— Валькирии — это всего лишь низшие божества, — мрачновато усмехнулся Гай. — Верховные боги и богини в их советах никогда не нуждались. Храм совсем близко, вот в этой роще, куда мы сейчас въедем. Ты как, Илана?
— Нормально. Я поеду верхом.
Гимеловый лес был смешанным. Преобладали серебряные гимелы — их так называли за серебристо-серый цвет ствола и ветвей, но довольно часто встречались и голубые, глядя на которые, Илана вспоминала маленькую рощу в замке Айслинда. Рощу, далеко не всегда похожую на своё отражение в зеркальной скале.
Время от времени лес становился совсем редким, и среди деревьев Илана видела странные растения — какие-то полупрозрачные суставчатые кусты, похожие на изделия из светло-зелёного стекла или хрусталя. Проезжая мимо одного их этих кустов, Илана потрогала его. Он и на ощупь напоминал стекло.
— Ледяной мох, — пояснил Гай. — Симбиоз здешнего мха с вечным снегом. Одно из тех изменений, о которых говорили Хенна и Эдан. Магический снег влияет не на все растения, но некоторые из-за него гибнут, а многие становятся другими. Бывает, что даже приобретают целебные свойства, но чаще всего это изменения не в лучшую сторону. Снежные маги так долго превращали обычный снег в вечный, что в Айсхаране его накопилась очень много, и он стал выпадать в виде осадков — ты же знаешь о круговороте вещества в природе.
— Да-а… И осадки эти всё чаще и чаще заносит в другие миры.
— Здешние маги нарушили экосистему своего мира, как это, увы, довольно часто делали и до сих пор делают в нашем мире учёные.
— Пит Утсон совершенно прав, — вздохнула Илана. — Магия — это по сути та же наука. И так же разрушительно может воздействовать на природу.
— Точно, — кивнул принц. — Эдера вообще считает, что маги Айсхарана, а прежде всего иланы, полукровки и наары — спровоцировали те самые катастрофы, которые тут время от времени бывают. Эксперименты с материей не прошли для этого мира даром.
— Айслинд говорил, что маги занялись этими экспериментами, чтобы выжить, когда тут началось глобальное похолодание…
— Возможно, он перепутал причину и следствие, — усмехнулся Гай. — Во время спасательных рейдов мы обнаружили старый храм с рукописями. Служитель Вуурданы Армилар занимался экологическими исследованиями, ну или чем-то вроде, и наблюдал за небесными телами. Мы отнесли эти рукописи Эдере, и ей многое удалось разобрать — служители Вуурданы всегда изучали древний язык. Армилар не был магом. Он там где-то обмолвился, что ни хатанские, ни снежные маги никогда не позволят ему ознакомить с его теорией жителей Айсхарана, поскольку никогда не пожелают признать, что именно маги довели свой мир до катастрофы, которая разразилась потому, что они разрушили другой мир. С тех пор бедствие в виде падения осколков регулярно обрушивается на Айсхаран, и так будет продолжаться до тех пор, пока этот мир не погибнет. Или, согласно более оптимистической версии, пока маги не искупят свою вину перед жителями того погибшего мира, хотя те и понятия не имеют, кто разрушил их мир, а иланов так просто боготворят.
— Это он о ком? — спросила Илана и, прежде чем Гай успел что-то сказать, воскликнула:
— Юты! Они же боготворят иланов. И они не уроженцы Айсхарана — это я точно знаю. Один мой знакомый ют говорил мне, что когда-то очень давно иланы спасли его народ, уведя сюда с гибнущей планеты… Погоди-погоди, что-то я не совсем понимаю… Значит, иланские маги и уничтожили тот мир?!
— Не знаю… Возможно, Армилар действительно говорит о ютах и об их погибшем мире. Эдера ещё не всё расшифровала. Всё там прочесть и не удастся — рукопись сильно пострадала от сырости. А Пит Уотсон… Это из блэквудской группы?
— Да. Я должна их найти. Они же так и не знают, что с нами случилось…
— Не беспокойся, их уже ищут. У меня есть свои люди на Майдаре. К сожалению, не очень влиятельные, но всё же… К тому же скоро туда отправится Хай-Вер и наладит кое-какие связи по своим каналам. И Томас, вроде бы, с ним туда собирался. Хочет поискать там знакомых своей семьи. Гилленсхаали — одно из достаточно видных семейств Федерации.
