Сама не знаю, почему я паникую. Вроде и поводов нет. Целыми днями я только и делаю, что теряю свои вещи и опять их нахожу. Мне уже кажется, что некая часть меня поступает так нарочно. Я утодила в порочный крут. Это самая будничная форма самосаботажа.
Чтобы передохнуть, я пошла в туалет, встала в очередь и мельком увидела в зеркале свое отражение. Под глазами залегли синие тени. Я вымоталась от постоянных жалоб самой себе. С начала учебы в колледже я сплю гораздо больше обычного, но такой сон только утомляет. По части сна я уже почти догнала маму. Прошлой ночью проспала четырнадцать часов и все равно хочу лечь в постель, как только вернусь домой.
Я приложила ладони к лицу, чтобы остудить щеки. Из кабинки вышла женщина. Я бросилась в освободившуюся кабинку, закрылась от остального мира и, сидя на стульчаке, стала ждать, когда мне полегчает.
Скамейки перед гуманитарным корпусом предназначались для студенческих компаний, курильщиков и голубей-акселератов, высматривающих пишу. Меня путают даже голуби.
— Дебби!
Наверняка это Ксанта. Моя единственная подруга. Подруга? Знакомая? Девушка, которая знает меня по имени? Я обернулась, но ее не увидела.
— Дебби!
— А, привет!
Она сидела на скамейке с каким-то парнем. Он обнял ее одной рукой.
— Дебби, это Гриффин.
— Приятно познакомиться, Дебби. — Гриффин протянул ладонь, я пожала ее и продолжала робко стоять, пока он не показал мне на другую сторону скамьи. — Садись.
Я опустилась на скамейку, чувствуя себя как на собеседовании.
— Первый курс? — спросил он, показав на «Антологию американской литературы» Нортона у меня в руке.
— Ага.
Он кивнул:
— Ты в курсе, что в букинисте Нортона можно купить от силы за десятку?
— Серьезно? Я за него только что в «Хоггис Фиджесе» целое состояние отвалила!
Они засмеялись.
— Или как там их контора называется... — Я покраснела, поняв, что переврала название.
— Всегда можно вернуть.
— Да ну, гемор. Вообще они там такие любезные. Еще и поставили мне несколько штампов в карту постоянного покупателя.
— Святая правда. Стоит туда зайти, как хочется скупить весь магазин. Ничто не сравнится с запахом новой книги, — сказала Ксанта.
Гриффин обнюхал мою сумку.
— Пахнет дорого, — подытожил он, стряхивая пепел с сигареты.
— Ты тоже с факультета литературы? — спросила я.
— Господь с тобой! Я рассчитываю после колледжа найти работу. Без обид. Я на последнем курсе физического.
— Звучит прикольно.
— Так и есть.
— Грифф — гений, — сообщила Ксанта. — Стипендиат Фонда!
— Стипендиат Фонда? Это как?
— Фонд колледжа выдает специальную стипендию. Я на втором курсе сдал экзамены. Их любой может сдать. Если справишься, тебе оплатят учебу. Плюс общежитие, питание и немного денег на руки. Вполне неплохо.
— Ага... — Я отметила для себя, что надо подать на стипендию Фонда и во что бы то ни стало ее получить.
Гриффин напоминал сына-подростка кого-нибудь из битлов: пышная кудрявая грива, на волосатой груди блестела монетка на цепочке.
— Гриффин, а ты откуда?
— Арди, графство Лауд.
— А по выговору и не скажешь.
— Ну спасибо.
— Наш копытчик тоже из Арди.
— Кто, прости?
— Резчик копыт. Не знаю, как его зовут, но выговор у него уморительный.
— Ты, видно, нечасто знакомишься с новыми людьми? Ни тебе предисловия насчет фермерского бэкграунда, сразу — хопа своим копытчиком! — Похоже, Гриффин изо всех сил старался меня смутить.
— Значит, у тебя уже есть планы после выпуска? — спросила я.
— Думаю специализироваться на океанографии.
— Ух ты! Будешь изучать изменения климата?
— Диссертацию я буду писать по ледниковым эпохам, особенностям формирования ледникового покрова и причинам, по которым ледники начали отступать.
— Круто.
— Он еще и репетитор, — тоном официального пресс-секретаря сообщила Ксанта.
— Время от времени. Платят мало, но на хлеб с маслом хватает.
— Пойдем выпьем, — предложила Ксанта. — Дебби, пошли с нами.
— Не могу, мне домой надо. У Джеймса день рождения.
— А, здорово! Ну ничего, в следующий раз. — Она повернулась к Гриффину. — Пошли со мной пить.
— Мне нужно зайти домой переодеться, — сказал Гриффин.
— Не дури, ты отлично выглядишь.
— Мне нравятся твои джинсы, — сказала я.
— Спасибо. — Он погладил торчащие из рваных черных джинсов колени. — Вообще-то они новые. «Томми Хилфигер». На этикетке они назывались состаренными.