Когда Гарри, невозмутимый, будто человек, выехавший покататься по окрестностям, появился на арене, толпа затаила дыхание. Ни звука не было слышно, пока Снежок объезжал арену кругом, кроме шороха копыт по песку и шума его дыхания. Когда он проходил каждое препятствие, над ареной царила тишина, прерываемая лишь стуком копыт при приземлении. Перед последним барьером у лошади не было ни одного штрафного очка. На глазах завороженных зрителей серый галопом помчался к сплошному препятствию, взмыл в воздух и пронесся над ним.
Когда его копыта коснулись земли, толпа взорвалась аплодисментами. Но Гарри их не слышал. Он слышал лишь то, что лошадь приземлилась неправильно. Слишком сильно подавшись вперед, Снежок задел задней подковой переднюю ногу, содрав шерсть и кожу. Опустив взгляд, он увидел кровь. В то же самое время Йоханна вскочила с места и побежала к забору.
Гарри соскочил с лошади и быстро повел ее в конюшню, Йоханна и дети пошли за ним. В стойле Гарри наклонился и осмотрел рану. Это было глубокое рассечение вдоль бабки, слишком широкое для того, чтобы наложить шов. Кожа на бабке закрывает лишь кость и сухожилия, там нет жира, который мог бы смягчить удар. Любая рана могла оказаться серьезной, а Гарри по собственному опыту знал, что настолько глубокое рассечение на ноге приведет к отеку. Бабка лошади, часть ее тела, которая соединяет путовый сустав – лодыжку – с копытом, принимает на себя основной вес лошади при приземлении, и если она опухнет, то напряжение сустава не позволит лошади прыгать.
Йоханна видела разочарование Гарри, но ничего не сказала. Гарри и Снежок могли выиграть чемпионский титул на завтрашнем финальном соревновании, но теперь, похоже, с этой мечтой придется распрощаться.
Гарри умел справляться с ранениями лошадей. Он осторожно ощупал рану, а серый спокойно склонил голову и фыркнул, будто хотел показать: он знает, что Гарри пытается помочь.
«Что ты будешь делать? – спросила Йоханна. – Ты не сможешь завтра выступать».
Но Гарри еще не отчаивался. Он знал, что если приложить к ране лед, то, возможно, удастся избежать отека. Хотя шансы были невелики.
Шеф остался с отцом, а Йоханна отвезла маленьких детей домой. Гарри и Шеф сели в грузовик, чтобы поискать заправку с машиной для изготовления льда. Гарри купил несколько мешочков льда и старую автокамеру.
Вернувшись в конюшню, Гарри наполнил шину льдом. Он примотал ее к раненой ноге и уселся рядом со стойлом, принявшись ждать вместе с сыном. К обеду Йоханна вернулась, чтобы забрать домой Шефа. Мальчик не хотел уезжать, но Гарри настоял. После этого Гарри остался один на один с лошадью в темном стойле, наполненном сеном. Иногда он говорил лошади одно-два слова на голландском, но большую часть времени он молчал, и царила тишина, лишь лошадь иногда переминалась с ноги на ногу, шурша сеном.
Каждый раз, когда лед начинал таять, Гарри менял шину. Снежок спокойно наблюдал за ним и стоял, не двигаясь, пока Гарри занимался раной. Остальные наездники спали в мотелях или веселились на вечеринках, а Гарри оставался в конюшне и смотрел. Когда у него закончился лед, он съездил на заправку, чтобы купить еще.
Ночью Гарри спал лишь урывками, следя за Снежком. У него ныли мышцы. Когда ранним утром прибыли грумы, он проснулся – все тело болело, от того что он спал в углу, прижавшись к деревянным стенам стойла. Гарри посмотрел на небо – начинался рассвет. Настало время посмотреть, что случилось с раной. Гарри провел ладонью по ноге лошади, ощупывая ее между сухожилием и берцовой костью, путовый сустав и бабку, где все еще чувствовалась свежая рана. Осторожно касаясь бабки, Гарри осмотрел ногу лошади. Под пальцами он ощущал лишь мышцы – ни следа отека.
После того, как Снежка накормили и расчесали, Гарри вывел его из конюшни на тренировочную арену. Затаив дыхание, Гарри отстегнул веревку и отпустил лошадь. Снежок поскакал рысью, довольный тем, что вышел из стойла, несколько раз тряхнул головой. Гарри внимательно наблюдал за Снежком в поисках характерных признаков хромоты, но не видел их. Наконец Гарри позволил себе выдохнуть с облегчением.
Однако все еще нельзя было сказать, сможет ли Снежок принимать участие в соревнованиях. Когда лошадь прыгает, при приземлении все тысячи фунтов ее веса приходятся на передние ноги. Чем выше забор, тем больше нагрузка на них. Раненая лошадь будет двигаться неровно, а значит, может потерять равновесие, что повлечет за собой более серьезные ранения или падение.