— Ну так мне надо найти их до того, как их арестуют, и перебросить в более безопасное место. Подождите, я сделаю несколько ледышек, чтобы было из чего соорудить зеркало-врата…
— Да как ты не можешь понять! — рассердилась Йесси. — Едва тебя увидят рядом с ними, как вас тут же схватят. Уж поверь, они постараются вас схватить, пока ты всех куда-нибудь не увела. Сомневаюсь, что ты успеешь сделать врата. Кстати, оперативники, которые выслеживают преступников, сейчас располагают хорошей звукоулавливающей аппаратурой, а уж люди герцогини-то явно оснащены по высшему разряду. Когда ты выйдешь на своих друзей, эти охотничьи псы вполне могут услышать, о чём вы говорите.
— Ты права, — согласилась Илана, открыв водопроводный кран. — Появиться перед моими друзьями прямо сейчас — всё равно что заложить и их, и саму себя. Сейчас я представлю одно тихое местечко в майдарской столице, и ты меня туда перебросишь. А уж там я соображу, как мне найти своих и как к ним подобраться. Если есть время, чтобы хорошенько продумать операцию, лучше не спешить, а то действительно можно всё испортить.
Юты молча смотрели, как Илана рассовывает ледышки по карманам, и в их молчании чувствовалось одобрение.
— Можно ещё один вопрос, госпожа Йесси?
— Спрашивай, — обречённо вздохнула та.
— Почему ты всё-таки решила мне помочь?
— Было бы некрасиво не отблагодарить спасительницу моего хоть и дальнего, но всё же родственника.
— Кого ты имеешь в виду?
— Юного Йоффи, сына Лоффи и Эйми. Наши с Лоффи прабабки были родными сёстрами. Они расстались, а потом вообще оказались в разных мирах. С тех пор прошло больше ста лет, но мы, юты, всегда находим членов своего клана — по амулетам. У каждого клана свой амулет, и каждый ют с младенчества носит амулет своего клана. С семьёй Лоффи я встретилась совсем недавно, и мы даже не успели толком поговорить. После недавней беседы с тобой я связалась с Лоффи и спросила, знает ли она девочку со снежной кровью по имени Илана, которая считает себя другом ютов из Гаммеля. Мой брат по клану ответил, что они тоже считают тебя своим другом, а его семья перед тобой в долгу, поскольку ты спасла от бандитов их сына. Наш клан был перед тобой в долгу, теперь я спасла тебя и отдала долг. Мы, юты, весьма щепетильны в таких вопросах. Даже слишком. Когда-то мы считали иланов благодетелями, которые спасли нас, забрав с нашей гибнущей планеты и сделав полноправными жителями своей. Мы считали, что обязаны им жизнью и должны служить им. Теперь мы знаем, что на самом деле из-за них мы потеряли наш мир. Мы больше не желаем иметь никаких дел с теми, в ком течёт снежная кровь, а если наши интересы пресекутся, будем воевать с ними, не проявляя ни капли снисхождения. Мне хочется верить, что больше мы с тобой не встретимся, Илана из рода снежных королей. Я даю тебе возможность спастись. Спасайся, спасай своих друзей, ищите место, где вы сможете жить и быть счастливы. Вселенная велика. Лучше не вставайте на пути у нас и у наших союзников. Уверяю тебя — вы проиграете. А теперь сосредоточься наконец и представь то место, где хочешь оказаться. Я открою тебе врата, чтобы ты не тратила на это свои последние силы. Ты в плохой форме. Поторопись, наше время истекло.
Илане многое хотелось бы сказать в ответ на эту тираду, но она знала, что времени у неё действительно нет. Она лишь спросила:
— Вы случайно не знаете, какое сейчас время суток на Майдаре?
— Около восьми вечера, — ответил напарник Йесси, глядя на Илану с откровенной симпатией.
— Я даже не знаю имя своего второго спасителя.
— Сумайо.
"Около восьми вечера лидонский зоопарк уже закрыт", — подумала Илана и представила себе умывальную комнату в туалете зоопарка.
— Готово, — сообщила она.
Йесси протянула вперёд руку с кольцом, из голубого камня вырвался луч, и в воздухе появилась картинка — вроде тех, что можно сделать при помощи голопроектора. Она выросла, всё, что на ней было, обрело свои реальные размеры, и теперь уже казалось, что Илана и два юта стоят на пороге другой комнаты. Оставалось лишь сделать шаг.
— Там в это время никого не бывает, — пояснила Илана, заметив во взгляде Йесси удивление. — Зато полно воды и зеркал. Спасибо вам за всё и до свидания. Надеюсь, мы ещё побеседуем в более спокойной обстановке.
