Алекс же, игнорируя мое возмущение, подмигнул мне, подошел к столу и присел на корточки.
— Потеряла что-то, Яна?
— Ой! — после громкого «бум» об стол взвизгнула Яна. — Ой-ой... Все закружилось… Мамочки!
Я наклонился и увидел, как она растирает голову и жмурится.
— Тебе больно, Яна? — протянул ей руку Алекс. — Прости, я не думал, что напугаю тебя. Я думал, ты меня видела.
Ну, конечно! Видела она тебя! Еще что придумаешь?
— Я просто не ожидала, — заскулила стажерка. — Зато нашла ксерокопию.
Алекс усадил ее на кресло и положил ладонь на ее макушку. Медленно провел рукой по ее волосам, не прекращая смотреть Яне в глаза.
— Болит? Сильно?
— Да, — насупилась она.
— Ничего, сейчас все пройдет. А покажи, где болит.
— Вот тут, — она легонько дотронулась до головы. — О-ой...
Мой брат не останавливался и не обращал на меня никакого внимания. Он решил идти напролом. Наклонившись, Алекс подул на саднящее место, отодвинул мешавшуюся прядь и снова подул.
— Так лучше? Хотя бы чуть-чуть?
— Да, чуть-чуть.
Я готов был придушить брата! Какого черта он творит?!
Алекс подул еще раз, его губы легонько коснулись ее светлой макушки, но он продолжал дуть, охлаждая место удара. А потом Алекс прикрыл глаза, вдыхая запах волос Яны.
«Идиот! — заорал я мысленно. — Что ты творишь?!»
Не удержавшись, он поцеловал стажерку в место удара.
Вот идиот!
Дебил!
— А в-вы это з-зачем сделали? — Яна подняла на него испуганный взгляд.
— Что? — теперь невинно хлопал глазами мой брат.
— Вы что-о, поцеловали меня, Алексей Геннадьевич?
Ее голос резко осип.
— Хочешь еще? — не сдавался мой брат, за что я хотел еще больше прежнего его придушить!
Идиотина! Идиот!
— Нет- нет. Не надо этого делать. Просто… зачем?
Яна медленно поднялась с кресла. Она попятилась назад, стараясь уйти как можно дальше от Алекса, будто боится его.
— Ну, как же, Яночка. Это же всем известный факт: если поцеловать, сразу болеть перестанет. Давай, я еще раз поцелую и сразу пройдет.
Глава 4 Герман
Я закатил глаза. Не столько потому, что мой брат нарывался на премию придурка, сколько не хотел видеть вот это все. Цирк уехал, а клоуна Алекса выпиздюлили из него!
Яна дышала через рот, продолжая мелкими шажочками отступать. Она обошла стол, сделала еще шаг и уперлась попкой в стеклянный шкаф.
— Ладно, Алекс, — я хлопнул его по плечу и подошел к стажерке. — Не скучай, мы пошли. Доктор из тебя неважнецкий. Да, Яна? — я ликовал, потому что мой брат сам только что закопал себя! — Методы у моего брата какие-то детские. Пойдем, я холодное приложу, чтобы шишки не было.
— Какие есть, — озлобленно буркнул Алекс, понимая, что я краду его жертву. — Яночка, — он посмотрел на нее. — Ну, скажи же, лучше-то все равно стало?..
О, а вот и его профессиональный щенячий взгляд… Поздно уже, братец, раньше нужно было обаяние пускать в дело!
— Конечно-конечно, — я развернул блондиночку и подтолкнул к выходу. — Стало! Пойдем, Ян. Сейчас я организую тебе рабочее место. А то, смотри-ка, одну нельзя оставить, сразу доктора налетают и навязывают лечение…
Чтобы Яна не видела, за ее спиной я показал брату средний палец.
Мы вышли из кабинета. Яна, колупая лак на ногтях, смотрела только вниз, под ноги.
— Глупенькая. Ты что, испугалась его?
— Немного есть.
Нет, ну, какая же она неискушенная!
— Да ну... Брось это дело! Я не дам тебя в обиду. Никому.
Она остановилась, ее ресницы взметнулись ввысь, а губки растянулись в слабой улыбке:
— Правда?
«Конечно же! — произнес я про себя. — Я сам тебя уже скоро очень сильно обижу. А потом еще раз обижу, усадив на факс или стол Нины».
— Конечно! — уже вслух сказал я. — Никому не позволю обижать свою замечательную стажерку. Таких умниц, как ты, надо ценить! Такие работники на вес золота.
Яна расплылась в улыбке, ее глазки заблестели. Я открыл перед ней кабинет и пропустил внутрь.
Разобравшись с рабочим местом для ангелочка, я вновь посмотрел на заставленные документами стеллажи. Но воздержался. Нина прекрасно справлялась со своей работой, и ей было виднее, как ей работать.
— Что насчет корпоратива? — я присел на край стола Яны.
— А разве мне можно?