Моя писечка нуждалась в снятии жара и напряжения, и мои ледяные пальчики, ласкающие нежные складочки, были настоящим спасением для неё. Я сидела на корточках, закрыв глаза и полностью отдавшись своим ощущениям, не обращая никакого внимания на проезжающие, в десяти метрах за моей спиной, грузовики.
Едва не доведя себя до оргазма, я остановилась. Стоп, стоп, стоп… У меня ещё будет возможность довести дело до конца. Надо перебраться на остров. На льду, в метре от берега, лежала доска, она как раз помогла бы мне взобраться на лёд — у берега он был тонкий и мог бы подломиться.
Я натянула на себя мокрые по колено джинсы, взяла в руки кроссовки, курточку и ступила босыми ножками в воду. Вода уже не показалась мне такой ледяной, как в первый раз. Аккуратно взобравшись на доску, я выбралась на лёд.
Лёд был рыхлый, снежно-водянистый и мои ножки иногда по щиколотку утопали в этой кристаллической массе. Эта масса была довольно грубой, и месить её босыми ножками, удовольствия не доставляло. По снегу босиком ходить было намного приятней.
Я благополучно дошла до острова, но выйти на него не смогла — лёд отступал от берега острова намного больше, чем от основного берега, здесь было глубже, да и доски никакой не было. Я решила пройтись вокруг острова в поисках более подходящего места для «высадки». Ножки уже прилично замёрзли, несмотря на припекающее солнце. Хотелось поскорее выбраться на берег.
То, что произошло дальше, случилось настолько быстро, что я не успела даже что-либо предпринять. Лёд подломился подо мной, и я с головой ушла в ледяную воду. Кое-как вынырнув, я сделала вздох, но держаться на поверхности не получалось — ледяная вода, паника и неумение хорошо плавать, не позволяли мне это сделать. Я плохо помню, что было дальше.
Помню уже, как сижу на берегу, вокруг меня голые люди, что-то говорят…
Постепенно до меня стал доходить смысл их слов — мне предлагают снять одежду, чтобы можно было растереть тело водкой. Я молча согласилась с этим — с меня стянули футболку, сняли джинсы и стали растирать моё тело.
Во мне перемешалось в этот момент столько разных чувств, что я не могла среди них выделить, преобладающее. Шок, чувство холода внутри и одновременно чувство жара на поверхности тела, возбуждение от ощущения на моем теле чужих мужских рук и одновременно чувство стыда…
Немного придя в себя, я огляделась. Я сидела на полотенце, которое лежало на песке, а другое полотенце, было накинуто мне на плечи. Меня окружали совершенно голые люди, пятеро мужчин и две девушки. Все с тревогой и сочувствием смотрели на меня.
— Ну, ты как? — спросил рослый и самый загорелый мужчина. Он сидел на коленях, рядом со мной, заботливо положив руку мне на плечо. Голос у него был тихий, вкрадчивый и почему-то очень внушающий доверие.
— Всё хорошо, спасибо… — неуверенно ответила я. Как то необычно было ощущать себя голой, в окружении таких же голых как я людей.
Каньон.
— Меня зовут Михаил, — представился загорелый мужчина, — мы тут загораем.
Я поняла, что именно он растирал меня водкой, он и ещё один мужчина, ниже ростом и немного менее загорелый, чем Михаил. Как я потом узнала, его звали Володя — он стоял немного поодаль и держал в руке бутылку.
— А меня зовут Юлиана, — приветливо улыбаясь, сказала, стройная, с со светлыми, вьющимися волосами девушка, — а тебя как?
— Кристина, — ответила я.
Юлиана была похожа на ангелочка — светлые кудряшки до плеч, голубые глаза, остренький носик. На вид ей было лет 20–22, стройные ножки, плоский животик, небольшая грудь — можно было залюбоваться. Но меня больше всего привлекала её гладко выбритая писечка, расположенная как раз на уровне моих глаз. Точнее колечко в клиторе с маленьким камушком, который сверкал на солнце, словно бриллиант. Я никогда раньше не видела пирсинг в таком месте.
— Сейчас согреешься, — сказал Михаил, — у нас тут в «каньоне» особый микроклимат. Смотри. Видишь, камни, которые нас окружают, они защищают нас с трёх сторон от ветров, а солнце находится как раз напротив, максимально долго в течение дня. Здесь всегда теплее, чем «снаружи».
Я, оглядываясь по сторонам, знакомилась со своим местом пребывания и заодно с остальными присутствующими. Камни нас окружали своеобразной подковой, края которой подступали к самой воде. Камни неправильной, совершенно причудливой формы и у воды они были невысокие, плавно поднимались до 4–5 метровой высоты, приближаясь к округлой части этой подковы. Каменные стены защищали не только от ветра, но и от посторонних глаз, а песочек здесь был такой светлый и чистый, что это укромное местечко показалось мне просто райским.