Девочка шагнула в иллюзорную комнату, и иллюзия сразу же превратилась в реальность. А в реальном туалете лидонского зоопарка сейчас было темно — после закрытия свет в большинстве его помещений отключался. В это время года в столице Майдара темнело поздно. Зеркала слегка мерцали в полумраке, поскольку на них падал пробивающийся сквозь оконце под потолком луч вечернего солнца. Зеркала и вода. То, что ей нужно. Больше всего ей сейчас, конечно, нужен отдых, но эту роскошь она себе позволить не может.
Утолив жажду, Илана сделала магическое зеркало. Интересно, где её друзья? Где бы они сейчас ни находились, скорее всего они держатся вместе. Йесси сказала, что за ними должны следить люди герцогини, и увидев рядом с беглецами Илану, их всех тут же постараются схватить. Это точно. Их постараются схватить как можно быстрее, пока Илана не пустила в ход свою магию. Значит, надо обмануть тех, кто следит за её друзьями.
Натянув на голову капюшон куртки, Илана вызвала в зеркале интерьер хорошо знакомого ей супермаркета. Каких-то пару лет назад мадам Би покупала ей там наряды. Через несколько секунд Илана уже стояла перед прилавком с тёмными очками. А ещё через секунду пара очков уже красовалась на ней. Теперь, скрыв под тёмными стёклами свои необычные глаза, девочка уже относительно спокойно выбрала себе подходящую одежду — экстравагантное платье с блёстками, туфли на высокой платформе, ярко-рыжий парик, аляповатую дамскую сумочку, кое-что из дешёвой косметики и бумажный блокнот с ручкой на цепочке. Запершись в кабинке туалета, она извлекла всё это из ледышек, переоделась, наложила макияж и приготовила записку с инструкциями. Потом сделала на стене магическое зеркало. Она изобразила на нём всех своих друзей в той одежде, в какой видела их последний раз. Вряд ли они где-то раздобыли другую — у них же нет её возможностей. Только бы Джанни не повёл их в дом друга своего дяди Серджио Авареса! Возле него, наверняка, целая засада. Впрочем, здесь ли они? Может, они не в Лидоне и вообще не на Майдаре. Если бы можно было хорошенько изучить то место, где они находятся, прежде чем туда перейти! Но мост перекинут, пока клубится туман. Когда туман рассеивается, мост исчезает. Когда Йесси открывала врата, тумана не было, но она делала это при помощи материи, обладающей огромной магической силой. У Иланы такого звёздного осколка нет. И всё же надо попробовать изучить картинку, прежде чем в неё входить. В данной ситуации слишком уж опасно шагать в туман, не зная, что тебя там ждёт.
Илана открыла врата, но не вошла в них. Когда туман стал рассеиваться, она увидела своих друзей — действительно их, а не созданное ею изображение. Они были здесь, в Лидоне. Все семеро стояли в тени раскидистых хвойных деревьев, название которых Илана уже не помнила. Но этот парк отдыха недалеко от лидонского космопорта она помнила хорошо. Уже заметно стемнело, и всюду безжалостно светили яркие фонари. Беглецы явно старались держаться в тени.
"Если я неожиданно там появлюсь, тем, кто за ними следит, это покажется странным. Как бы так сделать, чтобы появиться вон в тех кустах, а потом оттуда выйти… Надо попробовать".
Илана сосредоточилась и представила себя в гуще кустов справа от компании беглецов, но войти в зеркальную картину не успела. Туман рассеялся окончательно, и зеркало стало плоским. Вторая попытка открыть врата оказалась неудачной. Укол асхетамина ещё действовал, но Илана знала: скоро его действие закончится, и тогда у неё не будет никакой надежды спасти друзей. Усталость, голод, нервное напряжение и отрава, которой она дважды надышалась по милости герцогини, здорово подточили её силы. Плюс эта проклятая перестройка организма…
"Спокойно", — сказала себе девочка. Она попила воды, умылась и, сев в позу лотоса, сделала несколько дыхательных упражнений, которым научилась у Лилианы, — та последние полгода увлекалась йогой. Потом вызвала в зеркале уже хорошо ей знакомую картину и, нацелившись на тёмные заросли, открыла врата.
Когда туман рассеялся, Илана чуть не вскрикнула от боли — кусты, в гуще которых она оказалась, поцарапали ей правое плечо и левую лодыжку. И всё же она была счастлива — ведь рядом звучали знакомые голоса.