Видимо, мое негодование было таким сильным, что Юра рассмеялся.
— Не горячись, Снежинка. Никто Далиле не поверит. Ибо нет тебе веры, Далилушка.
— Юр, не закрывай нас, ладно? Мне жить не на что будет! — заплакала Далила. — А Снежану я не буду увольнять, зарплату прибавлю... А? — теперь она с мольбой смотрела и на меня.
— Нет уж, спасибо, — фыркнула я. — Я только вещи свои заберу и к вам больше ни ногой.
Я забежала в подсобку, схватила со стола своего зайца, сунула в пакет кружку... с рисунком зайчика. Люблю зайцев! Взяла за стойкой администратора своё красное пальто, которое так и лежало, где я его оставила.
Юра, точнее Юрий Владимирович, отобрал у меня пальто и галантно раскрыл его, предлагая мне помощь. Джентльмен. Я благодарно улыбнулось, а он аккуратно накинул пальто мне на плечи.
— Спасибо.
— Смотри, Далила, последнее предупреждение тебе, — пригрозил он, и мы вышли из салона.
Молча дошли до его машины и молча сели. Юра, точнее Юрий Владимирович, завёл двигатель.
— Значит, вы майор, — пробормотала я. — А я думала, простой шофёр.
Он посмотрел на меня с искорками смеха в глазах. Красивый какой! И как я сразу не обратила внимания?
— Не хотелось смущать тебя званиями и чинами, тебе и так сегодня досталось.
— Спасибо вам за все, Юрий Владимирович, — искренне поблагодарила я.
— А вот это не нужно, — нахмурился он.
— Что?
— Выкать и Владимировичем звать. Просто Юра, договорились?
— Хорошо, — тут же согласилась я, потому что мне и самой не хотелось ему выкать.
— Рассказывай, где живешь, Снежинка.
— На Васнецова, десять.
— В новом микрорайоне, — кивнул Юра.
— Ага.
— Москвичка?
— Ну да... была.
— Бывших москвичей не бывает, — засмеялся он, а потом спросил: — Он?
— Кто — он? — не поняла я.
— Заяц, — кивнул Юра на зайку, которого я прижимала к себе.
— Да, мой зайчик, — смутившись, я снова засмеялась и уткнулась лицом в длинные заячьи уши. — А почему тебя Горячим зовут? — спросила я.
— Фамиля у меня такая. Майор Горячий. Лучше расскажи, что у тебя с Карапетяном, — попросил он. — И лучше расскажи все.
Разве можно не выполнить приказ майора? Такого красивого майора. Майора Горячего.
Глава 4
Я ложечкой снимала пышную пенку с капучино и отправляла ее в рот. Эта была вторая чашка. Всю первую я проболтала, рассказывая сидящему напротив меня майору Горячему про мои «отношения» с Карапетяном. В результате кофе остыл, и пришлось заказывать новый.
— Он и его шавки ввалились к нам с сестрой сразу после похорон отца и выставили счет. Поставили на проценты, — говорила я. — Сказали, что если не вернем, то нас… ну в общем, сделают все, что только можно страшного сделать с беззащитными женщинами.
Меня передернуло от страшных воспоминаний. Горячий, то есть Юра, прищурился. Он не задавал вопросов, а я сама продолжала и продолжала рассказывать. Про то, как Геля пошла к Борису Державину, про то, как он согласился вернуть наш долг на некоторых условиях, на каких конкретно, я умолчала. Это ведь уже было неважно, потому что Геля собиралась замуж за Бориса.
— Совсем скоро у них свадьба. Сестра не хочет шумную и много народа тоже не хочет. Тем более сейчас, когда мы только маму похоронили…
— Маму похоронили? Мои соболезнования, — сухо сказал Юра, но голос его был полон искреннего сочувствия.
— Ты знаешь, она ведь нас бросила. Мне тогда двенадцать было, Геле четырнадцать. Просто исчезла, и все. А теперь приехала, перед Новым годом… Она была очень больна. — На глазах навернулись слёзы. — Я ей все-все простила, сразу же. А Геля, наверное, нет, но она очень переживает…
Юра вдруг протянул руку через стол и погладил тыльную сторону моей ладони. Его пальцы были шершавыми, но от этого неожиданного прикосновения по телу разлилось тепло.
— Мне жаль, Снежинка, что тебе довелось пережить все это.
— Я не отчаиваюсь, — улыбнулась я и смахнула с ресниц слезы. — Верю, что после черной полосы обязательно будет белая.