Специальная научная конференция, собранная под эгидой Академии Наук и Академии Общественных Наук, нашла, что предсказания, основанные на явлениях природы, состояния растительного и животного мира возможны, но… не научны. Тем не менее, газеты (даже центральные) стали печатать народные приметы по «долгосрочному прогнозу погоды».
Вся эта галиматья успокаивала невзыскательные к фактам массы трудящихся, предотвращая возникновение ещё более страшного стихийного бедствия — паники.
Быстро пройдя пограничные формальности, Алексей Матвеевич Иванов, покинул просторный зад для иностранных пассажиров и направился к стоянке такси.
Носильщик в форменой фуражке легко нёс его небольшой чемодан, сработанный из добротной буйволовой кожи. На Алексее был элегантный костюм по самой последней моде от лучшего парижского кутюрье. Перед отлётом из Сиднея он посетил салон, где его внешностью занимались полдюжины парикмахеров, маникюрщиц и массажисток. В руках он нёс небольшой портфель-дипломат, лёгкий плащ-пыльник и автоматический зонт-трость. Он прекрасно знал, что представитель министерства внешней торговли, каковым он являлся по документам, возвращающийся из длительной заграничной командировки, должен быть элегантен, как принц Уэльсский. Иначе таможенные чиновники первого в мире государства рабочих и крестьян просто не поймут — какого черта тогда он ездил за границу? Да-а… Времена идеалистов от внешней торговли давно канули в Лету. Не везут теперь комивояжёры от минвнешторга в докторских обшарпаных саквояжах инвалюту в уплату за десяток паровозов, боясь потратить копейку на приобретение туфель взамен развалившихся сапог. Нет, не падают нынче они в голодный обморок. Теперь иные времена, иные люди. Законы развития революций объективны и безжалостны. Кто был ничем, стал всем. Буквально. А раз «всем», то и вести себя нужно и выглядеть, как все. Потому и семенил за Алёшей этот прощелыга в форменой фуражке носильщика, предвкушая чаевые в валюте, забегая вперед и угодливо распахивая перед ним дверцу такси. Этому типу сходила с рук и мелкая форцовка, и кое-какие валютные грешки, и даже разрешалось на всякую мелочишку делать покупки в киоске «Берёзка», но, естественно, за мелкие услуги соответствующим службам. Без этого нельзя. Государство — машина подавления, а машина должна иметь информацию.
Впрочем, вся информация об Алексее Матвеевиче Иванове уже через десять минут после того, как он сел в салатовое такси, полностью исчезла. Ну что называется «испарилась»: из полётного листа, из книги регистраций, из памяти чиновного люда строгой таможни и не менее строгого персонала пограничной и санитарно-эпидемиологичной службы. Не было такого пассажира. Вот и всё. Даже кадр из плёнки контрольной аппаратуры был прозрачен, как будто бы его специально засветили.
Тем временем, салатовое такси ММТ-6128 преспокойно шуршало по Ленинградскому шоссе, обгоняя тяжёлые рефрижераторы с финскими яйцами и салями, распухшие от пассажиров ликинские автобусы пригородных линий, образно прозванные водителями «русское чудо», вымытые до зеркального блеска интуристовские икарусы и ЛАЗы, загруженные наполовину, а то и на четверть испугано улыбающимися иностранными старушками в голубых волосах и розовых очках.
Сидя на заднем сидении, Алексей Матвеевич думал свою горькую думу о постигшей его ещё одной неудаче. Это была его последняя надежда. Больше в его списках Шмидтов, служивших когда-либо в СС не было. Десять лет он искал того, единственного СС-оберштурмфюрера, прозванного на том злополучном апеле «Тарасиком». Ещё тогда, в 60-м, когда он почти потерял надежду найти своего «Тарасика», в Вене у Симона Визенталя случайно увидел знакомое лицо на фото 44-го года. СС-штурмбаннфюрер с лицом и фигурой «Тарасика» делал привычное дело — расстреливал раненых повстанцев в Варшаве. Ну что ж, «Тарасик», видимо, преуспел. За каких-то пол года был повышен в звании дважды. Тогда-то и удалось Алексею выяснить, что на фото изображен СС-штурмбаннфюрер, командир одного из карательных отрядов, — Илганн Шмидт. И это всё. Шутка ли, сколько в Германии Иоганнов Шмидтов! Как в России Ивановых, Кузнецовых, Петровых… Попробуй найди нужного! Причём, в СС служили, по крайней мере, несколько сот Шмидтов, из них несколько десятков Иоганнов. И вот теперь, последний Иоганн Шмидт из Сиднея, бывший СС-штурмбаннфюрер, семидесятиодного года, — служил в карательном отряде, но… он был «специалистом» по Черногории и Греции. Никогда на территории Генеральной Губернии не был даже в отпуске. Сумел скрыться от правосудия ещё в 46-м. Числился в списках военных преступников. После беседы с Алексеем позавчера скончался от сердечного приступа у себя на вилле под Сиднеем…