— А они там все заодно, — изрек вдруг ясным голосом дремавший между нами Тема.
Оба милиционера молча посмотрели друг на друга.
— Я тебе покажу «заодно»! — сказал дядя Фрол и от великой досады двинул Тему локтем в бок.
— А-а-а-а! — заорал Тема. — Убивают!..
Сержант сказал:
— И это отягчающее вашу вину рукоприкладство будет занесено в протокол.
— Я ему еще не так приложу! — пообещал совсем уже разнервничавшийся дядя Фрол.
— Ах, так вы еще и угрожаете? — сказал сержант.
— Он мне всю жизнь угрожает, — поддержал его Тема.
Дядя Фрол не успел ответить: машина подкатила к дому, на фасаде которого светилась вывеска: «Милиция». Мы выбрались из «газика» и всей честной компанией ввалились в дежурную комнату. Сержант доложил сидевшему за стойкой капитану.
— Все, что в карманах, — на стол, — приказал капитан. — Местность осмотрели?
— Так точно. Ничего не нашли. Но нетрезвый гражданин утверждает, что у него похищены деньги в сумме трехсот восьмидесяти шести рублей.
— Слушайте его, — сказал дядя Фрол, выкладывая на стол алюминиевую (чтоб не тупились крючки) коробочку с блеснами и деревянный ящичек с дырочками, в котором у нас был мотыль.
— Ваши вещи? — спросил у Темы дежурный.
— Мои! — убежденно сказал Тема и снова, как породистый конь, мотнул головой. — Собирался на рыбалку… А они напали…
— Не он, а мы собирались на рыбалку! А он пришел и попросил проводить его домой! Сам отказался ехать, а теперь к чужим блеснам примазывается!
— Слушайте, граждане грабители! — саркастически сказал дежурный. — Стыдно вам трудового человека обирать да еще нас, представителей закона, обманывать. Имейте в виду, только чистосердечное признание может смягчить меру наказания… Возьмите ваши вещи, — обратившись к Теме, добавил он. Этого уж дядя Фрол не мог перенести.
— Ну знаете, это уже слишком! — взвился он. — Да какой вы представитель закона, когда затащили в милицию ни в чем не повинных людей, еще и грабите!
— А это уже не вам судить, какой я представитель закона, — холодно сказал дежурный.
— Я буду жаловаться! — завопил дядюшка Фрол.
Капитан хлопнул ладонью по столу:
— Хватит! Придумайте что-нибудь поновее: стоит таким субчикам в милицию попасть, сразу начинают права качать! Ваша фамилия, имя и отчество? Заодно советую вспомнить, где спрятали деньги!
— Да вы что, всерьез? Звоните вот по нашим телефонам. Мы с этим пьяным обормотом были, к сожалению, женаты на родных сестрах.
Старший лейтенант набрал номер телефона «пострадавшего», то есть Темы, в трубке не сразу раздался заспанный голос Симочки:
— Что?.. Мой муж в милиции? Такого мужа у меня нет! Пьяницы мне не нужны! Потрудитесь больше не звонить!
Услышав такой ответ Симочки, Тема даже как будто протрезвился.
— Фрол, а Фрол, — совсем миролюбиво обратился он к моему дядьке. — Она сказала, что у нее нет мужа. А я тогда кто?
— Да иди ты к черту! Я тебе уже сказал, кто ты!
— Если вы в самом деле свояки, — с раздражением заметил капитан, — какого черта морочите нам головы!
— Это мы морочим? — взвился дядя Фрол.
— Н… нет, — отвечая собственным мыслям, сказал Тема. — Я так это дело не оставлю. Вот ты, капитан, скажи мне, муж я или не муж?
— Я тебе скажу! Я тебе все расскажу! — пообещал капитан, набирая номер телефона дядюшки Фрола.
В трубке тут же раздался встревоженный голос тети Маши:
— Господи! Наконец-то! Отделение милиции? У вас Фрол Иванович? Слава богу!.. Да, да, это жена его. Мария Ивановна говорит!
— Извините, Мария Ивановна, — явно меняя тон, сказал старший лейтенант. — Но вам придется приехать сюда и привезти документы вашего мужа. Где вы сейчас? Высылаю машину…
Казалось бы все: недоразумение выяснилось. Но не тут-то было! Пока приехала тетя Маша, да пока оформили протокол, да с добрыми напутствиями отправили в вытрезвитель упиравшегося Тему, принявшегося «качать права», прошло битых три часа, и мы лишь под самое утро вернулись домой.
Блесны и коробочку с мотылем дядя Фрол все-таки успел выручить, и на рыбалку мы поехали, но выбрались на лед поздно, в палатке из прозрачной пленки сидели и клевали носами, а выудили за целый день всего несколько окуньков.
Дядя Фрол совсем не мстительный человек, но этот случай он пообещал не забыть Теме, как он сказал, «по самый гроб жизни».
…Я сидел у реки, время от времени вытаскивая из воды то ерша, то еще какую-нибудь «чиганашку» вроде плотицы, и сам удивлялся, с чего это пришла мне в голову эта милицейская история. Скорей всего потому, что, во-первых, в милицию пригласили Тему давать объяснения насчет керамических труб, а во-вторых, из-за того, что сам я никак не мог решить, заявлять ли мне о предложении Кати купить у нее «швейцарский» «Кардинал», в природе не существующий. Первое мое решение было — тут же заявить, но после того как пестрая Катя выдала свою привязанность к Теме, мне очень даже захотелось узнать, в чем же там, собственно, дело?