— Но что это за место? — повторил свой вопрос Хани.
— Столица великого и могучего королевства, владевшего всем островом. И даже Акантоном. Хотя тогда он назывался иначе.
— Сто-олица? — недоверчиво протянул Хани. — Это?
— Да.
— Не может быть!
— Может. Когда-то здесь стояла Джайнангала Стобашенная, столица могущественных королей Анталанандура Счастливого.
— Действительно, счастливого, — скептически усмехнулся Хани, глядя назад, на Болото.
— Разве ты никогда не слышал об этом государстве? — удивилась Рюби. — О нем сохранилось много преданий. Принцесса должна была рассказать вам хоть что-то.
— Нет.
— Тоже понятно, — кивнула Рюби. — У нее были на то причины. Особенно если она видела ваши мечи. — Хани незаметно погладил рукоять своего, наверное, он такой же волшебный, как и у брата. — Видела и догадалась, что это такое. Хотя нет, вряд ли… Откуда ей знать. Тан-Хорез слишком молод, чтобы в нем могла ожить старина… Разведи костер и укрой его получше. — Она указала на Чани. — Ему сейчас нужно тепло. Хотим мы того или нет, но придется сделать остановку, пока твой брат не окрепнет. Он очнется слабым, как ребенок. А я пока расскажу тебе кое-что…
Никто не помнит истоков Анталанандура, они бесследно теряются в дали минувших веков. Самый прочный пергамент трижды успел сгнить, самые яркие чернила четырежды выцвели…
Было время, когда Анталанандур рос и креп. Строились новые города, прокладывались дороги. Отважные путешественники бесстрашно проникали в чащи глухих лесов, поднимались на заснеженные горные перевалы, пробивались сквозь тяжелые северные льды. Следом за ними приходили другие — нетерпеливые, жаждущие нового. И поднимались стены еще одного города, распахивались и засевались поля.
Но не все было так хорошо, как могло показаться на первый взгляд. Чтобы освободить место для полей, вырубали леса, беспощадно уродовали горы, добывая камень для строений. Уничтожали зверей. Сгоняли со своих гнезд птиц. Сначала это было не столь заметно, люди все-таки старались сдерживаться. Искусные ученые вывели на потеху королям новых диковинных зверей, которых не видала прежде земля. Так родился Десятикрылый. Так родился Грифон. Но так был открыт путь рождению акул, ибо даже милый Грифон был создан вопреки природе…
И вот однажды в Анталанандур пришло зло.
Впервые его тень коснулась королевства в правление Белиаппы Лучезарного. Ему вздумалось как-то посетить золотые копи возле Наксаона, в пятидесяти лигах от столицы. Так, небольшая прогулка. Король спустился глубоко под землю, туда, где в темноте и сырости добывались величие и слава Анталанандура Счастливого — золотые слитки. По какой-то странной причуде гор в шахтах находили только золотые самородки. Приказав пораженной свите остаться на месте, король взял пылающий факел и один пошел в глубь горы по низкой и грязной штольне. Вскоре он вернулся. Что видел король и слышал в горном мраке — осталось навсегда тайной королевского дома, передаваясь от отца к сыну. Ни разу ни один из королей и словом не обмолвился об этом. Но когда Белиаппа вернулся к нетерпеливо ожидавшей свите, люди ахнули от страха и удивления. За полчаса король постарел на полвека. Морщины избороздили его лицо, а волосы поседели. Но по-прежнему прямым остался стан и твердой рука.
С тех пор словно невидимый огонь постоянно жег Белиаппу. Лишь одно волновало его: золото. Больше золота. Еще больше золота. Руки его тряслись, когда он видел золотые монеты, а в глазах загоралось пламя жадности.
Жизнь в королевстве изменилась. Король приказал выстроить новый дворец на холмах Наксалахара и, бросив столицу, переехал туда. Целыми днями он сидел у хрустального окна, наблюдая, как поднимаются, из черных провалов шахт корзины с бесценным грузом, безумие горело в его взоре.
Повелением Белиаппы по всей стране было разослано великое множество экспедиций. От них требовалось одно — отыскать новые месторождения золота. Почему-то ни серебро, ни драгоценные камни не привлекали Белиаппу. Золото и только золото. С великим трудом и большими жертвами была пробита дорога сквозь неприступные хребты Срединных гор и открыт доступ на Приозерную равнину. Однако новые земли больше не интересовали короля. Когда измученные люди вернулись, Белиаппа задал только один вопрос: где золото? Услышав ответ, король помрачнел, черные тени легли под глазами. В припадке сумасшествия он обвинил людей, что они скрыли найденные сокровища, и приказал казнить…