— Кажется, я поняла, — неуверенно сказала Илана. — Богиня постоянно выбирает себе новое тело. И спутника, который может быть ей либо возлюбленным, либо братом… А потом она уходит в горы и становится Снежной Девой?
— Необязательно. Иногда она подолгу живёт в лесу — то как женщина, то как волчица. Вуурдана — богиня на земле и живёт в смертном теле. Став Снежной Девой, она может обрести подлинное бессмертие, но она всякий раз отказывается от него ради своих детей.
— Значит, она умирает?
— Да. Но она всегда возвращается.
— А сейчас… В чьём теле сейчас живёт богиня?
— Она бродит по лесам, — глухо произнесла жрица. — Она уже давно не имела человеческого облика. Будучи зверем слишком долго, она забыла о своей божественной сущности. Когда она вспомнит, всё изменится. К лучшему.
Эдера сидела, глядя в маленькое, мутное окно, но Илане казалось, что жрица смотрит ей в душу.
— Значит, все хатаны — потомки того племени, которое когда-то привела сюда Ана?
— Не только. Вслед за её племенем через эти же врата сюда потом явилось ещё несколько племён. Но мы, ангиеры, действительно первопроходцы. Кстати, внуки первых переселенцев потом частично вернулись в ваш мир. А лет тридцать назад, по-вашему сто пятьдесят, двое из рода Сельхенвурдов ушли в ваш мир, но не в ту страну, где выросла ты, а в Леброн. Они, можно сказать, бежали. Их никто не преследовал, но они настолько не хотели, чтобы их искали, что решили как можно лучше защитить свою новую родину от вторжений из Айсхарана. А поскольку эти супруги были хорошими магами, им это удалось. С тех пор ещё никому не удавалось открыть врата отсюда ни в сам Леброн, ни даже на прилегающие к нему территории, включая юго-западную границу Германара.
— Их могли найти, перейдя в Германар, а оттуда — уже обычным путём, а не через межпространство, — в Леброн.
— Могли, если бы кому-нибудь непременно захотелось их отыскать, но, видно, никому не хотелось.
"Что ж, — подумала Илана, — зато эти двое защитили лебронцев от похищений и ледяной болезни".
— А ещё раньше в ваш мир перебралась часть племени мернов, — сказала Эдера. — Сейчас они живут к северу от Германара, называют себя хатанау и занимаются тем же, чем занимались здесь, — разводят леров.
— Они невысокие и немного смуглые?
— Да.
— Оленеводы, которые катали и похищали в наших парках детей, выглядели так же.
— Естественно. Это были тоже мерны, но те, что остались здесь и служат аханарам…
— Я так и поняла. Аханары нарочно выбрали их, чтобы в случае чего в похищении детей обвинили оленеводов, живущих на берегу нашего Северного океана.
— Теперь понятно, как возникла легенда об ангеле с мечом, — сказала Илана королеве, изложив ей вечером свою беседу с Эдерой. — Тем самым ангелом был один из снежных магов Айсхарана. Потомки Аны, вернувшись в наш мир, принесли туда легенду, которая родилась в Айсхаране. В наш мир — это, конечно, ещё не на Гею, а на древнюю Землю, поскольку тогда она была единственной в нашем мире планетой, населённой людьми. Позже легенда приобрела христианские черты. Ана стала святой Анной, Анаэль ангелом. Близнецы Дамьен и Дэнна — королём Демином и его возлюбленной Дейной. В ортодоксальном писании эта легенда гораздо меньше похожа на первоисточник, чем в элианском, там даже меч от ангела получил отрок, а не дева. Наша церковь всегда с яростью отрицала языческое происхождение легенды… Впрочем, кто знает, может, это действительно два самостоятельно возникших сказания. Явление ангелов избранникам и избранницам — весьма распространённый сюжет. А врата в Леброн всё-таки открываются. Ведь они открылись, когда Мартин и его семья нуждались в убежище.
— Значит, ты сильней тех двух магов, которые закрыли Леброн от вторжений через межпространство.
— Не факт. Я ведь тогда не в одиночку открыла врата. Мне помогли… Билли, ты веришь в загробный мир, в жизнь после смерти?
— Не знаю… Но мне не хочется верить, что смерть — это конец.
— "Смерть — это конец путешествия, но не пути", — вспомнила Илана.
— Красиво сказано, — улыбнулась Изабелла. — Чьи это слова?
— Не помню.
Засыпая, она вспомнила, чьи это слова. И снова увидела того, кто их произнёс, — Снежного короля, бредущего к ней сквозь пургу. Звезда в его венце сверкала ослепительным светом. Потом король исчез, словно растворившись в серебряных вихрях метели. Осталась лишь звезда, сияющая над белыми вершинами гор. Айслинд…
Она проснулась оттого, что кто-то громко, чуть ли не прямо ей в ухо, произнёс это слово — Айслинд. И в тот же момент мир содрогнулся. Илане показалось, что она лежит на земле, которая вот-вот перестанет быть для неё опорой, оставив её зависшей в пустоте… Или в межпространстве? Где-то на стыке бытия и небытия, где такие понятия, как материя, пространство и время, теряют свой смысл… Илана подскочила на кровати и огляделась. В комнате никого не было. Старинный дом Сельхенвурдов по-прежнему прочно стоял на земле, но Илану не оставляло ощущение, что толчок, который она только что почувствовала, ей не приснился. Впрочем, как выяснилось, никто, кроме неё, никакого толчка не заметил, так что Илана очень скоро выбросила свой тревожный сон из головы.
Имя Айслинд она теперь слышала не по разу в день. Все ждали восхода Северной Звезды и постоянно рассуждали о том, что их ждёт в новом году. Илана решила, что в то утро кто-то просто произнёс название звезды под окном её комнаты.
Окно выходило в ту часть двора, где строился новый дом. Посёлок разрастался. А поскольку он нуждался в защите от ледяных кораблей, Илана в то же утро принялась за дело. Через два дня в посёлке уже не осталось ни одной постройки, не покрытой слоем магического льда. А после того, как Гай рассказал ей о маскировочном куполе, накрывавшем космодром Айслинда, решила во что бы то ни стало сделать такой же купол и над посёлком. Вражеский космодром, где находились ледяные корабли, был в горах, а маскировочный купол, который соорудил над ним Айслинд, представлял собой сплошное обманное зеркало.
— Аханары так называют зеркала с ложными картинами, — пояснил принц. — Благодаря этому магическому куполу космодром выглядит сверху просто как несколько горных вершин. Там неподалёку под точно таким же куполом есть тренировочный лагерь, где парни из селений при замке проходят воинскую подготовку. Не знаю, хватило бы моих магических способностей, чтобы управлять ледяными кораблями, или нет, но я надеялся, что аханары попробуют меня этому научить. Возможно, они и хотели. Но сперва они хотели убедиться в моей абсолютной верности. В том, что я действительно стал тем, кем они хотели меня сделать, — послушной марионеткой в их руках. Всё же я был в их игре не пешкой, как те парни, из которых аханары сколачивали своё войско. Я должен был стать более значимой фигурой — королём. Хоть и игрушечным, хоть и на их шахматной доске, но всё же королём.
— Пожалуй, я попробую сделать такой купол с обманной картинкой. Сверху посёлок будет выглядеть как лес, так что аханары его вообще не найдут.
— Зачем тебе перенапрягаться? — нахмурилась Хенна. — Ты и так всё защитным слоем покрыла. У тебя сейчас не то состояние, чтобы так рьяно использовать свои способности.