Голос прозвучал вроде бы недовольно, но губы, я отчётливо это заметила, тронула тень радостной улыбки. Я отвлечённо подумала, что теперь ясно, почему в семье он не Ал, а именно Нир. Потому что Аль — это его сестра.
— А ты думал, я спокойно посижу дома, пока ты тут помирать изволишь? Нет уж. Мог бы, между прочим, и позвать на свадьбу. Ну, хотя бы вестника послал или…
Неожиданно девушка осеклась на середине фразы и застыла, прислушиваясь. Нир чуть сжал мои пальцы, а потом шепнул:
— Здесь?
— Ага, — нервно сглотнув, кивнула Аль.
— Уведи… её…
— И сама не останусь. Уж прости, братишка.
Выдохнув эту фразу самым искренним извиняющимся тоном, девушка решительно схватила меня за плечи и буквально поволокла из комнаты. От удивления я даже не подумала сопротивляться или задавать вопросы. Позволила за руку протащить себя через коридор и втолкнуть в ту самую комнату, где я недавно очнулась. Найвес, сидевший у окна над какой-то книгой, вскинул на нас изумлённый взгляд.
— Леди Далия! — сообщила ему Аль, перевела взгляд на меня и, спохватившись, объяснила: — Наша мать. А я, кстати, Аллора. Прости, совсем позабыла представиться.
— Айлирен, — кивнула я, продолжая недоумевать, глядя на Найвеса.
Если перспектива появления лорда Тайлора вызвала у него страх и беспокойство, то теперь лицо целителя выражало самый настоящий ужас. Можно было подумать, что сама Безымянная изволила пожаловать к ужину. А обитателей дома на этом ужине предполагалось подать в качестве главных блюд.
— Сейчас такое начнётся… — пробормотала Аллора, подпирая дверь спиной, словно боясь, что в неё могут ворваться.
— Как она узнала? Лорд Тайлор говорил…
— Его-то здесь сейчас нет, — перебила девушка, напряжённо прислушиваясь к звукам из коридора.
— А зачем вообще…
— Не знаю! И надеюсь не узнать!
Я переводила ошарашенный взгляд с одного на другую, совершенно не понимая, что происходит. Ладно ещё Найвес и остальные, но ни разу не видела, чтобы дети так паниковали при встрече с собственной матерью, и всеми силами старались её избегать.
— Да от ваших семейных разборок, — не скрывая раздражения, выпалил Найвес, — вся страна регулярно сотрясается. Горы и те дрожат. Знал бы…
— Знала бы, сама бы тут не появилась! — в тон ему прошипела Аллора. — Выясню, кто ей рассказал…
— Что, всё так плохо? — решилась напомнить о себе я.
— И даже гораздо хуже, — с чувством отозвалась девушка, взглядом ища, чем бы подпереть дверь.
Из коридора донёсся женский голос, высокий, неприятный и явственно негодующий. Всей тирады я не поняла, но и без того хватило, чтобы проникнуться общей паникой.
— Где эта ужасная девица? — требовательно продолжил тот же голос. — Я имею право хотя бы увидеть эту вероломную тварь!
Я невольно попятилась, сообразив, что речь обо мне. И даже попыталась сообразить, чем заслужила подобные определения. Вроде бы ничего ужасного за мной не значилось.
— Не бери в голову, — прошептала Аллора. — Это ты ещё не слышала, как она нас с братом называет. А отца так вообще. Чем дальше, тем больше удивляюсь, что они когда-то смогли провести вместе достаточно времени, чтобы родились мы.
— Может, он ей снотворного подливал, — ехидно прищурившись, предположил Найвес.
— Разве что, — совершенно не обидевшись, пожала плечами девушка. — Я бы на его месте так и сделала. Наверное.
— Так где она? И где Тайлор, бездна его побери? — продолжила бушевать дама, ещё в коридоре, но уже в опасной близости от нашей двери.
Мы замолчали, притихнув как мыши под веником. Лично я пребывала в глубочайшей растерянности. Потому что смутно догадывалась, что вечно мы в этой комнате сидеть не сможем. Выйти рано или поздно придётся.
— Мне что, лично заглянуть в каждую комнату? — продолжил возмущённый голос, немедленно отвечая на мои опасения.
— Под кровать? — прошептал Найвес, панически оглядываясь по сторонам, но не находя больше решительно никакого подходящего укрытия.
— Больше некуда, — развела руками Аллора.
Пока я, растерянно переводя взгляд с одного на другого, пыталась понять, всерьёз ли они, и стоит ли мне в случае чего присоединяться, дверь комнаты распахнулась. Аллора едва успела отскочить в сторону, прижавшись к стене.
Дама с порога уставилась на меня, и взгляд этот не сулил ничего хорошего. Я с трудом заставила себя не поёжиться под ним, вновь вцепившись в воротник халата, но глаз не опустила, рассматривая вошедшую. Если бы не выражение презрительного негодования, показавшееся навечно приставшим к этому лицу, я, пожалуй, назвала бы леди Далию красивой. Угольно-чёрные волосы с небольшой проседью были уложены в элегантную высокую причёску. Маленькие розовые губы ещё не совсем утратили девичью пухлость, напоминая бутон какого-то цветка. Серые глаза в тени странно длинных ресниц были красивой, чуть миндалевидной формы. Но их выражение всё безнадёжно портило.