- Да и черт с ним. Гвардию пришлю…
Попытался подхватить меня на руки. Я, смеясь, вырвалась:
- Тут не развернемся, о мой маг!
- Романтика, - проворчал он. – И я… рррромантик.
И столько насмешки было в его голосе. И я совершенно четко поняла, что смеется он не надо мной. Над собой.
Не знаю, чем бы закончились наши объятия и поцелуи в потайном коридоре, ведущем в библиотеку, как вдруг мы… услышали голоса. Я с трудом удержалась от крика – настолько они меня напугали.
- Тише, - прошептал Анри, привлек к себе и шагнул вперед.
Я последовала за ним. С каждым шагом голоса становились громче. Отчетливей. Мне было страшно. Очень! Жутко…
- Откуда они доносятся? – беззвучно спросил меня Анри.
- Не знаю. Точно не из библиотеки.
- Тогда давай слушать. Голос явно Мансфида. И, - мой спутник прислушался. – О! Его сестрицы.
Я вздрогнула. Анри обнял меня. Я вдохнула уже привычный, родной запах. Запах ветра. Запах магии. Запах мечты… Снова вспомнился бал, где мы впервые встретились. И вдруг в голове появилась шальная мысль:
«Может, я не зря наколдовала себе снежное платье и отправилась на бал? Может, сказки существуют?»
Визгливый женский голос. Чем-то… Знакомый. Пять лет слушала такой же, только в мужском исполнении. Голос Тео Аттвуда.
- Найди!
- Слушай, угомони сына и угомонись сама.
- Найди эту девчонку!
- Далась она вам…
- Я ее уничтожу! Тео страдает.
И только тут я сообразила, о какой «девчонке» идет речь. Это же… мать Тео! И она в ярости. Я пропала.
- Тео страдает глупостями разными. Лучше бы он учился, как эта безродная.
- Я ее уничтожу.
- Ничего не бойся, - беззвучно прошептал мне Анри. – Я сумею тебя защитить.
И я… сразу ему поверила… И так… тепло стало от этих слов.
- Эта девка заплатит за все, что сделала моему сыну.
«Да что я сделала маркизу вашему?»
«Это мы с Грегори, прости. Не удержались…».
Я услышала мысли сероглазого мага и возмущенно повернулась, заметив ооочень ехидную усмешку. Так растерялась, что забыла удивиться тому, что слышу мысли. Сколько раз пробовала раньше! Не получалось…
Я хотела сказать, что во всем обвинят меня, и что я ума не приложу, что делать. Но Анри чуть сжал мне пальцы, и мы с ним обратились в слух.
А наш ректор строго и злобно проговорил:
- Вы Гвенервы Лир и пальцем не коснетесь! Меня предупредили, что его величество был на балу. Как и его «верные», - это слово было произнесено с удивительным презрением, - люди.
Анри закаменел. Гнев? Страх? Непонятно.
- И что с того?
- Я поддержал тебя тогда, когда вы пришли с Тео. И уже начинаю жалеть об этом.
- Да как ты смеешь?!
- Я говорил тебе, и повторю еще раз. У тебя получился неудачный сын. И, будь это щенок, его надо было выбраковывать. Как бы сделали и с магом, если бы он родился в семье попроще. Тебе надо было рожать еще детей. А не сосредотачиваться на этом...
- Замолчи! Сейчас же! Или я…
- Или ты меня ударишь? Может, магией?
Мы услышали ругательство, которое сорвалось с женских губ.
- Мы довели до совершенства подпитку магов-аристократов. Вот уже несколько поколений все потомственные маги пользуются разработками нашего рода. Кого мы только не вытаскивали, когда ребенок не оправдывал ожидания родителей и рода! Из каких только бездарностей, лишенных силы, мы не делали настоящих магов! Но Тео…
- Что тебе не так в моем мальчике?
- Он не просто не шибко одарен магически. У него не просто слабый потенциал. Он еще и дурак!
- Он несчастный ребенок, которому не повезло родиться без магии!
Что?! Вот тут я чуть не закричала. Значит, без магии! Значит, этот мерзавец, что так кичится собой и своим родом, что макал нас всех, взятых за дар, а не за происхождение… Маг, которому я столь неистово завидовала – потому что считала, что у меня самой так хорошо никогда не получится… Он… Он… родился без дара?!