— На Майдаре слишком много шпионов герцогини, и не стоит отправляться туда целой толпой. К тому же влиятельных знакомых у Гилленсхаалей всё же больше на Авалоне…
— Туда мне врата не открыть.
— Но мне-то это ничего не стоит. Во всяком случае, в Камелот, который я очень хорошо помню. Королевская чета Авалона нас с Томасом не жалует, но мы уж постараемся не засветиться и вообще там долго не задержимся. Зато герцогине и в голову не придёт отслеживать нас в Камелоте. Все считают, что после истории с принцем Артуром мы туда…
Илана еле удержалась на лошади, когда та неожиданно шарахнулась в сторону и встала на дыбы. Конь принца тоже захрапел и попятился.
— Что с ними?
— Тише, — негромко сказал Гай. — Не повышай голос и не делай резких движений. Главное — его не злить.
На узкой, петляющей среди серебристых гимел тропе стоял полуобнажённый подросток с длинными вьющимися волосами и необыкновенно бледной кожей. Он был красив, но производил какое-то жутковатое впечатление. Казалось, путникам явился дух-покровитель этой рощи. Тёмно-синие глаза мальчика смотрели на небольшой конный отряд каким-то странным, застывшим взглядом. Незнакомец напоминал одновременно безумца и отшельника, которого заставили выйти из нирваны. Илане показалось, что губы у подростка слишком яркие по сравнению с его мертвенно-бледным лицом. Приглядевшись, она поняла, что его рот просто испачкан чем-то красным, похожим на свежую кровь. Такие же пятна были у него на руках и на груди.
— Ты охотился? — ласково обратился к мальчику Гай. — Надеюсь, ты сыт?
Тот ничего не ответил и отломил от ближайшего «хрустального» куста длинный стебель, похожий на острую пику.
— Нам не нужна охрана, — поспешно произнёс Гай всё тем же дружелюбным тоном, хотя Илана видела, что он весь напрягся и на всякий случай держит руку поближе к кинжалу. — Но мы слегка заблудились. Покажи нам дорогу к Эдере. Она нас ждёт. Эдера нас ждёт, понимаешь?
Упоминание об Эдере заставило подростка опустить «пику», но лицо его более приветливым не стало. Илана заметила, что юный горм — а это явно был горм — внимательно на неё смотрит. И чем дольше он на неё смотрел, тем явственней в его глазах читался страх. Илана вспомнила, как легко расправилась во дворце с ханнами. С гормами она ещё не сталкивалась, но чувствовала, что над ними у неё тоже должна быть власть. Похоже, почувствовал это и горм. Но он всё равно был опасен, в том числе и для неё. Пугать это существо было так же опасно, как и злить.
— Как тебя зовут? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал одновременно властно и доброжелательно.
— Эдера зовёт меня Динги, — ответил мальчик на хорошем межгалакте, причём акцент выдавал в нём уроженца Германара.
— Проводи нас до святилища, Динги. Эдера нас ждёт. И выброси эту палку, тебе ведь никто не угрожает.
Подросток тут же закинул ледяной стебель в кусты и, повернувшись, зашагал по тропе.
— Слава Богу, — Гай вздохнул с облегчением. — Я слышал, что существа, изменённые при помощи магического льда, сразу чуют хозяина в том, кто по-настоящему владеет снежной магией. Теперь я вижу, что это правда. Эдера нашла к ним подход, она их почти приручила, но госпожой они её не считают.
— Вот именно, — недовольно заметил старый Герен, дружинник, служивший ещё деду Эдана и Хенны, верингу Айленду. — Не следует позволять им вот так вот запросто бродить.
— Да, действительно, — сказала Илана. — Тем более что у него нет амулета.
— Думаю, нелюдь и без амулета на пропадёт, — усмехнулся Герен.
— А кстати, как тут себя чувствуют звери?
— Замечательно, принцесса, — заверил Илану старый дружинник. — Они у себя дома. По просьбе своих избранников богиня сделала этот лес опасным для людей, но не для зверей. Вуурдана никогда не причинит вреда невинным тварям.
— Эдера говорила, что домашнее животное, попав в этот лес, может пострадать, — возразил Гай. — У большинства одомашненных зверей инстинкты повреждены, поэтому она просила не оставлять здесь лошадей без присмотра. Но за вуурдов можно не опасаться, даже за ручных. Это их лес.
Возглавлявший отряд Динги неожиданно остановился и, сорвав с куста какой-то круглый плод, направился к Илане. Её лошадь опять испуганно захрапела и попятилась.