», — сказал водитель с сожалением в голосе.
Открыв дверцу, я спрыгнула в грязь.
— Спасибо! — улыбаясь поблагодарила я его, радуясь окончанию пути с этим явно озабоченным водилой.
— Да чего уж там, — ответил он, оценивающе глядя при этом на мою попку.
Я поняла, что в накладе он не остался.
Я захлопнула дверцу и самосвал и поехал дальше.
Я оглянулась на озеро.
Фантастическое зрелище — солнце печёт вовсю, я в одной футболке, и озеро, почти полностью покрытое льдом. Лучи солнца искрились, отражаясь от ледяной поверхности. Красиво и необычно!
В центре озера был остров из огромных известковых камней, различной причудливой формы. Очень красивое место, давно облюбованное киношниками — летом здесь, частенько снимались фильмы. Да и фотографы регулярно наведывались сюда с фотосессиями. Ну, вообще это был не совсем остров — с моего берега к нему вела песчаная коса, метра 2–3 шириной. Я непременно хотела попасть на этот остров.
До косы нужно было идти ещё метров 100 по этой грязюке или, как вариант, можно было пройти к острову напрямик — по льду. Я спустилась к берегу.
Лёд у берегов подтаял и начинался где-то в метре от него. Терять мне было нечего, ноги в кроссовках промокли в грязи насквозь, и я не снимая их ступила в воду…
— Бррр, — вырвалось у меня. Вода была жутко холодной. Впечатление ещё усиливалось тем, что на улице было жарко и температурный контраст был очень сильный.
— Почиститься, что ли, — подумала я, глядя, как грязь медленно, тёмными клубами, отстаёт от моей обуви, погруженной в воду.
Я вернулась на берег и стала разуваться. Взглянув на испачканные, чуть ли не до колен джинсы, я поняла, что по хорошему, надо бы почистить и их. А для этого нужно их снять!
В ответ на эту мысль, кровь немедленно стала приливать к моей писечке — я почувствовала это по знакомому, растекающемуся в низу живота, теплу. На мне не было трусиков, и сняв джинсы я бы оказалась в одной футболке, с голой попой, на виду у всех. А это уже приключение в моём духе…
— Что ж, — подумала я, с опаской оглядываясь по сторонам, — вроде никого и нет.
Самосвалы проезжали выше, чуть в стороне от берега и водители если и могли видеть меня, то только по пояс, а если я приседала на корточки, то полностью скрывалась из их поля видимости. На озере виднелись рыбаки, но они были достаточно далеко и в основном сидели ко мне спиной.
Оглядев скалистый берег острова, я тоже не обнаружила какого либо движения.
Я расстегнула пуговичку на джинсах, молнию и стала медленно стаскивать их, продолжая оглядываться по сторонам. Освободившись от джинсов, я присела на корточки — от страха быть замеченной и от возбуждения, сердце учащённо билось. Я почти голая… В новом для себя месте…
Зайдя по щиколотку в воду, я стала отмывать кроссовки, носочки и штанины от грязи. Отчистив всю грязь, я вышла на берег — ножки и ручки замёрзли в ледяной воде и хотелось их погреть. Моя рука сама потянулась к моей голенькой, разгорячённой писе…
— А-ааа…., - какой кайф.