— Не сказал?
— Разумеется, нет! — едва не рявкнул Иреас. — И лорду Иниду я тоже ничего не говорил. Точнее, сказал, что речь об одном моём родственнике. Может, он и не поверил, но наверняка ничего знать не мог. Да и не того он ума, чтобы догадаться.
— Сам Алланир? — не меняя тона, предположил Рэймон.
Сейчас его вид был уже не просто равнодушным — откровенно скучающим. Будто его заставили таки присутствовать на ежегодном приёме и донимают разговорами о делах дальних родственников, которых он отродясь в глаза не видел.
— Да вы что?! — задохнулся Иреас, всплёскивая руками. — Даже не говорите, что вы это серьёзно!
— Мало ли о чём можно проболтаться после пары кувшинов пьяного мёда.
Иреас разинул рот, не веря глазам и ушам. Всё происходящее начинало напоминать какой-то совсем уж причудливый бред. Теперь можно было даже подумать, что, шипя злые слова пополам с отборной руганью, старший Освир ненароком оказался прав. Но зачем?!
С некоторым трудом Иреас всё же мог бы заставить себя поверить в желание Рэймона убить Алланира. Но сумеречная магия не вписывалась ни в какие рамки фантазии. Просто невозможно было представить себе причин и обстоятельств, способных заставить Рэймона пойти хоть на какую-то сделку со служителями Безымянной.
— Вы сами-то в это верите? — мрачно выпалил Иреас.
— А во что, по-твоему, я должен верить? — наконец-то сменив безразличие на злость, процедил Рэймон, чуть подаваясь вперед. — В то, что это я всё подстроил?
Повисло тяжёлое молчание. Иреас инстинктивно вжался спиной в стену, мечтая просочиться насквозь, только бы сбежать от устремлённого на него ледяного взгляда повелителя. В нём боролись самые противоречивые чувства: растерянность, злость, недоумение. Он не хотел даже думать, что страшные подозрения могут оказаться правдой, но ничто, решительно ничто пока не указывало, что это не так.
— Возможно, во дворце шпионы, — спокойно заметил Рэймон, уже поворачиваясь, чтобы уйти. — Нужна какая-то помощь?
— Нужно несколько книг, — ошалело пробормотал ему в спину Иреас.
— Бери всё, что надо. И держи меня в курсе.
Замотавшись в халат, я вышла в коридор, огляделась, соображая, которая дверь мне нужна, и направилась было туда. Но, привлечённая доносящимися с первого этажа криками и руганью, передумала, повернулась и пошла к лестнице. Очень уж стало любопытно, кто это так ловко и цветисто мешает лэйве с лардэнским, приправляя всё это, похоже, ещё и гантарскими крепкими словечками. Особенно меня впечатлило то, что ругалась женщина.
Спустившись на площадку лестницы, я увидела Иреаса, прижатого спиной к входной двери. А перед ним, уперев руки в бока, стояла эта самая особа, продолжающая демонстрировать свой, казалось, неистощимый в части брани словарный запас. Ростом девица была едва ли намного выше плеча мужчины, но создавалось впечатление, что она буквально нависает над ним.
— Пусти меня, Тавар! — рычала женщина. — Небом клянусь, душу вытряхну из этого…
Тут она завернула такое, что у меня челюсть отпала. Кое-чего я, на счастье, не поняла вовсе, зато остальное представила. А когда до меня дошло, кому предназначались все эти тёплые и ласковые слова, мне поплохело окончательно. О правителях так… не говорят так о них, словом. Уж точно не те, кто хочет жить долго, счастливо и благополучно.
Кажется, я застонала, потому что спорщики, прекратив ругаться, разом посмотрели на меня. А я — на них. Иреас был бледен до синевы и нервно теребил в пальцах концы своего пояса. А женщина…
Будь Алланир девушкой, он выглядел бы, пожалуй, в точности так. Чуть более тонкие и нежные черты, чёрные, видимо, покрашенные брови, а в остальном одно лицо. Поэтому с первого момента у меня даже сомнений не возникло, кто передо мной — такое сходство не бывает случайным.
Правда, одета эта особа была странновато для девушки. Зато вполне обычно для мужчины: в простую тёмно-зелёную тунику, чёрные кожаные штаны и высокие сапоги. На поясе слева висели ножны с мечом, к правому бедру был пристёгнут кинжал. Медные волосы, заплетённые в две косы, лежали на плечах.
— Это она? — поинтересовалась девушка, глядя на меня, но обращаясь определённо к Иреасу.
— Да, — с готовностью отозвался мужчина, заметно радуясь, что ругань прекратилась, но от двери отходить пока не спеша.
Рыжая легко преодолела разделяющее нас расстояние, остановившись на пару ступенек ниже, и уставилась на меня, не скрывая заинтересованности. Даже голову чуть склонила к правому плечу, а потом ещё и к левому. Я, не удержавшись, сглотнула, стягивая халат у горла рукой.