Но одна из картин зацепила его особенно.
На полотне была изображена девушка в лёгком летнем платье, стоящая спиной к зрителю. Её силуэт утопал в мягком свете заходящего солнца, а перед ней простиралось море. Ветер трепал края её одежды, волос развевались, создавая ощущение лёгкости, свободы, но вместе с тем — какой-то недосказанности.
Это была она! Лица не было видно, но он знал — это Олеся.
— Итак, мы переходим к аукционной части вечера! — объявил галерист. — Вашему вниманию представлены несколько избранных работ, средства от продажи которых частично пойдут на поддержку молодых художников. Первая работа — «Девушка у моря». Стартовая цена — пять тысяч.
Максим поднял брови. Всего пять тысяч за такую работу?
— Пять! — раздался чей-то голос.
— Семь! — перебил другой.
— Десять!
Максим не сразу включился в торги, но когда кто-то предложил пятнадцать, он сжал зубы и включился в торг.
— Двадцать.
В зале переглянулись.
— Двадцать две.
— Двадцать пять, — спокойно произнёс он, чуть приподняв руку.
Галерист с интересом посмотрел в его сторону.
— Двадцать пять тысяч! — уверенно повторил ведущий, глядя в зал. — Господа, будут ли другие предложения?
Некоторые присутствующие переглянулись. Торг продолжался, но большинство гостей явно не хотели слишком разгонять цену. Для них это было скорее светское развлечение, нежели настоящая борьба за полотно.
— Двадцать семь! — поднял руку кто-то из дальнего угла зала.
Максим окинул его быстрым взглядом. Статный мужчина в безупречном тёмном костюме, явно коллекционер. Но Максима это не волновало.
— Тридцать, — спокойно сказал он.
Ведущий одобрительно кивнул, а в зале раздался приглушённый гул.
— Тридцать тысяч! — повторил он, переводя взгляд с одного участника на другого.
Всё внимание было приковано к торгу. Некоторым гостям было любопытно, что это за таинственный мужчина, так уверенно перебивающий ставки. Олеся тоже заметила необычную активность вокруг её работы и, приглядевшись, наконец увидела его.
Максим стоял у сцены, чуть склонив голову, и уверенно смотрел на ведущего. Она сжала пальцы, ощутив предательское тепло, разлившееся в груди. Волнение смешалось с восторгом. Он здесь!
— Тридцать три, — снова поднял руку коллекционер.
Максим напряг челюсть. Играть в наперегонки с тем, кто коллекционирует картины, было глупо. Но эта работа должна была принадлежать ему. Он так решил и не отступится.
— Пятьдесят, — произнёс он громко, с нажимом.
Зал замер.
Олеся округлила глаза, не веря в то, что услышала. Пятьдесят тысяч? За её работу?
Ведущий, не скрывая восхищения, обвёл взглядом гостей.
— Пятьдесят тысяч! Будут ли другие предложения? — Его голос звучал возбуждённо.
Но больше никто не поднял руку.
— Впервые вижу, чтобы лоты Олеси уходили с такой активностью, — тихо заметил какой-то тип.
Максим чувствовал на себе взгляды, но ему было всё равно. Он смотрел на сцену, на Олесю, ловя каждую её эмоцию.
— Пятьдесят, раз! Пятьдесят, два! — ведущий сделал театральную паузу. — Продано за пятьдесят тысяч!
Гром аплодисментов разнёсся по залу. Олеся не могла поверить в происходящее. Она нервно сжала кисти рук, затем подняла глаза на Максима.
Он купил её картину!
После официальной части мероприятия, когда гости разошлись по залу, обсуждая итоги аукциона, к Олесе подошёл хозяин галереи, господин Полянский, высокий мужчина с проницательным взглядом.
— Олеся, поздравляю! — тепло сказал он, протягивая ей бокал шампанского. — Это был невероятный успех. Думаю, после такого аукциона у тебя появятся новые клиенты.
Олеся взяла бокал, пытаясь скрыть смущённую улыбку.
— Спасибо, я и не ожидала, если честно.
— Ожидала или нет, но это факт. Аукцион показал, что твои работы действительно ценятся, — он повернулся к Максиму, который в этот момент подошёл ближе. — Кстати, познакомься, один из твоих покупателей.