Памятник получился такой реалистичный, каждый узнавался в статуях. Вот и Шурка… возле него рыдает Танюшка, обнимая ноги из светлого гранита, ее ребятишки цепляются за платье. Возле других персонажей так же плачут родные.
Саша подошел к мраморной камере, положил на нее руку и поклялся:
— Ребята, я воссоздам нашу передачу… обещаю!
Он держал на руках нашего годовалого сынишку, карапуза со строгими серо-голубыми глазами, так похожего на своего отца.
— Ну что, Егор Александрович, скоро у тебя будет сестренка, — сообщает он малышу.
— Или братишка… — шепчу я, оглядываясь на гранитного Шурку, благодаря Бога, что на его месте не мой Саша.
Счастливей меня во всем мире нет!
Конец