Илана смывала тени, размышляя о соотношении индивидуальности и универсальности, когда к ней подлетела взволнованная старшая наставница. Теперь Илана знала, что зовут её Джеральдина Вустер, но почти вся "Stella Polari" обращалась к ней «мэм», даже большинство взрослых моделей. Почти все они вышли из топ-студии, где она заправляла уже без малого сорок лет. Джеральдина Вустер относилась к числу тех немногих, кто позволял себе спорить с маэстро.
— Илана Стивенс, боюсь, тебе снова надо одеваться… Госпожа Райнер, пожалуйста, сюда! — махнула она гримёрше. — Надо поторопиться! Волосы уже покрасить не успеем…
— Да это и ни к чему, — оглядев Илану, промолвила госпожа Райнер. — Лучше я займусь её лицом…
Илана и опомниться не успела, а её уже облачали в белоснежный наряд с серебряной застёжкой на левом плече и вырезом, оставляющим открытым правое бедро. Несмотря на всю вычурность этого одеяния, в нём сразу улавливалось сходство с древнегреческим хитоном.
— Ирену Миллер тошнит, — пояснила старшая наставница, торопливо расправляя на Илане складки из тончайшей шелковистой ткани. — Выступать она не может, а без этого платья античный ансамбль не будет полным. Не хотелось бы портить впечатление… Ты в данный момент свободней других, да и подходишь больше… Не бойся, это групповой выход. Просто иди за Матильдой делай то же, что и все.
— Не волнуйтесь, мэм, я же видела репетицию.
Госпожа Вустер промолчала, но чувствовалось, что спокойствие Иланы ей нравится. Она сама помогла девочке зашнуровать высокие серебристые сандалии, в то время как гримёрша обрызгивала волосы Иланы каким-то лаком. Посмотрев на себя в зеркало перед выходом на подиум, Илана обнаружила, что её белые локоны отливают серебром. Разрез на платье шёл чуть ли не от пояса, так что пришлось срочно сменить плавки на бандаж.
— Ты выглядишь весьма сексуально, — заметил Жан.
— Много ты в этом понимаешь, — фыркнула Эльза. — На Ирене это бы действительно смотрелось немного эротично — у неё на бёдрах хоть что-то есть, а Илана… Она слишком тонкая. Стоит ли выставлять напоказ совершенно детские бёдра? Хотя, думаю, педофилам понравится.
Либо Эльза заблуждалась, либо в зале сидели сплошные педофилы. Илана понравилась всем. В "Античной композиции" участвовало восемь человек — Илана и семь взрослых моделей. Группу дважды вызывали на бис, и оживление в зале усиливалось, когда на передний план выходила Илана.
На следующий день она проснулась от телефонного звонка.
— Просили передать, что тебя сегодня ждут в "Stella Polari", — сообщила бабушка, появившись через пару минут в её комнате. — К десяти часам.
— Странно… Занятий сегодня нет.
— Зато в школе есть, — бабушка явно была недовольна. — Сколько ты уже пропустила…
— Да хоть сколько! Нагоню.
Илана заметила, что вся подушка у неё в каких-то серебристых крупинках.
— Ты вчера даже толком не смыла с себя всю эту гадость, — покачала головой бабушка. — Едва не уснула в ванной… Тебя привезли около одиннадцати.
— Разве это поздно?
— Для одиннадцатилетнего ребёнка — да! Ты была как сомнамбула…
— Конечно, — раздражённо отозвалась Илана, набрасывая халат. — Я же устала.
— Дорогая, скажи честно, ты там вчера… что-то такое попробовала?
— Да, я попробовала шампанское «Тюильри». Полусладкое. Всего один бокал. А наркотики мне никто не предлагал.
После показа в Колоннаде состоялась небольшая вечеринка. В десять часов Вито распорядился, чтобы юных манекенщиков развезли по домам, но бабушка считала, что это следовало сделать пораньше. Её беспрестанное ворчание раздражало Илану всё больше и больше, а бабушку всё больше и больше обижало её презрительное молчание.
— Общественный транспорт тебя уже не устраивает? — спросила она, когда Илана вызвала на 9.40 воздушное такси.
— Спонсор назначил мне небольшую стипендию. Бабуля, мне нельзя опаздывать… Извини, я должна ещё принять душ и наконец-то промыть волосы.
— С удовольствием промыла бы тебе мозги, — проворчала бабушка. — Надеюсь, тебе там не делают неприличных предложений?
— Пока нет. Между прочим, со мной вчера сам Музаффар Полен выпил на брудершафт. При этом вёл себя безупречно.
