Воробей явно запал на него — Максим чувствовал это так же ясно, как и собственное удовлетворение от этой догадки.
Такси на удивление быстро домчало его до офиса. От мыслей об Олесе настроение взлетело вверх, и с улыбкой довольного хищника он переступил порог офиса, мгновенно притягивая взгляды женской половины коллектива.
— Я дома! — сообщил Максим громко, переступая порог собственной приёмной.
Его секретарь Альбина, пока он раздевался и брал папку с документами в руки, радостно улыбаясь, успела вкратце изложить ситуацию.
За два дня, что мужчина отсутствовал, ничего критичного не случилось. Вьюга не только его задержала в деревне, но и парализовала большую часть города, замедлив рабочий процесс.
После онлайн-конференции со всеми отделами в Zoom Максим откинулся на спинку кресла, потирая виски. Внутреннее беспокойство не отпускало — что-то важное ускользало от его внимания. Это ощущение напоминало занозу: вроде бы мелочь, а раздражает и не даёт покоя.
Он поднял взгляд и встретился с любопытным взглядом Альбины. Быстро собрался, натягивая привычную маску уверенности.
— Что дальше по расписанию? — спросил он, взяв в руки документы, надеясь отвлечься от назойливых мыслей.
— К вам Потап Михайлович рвётся.
— Пусть зайдёт.
Максим поднялся из-за стола и подошёл к шкафу, машинально поправляя манжеты рубашки. С Потапом они были знакомы тысячу лет — вместе учились, гуляли, безрассудно прожигали молодость. Пока друг не остепенился, завёл семью и стал образцовым семьянином. Почти…
Максим знал его секрет. Её звали Надежда. Жизнь на две семьи — не лучший сценарий. Сам бы он такого не допустил. Если любишь — люби. Нет — поставь точку, будь честен и двигайся дальше. Всё просто. По крайней мере, для него.
— Выпьешь?
Тяжёлая бутылка пятизвёздочного коньяка опустилась на стол, рядом два бокала и плитка чёрного шоколада. Альбину звать не хотелось, та бы тут развела деятельность и накрыла стол. А Максим не терпел лишней суеты.
— Рассказывай! — оживлённо воскликнул друг, соглашаясь на коньяк.
— Что ты хочешь услышать? — ухмыльнулся Максим и сделал глоток. Приятно обжигающая горечь с привкусом шоколада скатилась по пищеводу.
— Сделка состоялась? Девки перед тобой сами штабелями укладываются. Очаровал деревенскую простушку? — Потап похабно ухмыльнулся, игриво двигая густыми бровями.
Максим медленно поднял взгляд, его губы скривились в косой усмешке, но глаза оставались холодными. Такой тон ему не нравился, особенно в отношении Олеси.
— Сбавь обороты, — тихо, но жёстко сказал он. — Олеся — не девка и не деревенская клуша.
Потап прыснул, будто услышал анекдот.
— Олеся? Ну надо же, что я слышу?! Нашлась та, что растопила сердце ледяного короля?!
Максим не ответил сразу, вместо этого сделал несколько неспешных глотков из бокала. Вторая порция алкоголя слегка повела, и он ослабил ворот рубашки, откинувшись в мягкое кресло для гостей.
— Присядь, — негромко предложил он, похлопав по соседнему креслу. — Я тут, знаешь ли, решил изменить концепцию проекта. Два дня в отрыве от цивилизации прочищают голову лучше любого мозгового штурма.
Потап картинно вскинул руку и, сморщив нос, заговорил с наигранной картавостью:
— Верным путём идём, товарищи!
Максим хмыкнул, покачав головой. Да, старый друг вечно превращал всё в шутку. Что поделать, характер таков.
— Так что передай «загонщикам», выкупаем всё, кроме усадьбы.
На корпоративном жаргоне «загонщиками» называли тех, кто методично обхаживал клиентов, если требовалось выкупить недвижимость, которая мешала осуществлению его планов. С Олесей работали самые матёрые, но упрямый воробей послал всех лесом!
«Отважный воробей» — подумал Максим с нежностью, вспоминая их первую встречу.
Потап расположился в кресле, закинув ногу на ногу, и с довольным видом потёр руки.