— Нет, все-таки это не опасно. Но мне это не нравится. Никогда раньше Орлиный Патруль не забирался так далеко к северу от Черных гор. Отсюда больше шестидесяти лиг до границ королевства. Я думаю… Думаю… Наверное, они следят за кем-то другим. Великий Лост хотя и не покидает своего королевства, но интересуется всем.
— Мир меняется, — криво усмехнулся Чани. — Меняется и Найклост, хочет того правитель или нет. Бесполезно делать вид, что все осталось по-прежнему, когда это от тебя не зависит.
Хани, не слишком поняв смысл беседы, нетерпеливо спросил:
— Если это нам ничем не грозит, так стоит ли обращать внимание и тратить время? Мы спешим, и по дороге наверняка встретим много интересного и удивительного, более важного.
— Конечно, не будем терять время, — странным тоном согласился Чани. — Идем.
— Что тебе не нравится? — уловил насмешку Хани.
Но брат не ответил.
А дальше был день третий, день четвертый… Когда происшествий нет, дни как-то незаметно стираются в памяти, сливаясь в один длинный-длинный серый скучный моток, конца которому не видно. Каменные плиты дороги мелькали перед глазами с надоедливым однообразием, как невиданная рубчатая лента. Уложенные много веков назад, они выглядели совсем новыми, лишь по краям дороги слегка выщербились. Но Рюби мимоходом обмолвилась, что им больше трех тысяч лет… А посреди дороги между ними по-прежнему не пробивалось ни единой травинки. Однако упадок и запустение были заметны — каменные столбы, отмечавшие пройденные лиги, повалились, резные украшения обломались, и, как Хани ни старался разобрать таинственные надписи, стершиеся буквы молчали.
Все-таки он спросил Рюби, кто строил эту дорогу и зачем.
— Потом, потом… — рассеянно отозвалась она.
— Опять «потом», — обиделся Хани.
— Я расскажу об этом чуть позже. Когда придет время и мы будем в нужном месте. — Она напряженно вслушивалась в тишину, даже легла на дорогу, припав ухом к холодному камню. Хани недоуменно фыркнул — он-то ничего подозрительного не видел. Рюби встала заметно помрачневшая.
— Нам нужно спешить.
— Зачем? Мы за три дня не встретили ни единого человека!
— И тебе это не показалось странным? — спросил Чани.
— Нет.
— А зря.
Хани надулся. Но Рюби прекратила начавшийся было спор.
— Давайте поспешим.
Приближался вечер, и влажные черные тени легли поперек дороги. Рюби все время оглядывалась и торопила братьев, хотя они по-прежнему ничего не видели и не слышали. Холодный ветер, дувший прямо в лицо, усилился и пронизывал до костей.
Но вот и Хани услышал то, что Рюби заметила еще давно и что так встревожило ее. Тихий равномерный стук. Высокий холм, с которого они только что спустились, не позволял ничего увидеть, однако они отчетливо слышали грохот копыт. Рюби перескочила через придорожную канаву и махнула братьям рукой, подзывая к себе. Хани укрылся рядом с ней в зарослях шиповника.
— Ты же сама говорила, что нам никто не угрожает.
— Вспомни поточнее, что именно я говорила.
Дробный стук стал отчетливым и резким, его сопровождало звяканье железа, храп лошадей. Вскоре на вершине холма показались три черных силуэта. Сначала Хани не поверил глазам — они были расплывчатыми и полупрозрачными, ему показалось, будто они летят на крыльях. Но только потом Хани понял, что это большие плащи трепещут на ветру за плечами всадников. Как вихрь, конники промчались мимо замерших в колючей чаще путников, обдав их пронзительным запахом едкого лошадиного пота. В памяти остались угрюмые, словно высеченные из камня лица, в вечерних сумерках казавшиеся почти черными, слабо блеснувшие петли кольчуг, островерхие шлемы с орлиными перьями на шишаках, странные черные плащи, длинные копья с узкими трехгранными наконечниками, золотистые ленты вымпелов, вьющиеся на концах копий.
— Кто это? — спросил Хани. — Я никогда не видел таких воинов и даже не читал про что-либо похожее.
— Интереснее другое, — заметил Чани. — Они какие-то полупрозрачные, сквозь них видно все.
— Так и должно быть, — подтвердила грустно Рюби.
— Должно? — Даже Чани не смог скрыть удивления.
— Да.
— А ты обратил внимание, что изображено на щитах? — вмешался Хани.
— Нет, — отрубил Чани.
— И тоже зря.
— Почему?
— Я увидел серебряного льва на голубом поле.
— Герб нашего города? — изумился Чани.
— Именно.
— Да, это герб Акантона, — подтвердила Рюби. — Всадники легкой кавалерии Приморской провинции. Никогда не думала, что снова увижу их, казалось, они канули в прошлое навсегда и больше не выйдут на землю. Но мы ошиблись. — Она закрыла ладонями лицо.