Мы останавливаемся у невысоких деревянных ворот, и Стас глушит двигатель. Здесь расположена небольшая стоянка для снегоходов, которые стоят в два ровных ряда.
Стягиваю шлем с подшлемником и отдаю Стасу. Быстро натягиваю свою шапку и отряхиваю ноги от снега, который летел на нас во время поездки.
– Сегодня не укачало? – спрашивает он, пряча наши шлемы в отверстие под сиденьем.
– Нет, слава богу. Сегодня я хотя бы видела все! Так, а это что-то вроде парковки для зимнего транспорта?
– Ага. А вон там «Теплое место», – говорит он и указывает на небольшой деревянный домик с тремя высокими и широкими ступенями, куда забегают отдыхающие. – Это что-то вроде кофейни.
– А! Значит эти люди, которые бегут туда как ужаленные, судя по всему, задубели от мороза и пытаются согреться за чашкой чая? Что ж, думаю скоро мы будем среди них.
Стас улыбается и кивает. Я даже не заметила, как он надел на голову теплую шапку-ушанку.
– Не замерзла еще?
– Шутишь! На мне столько одежды, что я даже шевелиться нормально не могу. Пойдем кататься уже!
– Вот это настрой! Вот это я понимаю!
Мы выходим на широкую площадку, вокруг нас много людей, а высокая горка для тюбинга светится разноцветными огоньками. По правую сторону – то самое «Тепло место», откуда выходят довольные и согретые отдыхающие, а чуть дальше от кофейни располагается детская зона, отгороженная низеньким заборчиком изо льда. Там играет какая-то своя музыка, а дети радостно бегают от горки к горке. Слева стоят небольшие деревянные будки с темно-зелеными крышами.
– Хорошо, что нам не сюда! – говорит мне Стас, обходя длинные очереди. – Иначе стояли бы здесь очень долго!
– Я думала, мы как все, будем покупать билеты…
– Пфф! Ты, что! Мы работаем здесь и можем кататься сколько угодно. Ну, пока не задубеем, разумеется. Сейчас выберем хорошие плюшки и поедем наверх!
Подходим к огромной куче разноцветных плюшек с дырками в центре, и Стас начинает внимательно рассматривать и щупать каждую. Найдя нужные, он протягивает мне толстую веревку от одной, и кивает в сторону четырех электронных перегородок. Я смотрю, как люди подносят к сканеру свои билеты и тот, мигая зеленой стрелочкой, автоматически поднимает железную перегородку.
– Интересно, и как же мы с тобой заставим эту штуковину показать нам зеленый сигнал?
– Все очень просто. Макс!
Контролер в теплой форме, услышав свое имя, кивает и подзывает нас к себе.
– Макс, это Аня. Администратор в гостинице. А это Макс, человек, который заставит вот этот автомат показать нам зеленый сигнал.
– Это ты, что чуть не замерзла в сугробе? – спрашивает Максим, хлопая белыми ресницами. – Ла-а-адно тебе, не смущайся! Для вас зеленая стрелочка будет гореть постоянно! – добавляет он, растирая руки. – Идемте.
Он подносит к красному сканеру пластиковую карту, зеленая стрелка загорается и перегородка плавно поднимается.
– Спасибо! – благодарю его, и он улыбчиво кивает.
– Так, первым сяду я, чтобы если что внизу тебя словить, идет?
– Хорошо!
Стас падает в плюшку, а Максим, дождавшись, когда очередной любитель зимнего развлечения уедет на подъемнике наверх, зацепленный к крюку, цепляет веревку Стаса и тот начинает плавно подниматься.
– Теперь ты.
Сажусь в плюшку и крепко хватаюсь руками за боковые ручки.
– Как только окажешься внизу, старайся как можно быстрее уйти с горки. За тобой будет кто-то ехать и может сбить с ног.
– Спасибо, учту!
Максим цепляет мою веревку за крюк и плюшка вместе со мной плавно поднимается. Чем выше я оказываюсь, тем тише здесь становится. От того, что сижу без движения, мороз постепенно сковывает колени и лицо. А я-то думала, что в таких огромных штанах не замерзну! Натягиваю шарф на нос и дышу ртом, согревая вязанную ткань.
– Эй! Все норм? – кричит Стас впереди, сидя спиной ко мне.
– Да-да!
– Не могу повернуться!
– Ничего! Главное я тебя вижу и слышу!
Гирлянды по обе стороны – единственное, что освещает нам дорогу наверх. Мои ресницы, кажется, окутал иней, потому что моргать становится все сложнее. Набрасываю на голову глубокий капюшон и мне тут же становится теплее. Сзади кто-то громко переговаривается, Стас, по-видимому, достал сотовый телефон, потому что в его руках что-то светится, а я, вцепившись в боковые ручки, с предвкушением гляжу вперед. За высоким и резким выступом кончается трос подъемника, и как только крюк разворачивается обратно вниз, с него слетает веревка, и человек с криками уносится в неизвестность.
– Сейчас моя очередь! – кричит мне Стас. – И… И… Поехали!