Обезглавленный скелет постоял, раскачиваясь, и рассыпался. Плавно порхнув в воздухе, красные с золотом лохмотья накрыли кости, как саваном. Чани вытер ладонью окровавленную щеку и злорадно сказал:
— Месть свершилась!
В глазницах валяющегося черепа вспыхнул багровый огонек. В последний раз проскрипел голос Скъельда:
— Радуйся, ты победил. Приветствую тебя, принц. Но я не желаю тебе счастья, да ты его и не получишь. Хватит ли у тебя смелости надеть Алмазный Венец?! Ты победил, но ты проиграл!
— Ты еще смеешь угрожать мне?! — гневно крикнул Чани.
Череп молчал. С пронзительным смехом Чани пинком отбросил его в сторону и, повернувшись к своим спутницам, торжествующе возгласил:
— Я победил! Золото мое!
Глава девятнадцатая
СВОБОДНЫЙ НАРОД
— Опять льды, — вздохнул Чани при виде бугристой белой равнины. Ториль усмехнулась, глядя, как он с видимым удовольствием ощупывает массивную золотую цепь, которую повесил себе на шею еще в гробнице Скъельда.
— Ты ведь собираешься сражаться с Хозяином Тумана, — серьезно сказала Рюби. — Ты сам выбрал эту дорогу, так что незачем причитать.
— Да, выбрал, — согласился Чани, недобро посмотрев на Рюби. — И пройду ее до конца. До самого конца.
Внезапно Ториль, лениво мурлыкавшая какую-то песенку, сдавленно охнула, съежилась и юркнула в снег, пытаясь укрыться за толстой льдиной.
— Что там? — недоуменно спросил Чани. Но в следующий момент увидел сам и прыгнул в укрытие так же стремительно.
К ним приближалась толпа людей. Пока она была еще далеко и казалась бесформенной мохнатой массой, неторопливо скользящей по льду, словно ожившая шкура диковинного зверя, которой вдруг вздумалось прогуляться. Однако, когда люди немного приблизились, стали заметны несколько высоких фигур, идущих отдельно.
Чани с удивлением различил, что они одеты в легкие голубые плащи, которые никак не могли спасти от пронизывающего холода. Потом его глаза удивленно расширились.
— Ничего не понимаю… — прошептал он.
Действительно, было чему удивляться. Несколько Ледяных — теперь он ясно видел, что это были именно они, — вооруженные копьями и мечами, гнали толпу плохо одетых бородатых людей. Звериные шкуры, заношенные холщовые рубахи, грубые шерстяные плащи. У многих не было обуви, ноги они кутали в такие же звериные шкуры, перевязанные кожаными ремнями.
— Дикари, — презрительно процедил Чани сквозь зубы. — Не понимаю только, откуда они здесь взялись.
— Ты ведь все время твердил, что не могут все жители покинуть Тъерквинг. Вот они у тебя перед глазами, — сказала Рюби. — Ты видишь истинных хозяев Сумеречного Края.
— Хозяев? — скривился Чани. — Они-то хозяева? Уж скорее лжекороли Скъельдинги. Но, насколько я знаю, последний лжекороль Тейст Третий Отцеубийца умер бездетным, не оставив наследника. И с тех пор пресеклась династия Скъельдингов. Она больше не возродилась! Именно отсутствие короля и помогло Хозяину Тумана захватить пришедшую в упадок страну.
И он снова презрительно посмотрел на окруженных стражей людей.
— Не завидую я им, — тихо вымолвила Ториль, отметив для себя, что все разговоры Чани сворачивает на единственную тему.
— Да, конечно, в Ледяном Дворце их не ждет роскошный пир, — согласилась Рюби.
— В Ледяном Дворце? — непонятно усмехнулась Ториль. — Они движутся не туда.
— Куда же их гонят? — поинтересовался Чани.
— В ледяные шахты.
— Куда? — переспросил он.
— В голубых льдах, далеко на севере, пробиты глубокие шахты, где рабы Хозяина Тумана ищут для него ледяное серебро. Укрепляют его власть и могущество.
— Ну и пусть, — равнодушно заметил Чани. — Эти уже никуда не успеют. Мы прикончим их «хозяина» много раньше. Ты что?! — крикнул он, видя, как Рюби взялась за меч. — Нас же заметят!
— Конечно. Потому что я постараюсь сейчас освободить этих несчастных. Стража невелика, к тому же больше половины из них — надсмотрщики, а не солдаты.
— Зачем? — искренне удивился Чани. — Тогда Хозяин Тумана узнает, что мы здесь, и нам не удастся захватить его врасплох.