— Илана, это имя мне ни о чём не говорит…
— Странно. Несколько лет назад он сыграл небольшую роль в одном из твоих любимых дебильных сериалов "Киборги тоже плачут". Музаффар Полен уже три года входит в десятку лучших моделей-мужчин сообщества Гелиос-3. Я дружу с его младшим братом. Жан Полен — тоже весьма воспитанный юноша. И слишком серьёзно относится к своей карьере, чтобы садиться на наркотики и вообще заводить дурные привычки.
В "Stella Polari" Илану действительно ждало предложение — как и опасалась бабушка Полли, неприличное. Правда, сама Илана так не считала, иначе ни за что бы не согласилась. Ей предложили сняться в рекламе пены для ванн «Анджелина» фирмы «Эдем». Чумазый чертёнок прыгает в ванну, полную белоснежной пены, и мгновение спустя оттуда появляется ангелочек.
— Дело не только в твоих белоснежных кудрях и белой коже, — сказал маэстро. — Загримировать можно по-всякому. Твоя естественная красота очень необычна. В последнее время как никогда ценится естественность. К тому же люди сейчас хотят видеть на экранах не просто красивые лица и тела. Голография может создать любой образ, но этим уже давно никого не удивишь. Люди хотят видеть своих любимцев, а ты после двух показов уже запомнилась многим. Пусть твоя бабушка не волнуется — совсем обнажённой ты не будешь.
Выныривающий из ванны ангелочек, по замыслу режиссёра, был весь в хлопьях пены. Самый большой ошмёток пены полностью скрывал то, что Илана не хотела бы демонстрировать, причём невозможно было догадаться, что он искусственный — обычная пена могла в любой момент смыться, а режиссёр хотел, чтобы юная актриса держалась раскованно.
— Съёмки в обнажённом виде — вещь вполне нормальная, — сказал Илане маэстро. — Во всяком случае, если снимает настоящий профессионал. Снимать обнажёнными несовершеннолетних без согласия их родителей или опекунов нельзя, а твоя бабушка… Она очень милая женщина, но, мне кажется, она была бы шокирована подобным предложением. У каждого свои предрассудки, и мы должны считаться с чувствами людей. Тем более тех, кто доверяет нам самое дорогое — своих детей.
Вито Полари был человеком дальновидным, но даже он не ожидал, что реклама пены для ванн «Анджелина» будет иметь такой резонанс. А Илана иногда думала, что не подними Ортодоксальная Церковь такой шум, бабушка не сочла бы этот ролик неприличным. Безнравственность его, по мнению Церкви, заключалась не только и не столько в том, что "нагота почти взрослой девочки прикрыта лишь мыльными пузырями" — истинно верующие давно уже устали бороться с такими проявлениями "языческого бесстыдства". Возмущение вызвало прежде всего то, что "нынешние монстры рекламного бизнеса не видят разницы между святым и бесовским".
"Похоже, некоторые деятели нашей поп-культуры считают, что различия между ангелом и бесом столь же незначительны, как между пеной для ванн и мылом, — писала газета «Колокол». — Не удивительно, что наши дети перестают видеть разницу между плохим и хорошим. В бездуховном и безнравственном обществе всё становится с ног на голову. По школам бродят привидения, нелюди изображают ангелов".
— Бабуля, да наплюй ты на эту вонючую статейку! — сердилась Илана. — Я слышала, в газете «Колокол» работает наш дражайший пастор Лукас, ученик и прихвостень Коула Джефферсона. Всё не могут успокоиться, сводят со мной счёты! Я уверена, снимись в этой рекламе кто-нибудь из "истинных дочерей Адама и Евы", никто бы и слова не сказал. А уж если бы снялась Снежана Грундер, все эти чистильщики и ортодоксалы соплями бы изошли от умиления. Ты же знаешь, как наша Церковь любит Отто Грундера. Он же им столько денег отваливает — наверное, за упокой тех, кого убивают по его приказу! Думаю, святоши сделают всё, чтобы его выбрали в Верхнюю Палату Парламента. Знаешь, раньше, в докосмическую эру, если государство было светским, церковь была от него отделена. А сейчас что? Почему они во всё лезут?!
— А почему ты говоришь, что с тобой сводят счёты? — спросила бабушка.
Илана с опозданием поняла, что проговорилась. После этих слов бабушка Полли уже ничего не слушала. У неё был вид человека, в котором вновь пробудились уснувшие было подозрения. Илане всегда казалось странным, что бабушка не расспрашивала её о «привидениях», бродивших осенью по гимназии N 7, и картинах, разоблачивших пасторского сынка. Само это молчание подтверждало, что бабушка Полли о чём-то догадывается. И молчит, потому что боится своих собственных догадок.