Я очень хорошо знаю друга, такая манера общение говорит только об одном - он сдерживает свою злость.
- Мне нечего вам рассказывать, - вздергивает подбородок вверх, разводит руки в стороны.
И всё-таки я не выдерживаю.
- Дрянь, я тебя убью сейчас! - вскакиваю с кресла, сжимаю кулаки нависаю над ней.
- Мот, Мот спокойней друг! - хохочет Тоха, на реакции этой швали, которая сжалась от испуга.
Друг садится ровно, упирается мне в плечо рукой, толкает обратно в кресло, при этом не выпускает из захвата Машку.
- Машенька сама нам расскажет, - сжимает её шею сильнее, - что подсыпала тебе в чай? И, как узнала, что Арина готовит сюрприз в тот день четыре года назад? Правда, Манюня? - через-чур, сладким голосом говорит Тоха.
Глаза этой самой Манюни округлились, как-то неестественно. Лицо побледнело, руки стали подрагивать.
- Думала, мы не узнаем? Ну! Мы ждём ответа, - в голосе друга проскакивает рычание.
- Снотворное! Про сюрприз узнала случайно, подслушала разговор этих, двоих не разлучных подружек, - произносит, даже с каким-то превосходством Маша.
Такого я не ожидал! Признаться так легко. От того, как она это рассказывает, переворачивается всё внутри, она ни капли не жалеет о своём поступке. Тоха брезгливо отстраняется от неё.
- Зачем ты это сделала? - яростно требую ответа.
- Ты серьёзно? Зачем? - подаётся в перед, - я любила тебя, и сейчас люблю, а эта дрянь встала между нами. Думала, ты поиграешь с ней и бросишь, как ты обычно это делал! - визжит на всю комнату, - скольких девок в твоей постели я простила, а скольких убрала, - заходится хохотом сумасшедшей.
В памяти всплывают моменты, когда девушки бросали меня, не объясняя причину своего поведения. Тогда я думал, что достоин только барышень лёгкого поведения, раз нормальные все бегут от меня, пока не встретил Арину.
- Но у вас всё зашло слишком далеко! - продолжает говорить, - надеялась до последнего, что ты бросишь её, - растянула губы в широкой улыбке, - а когда твоя мама приехала в гости к мамаше, этой. Я была у неё в гостях, спустилась попить водички на кухню, вот тогда я и услышала, что ты собрался делать предложение этой курице, - шипит словно гадюка.
С каждым её словом, ярость внутри закручивалась смерчем, зверь рвался наружу.
- Тогда я и поняла, пора вмешиваться. И ты должен сказать мне «спасибо»! - тычет в меня пальцем.
- За, что это интересно? - рычу.
- Я открыла тебе глаза, на эту шваль! - произносит довольным тоном, - она на утро уже укатила с другим. Значит, он у неё давно был, и она трахалась на два фронта, прыгая из койки в койку. А после её отъезда у меня появился шанс, я долго к этому шла! Всё было хорошо, пока эта подстилка не вернулась обратно, и не испортила наши отношения. А самое обидное, ты снова повёлся на неё, тебя даже не остановило, что она вернулась не одна, а с мужем и отпрыском! Не удивлюсь если из этой крохи, вырастит такая же подстилка, как и её мать, пример есть с кого брать, - визжит, срывая глотку, размахивает руками, задевает Тоху.
Перед глазами красная пелена, смерч ярости вместе с разъярённым зверем вырываются наружу. Рывком поднимаюсь на ноги, наотмашь бью по лицу ладонью. Так, как эта сука сидела посередине дивана, то от удара завалилась на бок. Не даю ей прийти в себя, хватаю за волосы, тащу вверх, второй рукой хватаю за подбородок, нажимаю пальцами на скулы. По лицу текут крупные слёзы, в глазах страх, на щеке отпечаток моей ладони. Дергаю её ещё раз, от чего на её лице появляется гримаса боли, впиваюсь яростным взглядом в её глаза.
- Слушай сюда тварь, и запоминай! - рычу прямо в лицо, - шваль и подстилка - это ты! Арина мне не изменяла, ребёнок мой, а уехала она с братом. Ты ответишь за каждую пролитую слезинку моей девочки, - крепче сжимаю пальцы на скулах, - за пропущенные моменты с моей дочуркой. И поверь, я это сделаю! И тебе мой совет на будущие, не появляться на горизонте моей видимости. Убью! - отталкиваю от себя эту дрянь.
Глаза стеклянные, прижимает обе руки к щекам, по лицу вижу переваривает полученную информацию.
- Эта малявка не может быть твоей дочерью! - качает головой из стороны в сторону, запустив пальцы в волосы, - нет! Нет! Нет! Только я имею право быть мамой твоих детей! - ревёт белугой.
14.3
Переглядываемся с Тохой, киваем друг другу - больше здесь нам делать нечего.
- Тоха записал? - смотрю на друга.
- Всё до единого слова! - достаёт диктофон, демонстрирует Машки.
- Тогда поехали от сюда, находится рядом с этим падалью противно, - делаю шаг в направлении двери.
- Она всё равно не вернётся к тебе, мы столько раз занимались любовью. И она об этом узнает, я об этом позабочусь, - орёт, брызгая слюнною.