Около доспехов ребята задержались на несколько минут, выбирая подходящее оружие. Прикинули в руках несколько алебард, протазанов и глеф, пока не остановились на самой лёгкой из последних. Критически оценив все предоставленные конструкции на вес и габариты, парень выбрал оружие, исходя из своих сильных сторон: скорости, манёвренности и разнообразии приёмов. Колюще-рубящее лезвие и относительно небольшое древко в метр с хвостиком позволяли их реализовать.
Гарри, конечно, немного вытянулся за последний год и даже начал слегка раздаваться в плечах, но по-прежнему оставался нескладным и не слишком рослым подростком - ворочать тяжелым оружием ему было неловко. В общем, нужно было что-то для двух рук, чтобы добавить удару силы, но при этом не запредельной для эффективной работы массы. А мечи древних рыцарей оказались просто неподъёмными: одноручные - из-за хвата, поскольку при вроде бы нормальном весе без тренировки таким одной рукой нормально не помашешь, а двуручные… «М-да, похоже, единственный человек, которого я смогу этим убить - исключительно я сам», подумал Поттер, скептически глядя на здоровенный заточенный лом в руках.
Гермиона спрятала в сумку мантию-невидимку, после чего ребята перекинулись в свои аниформы и побежали на выход. Выскользнув из замка через один из лазов, они пробрались за пределы ограды, вышли из-под антиаппарационного купола и под густой ночной тенью давно знакомой группы деревьев вернулись в человеческий вид.
- Помоги тебе Мерлин, - напутствовала девушка, после чего, держа в руках оружие, Гарри аппарировал, не заметив, что подруга в последний момент ухватилась за него.
Комната из видения - камин, перед которым в кресле скрючился большой, размером с младенца, человеческий эмбрион. Назвать это существо ребёнком у молодых людей язык бы не повернулся. В это омерзительное тельце парень тут же вонзил широкое лезвие своего оружия, оставившее рану чуть ли не в полтушки, а Гермиона алебардой прижала к полу шею дремавшей рядом огромной змеи. Ну, как прижала, скорее уронила, сумев, однако, вложить движением корпуса в первый удар свой вес. Ни коротышки, ни Барти Крауча в этом помещении не было.
Сделав пару секущих ударов, располовинивших гомункулуса, Гарри пригнулся, пропуская над головой горизонтальный удар змеиного хвоста, волной воздуха взлохматившего волосы на макушке, подскочил к подруге и вместе с ней аппарировал обратно к Хогвартсу.
- Ты хитрая и коварная ведьма, - сказал он, едва встав ногами на вполне ещё мягкую сентябрьскую траву. Впрочем, ни укора, ни хотя бы язвительности в его голосе не было.
- А ты шовинист, как и все мужчины, - улыбнулась Гермиона. - Помнишь, в сне перед матчем ты видел картинку с очень низкой позиции? Ниже подлокотника кресла. И доложил хозяину о прибытии маггла на парселтанге. То есть наличие змеи можно было предположить.
- Я ждал присутствия коротышки или Барти. А когда не увидел ни того ни другого, нанёс ещё пару ударов для надёжности. Хотя планировал только один. Думаю, ты меня спасла, - признался юноша. - Слишком я сосредоточился на том, чтобы нанести как можно больше гарантированно смертельных ранений.
Свернув плечи и поникнув головой, Гермиона тряслась в объятиях своего парня, словно от холода.
- Думала, ты скандал мне закатишь. Разругаемся, - невпопад произнесла она. - Я разозлюсь, надуюсь и заставлю тебя вымаливать прощение за резкости, которых так и не дождалась.
- Где ты спрятала алебарду? Чары внутреннего расширения? В рукаве?
- Дезиллюминационные, - девушка всё ещё чувствовала себя замёрзшей и отвечала лаконично и безжизненно. - Эту змеюку сталь не брала! - воскликнула она совсем другим тоном. - Ни остриём навершия не проколола, ни рубящим лезвием не рассекла. И удержать я её смогла недолго, только пока эта тварь кольца перекладывала. Навалилась на этот дрын, просто упала и прижала собой, а она всё равно… А какая она страшная!
- Я вообще удивлён, как ты сумела дотащить такой тяжеленный ковыряльник, - неуклюже попытался разрядить обстановку Поттер. - Боюсь представить, чего ещё открою в тебе интересного после начала совместной жизни!
Несколько минут Гарри поглаживал спину подруги, шепча на ушко ласковые слова. Вообще-то его тоже изрядно плющило, но уж тут приоритет явно принадлежал вопросу не его душевного равновесия.
***
Оружие почистили заклинаниями и вернули прежним владельцам. А потом проникли в кабинет директора и затаились под шкафом и секретером - чутьё подсказывало, что их действия должны непременно вызвать последствия, которые не пройдут незамеченными самым авторитетным волшебником современности.
Дамблдор что-то колдовал с штуковинкой, позвякивающей на одной из полок. Из под шкафа не так-то много можно разглядеть, но чуткие уши котов запоминают акустические картинки мест, где они бывают. Так вот, в звуковом “пейзаже” директорского кабинета явно произошло изменение.
Мягко полыхнуло в камине пламя - очевидно туда бросили щепотку летучего пороха.
- Северус! - прошелестел голос директора. - Загляни, пожалуйста, ко мне.
- Да, Альбус! - спустя минуту откликнулся зельевар, появляясь из камина. Голос не сонный, но с явными нотками недовольства: видимо, опять полуночничал, с чем-то экспериментируя.
- Давай осмотрим твою метку. Хм, она побледнела, ты не находишь?
- Действительно, - судя по тону, гость, как и хозяин кабинета, был немало озадачен. - С начала лета наливалась цветом и становилась рельефней, стремясь к тому состоянию, в каком была при живом Тёмном Лорде. А тут вдруг снова стала еле различимой, как тогда, в ноябре восемьдесят первого, - пробормотал Северус Снейп. - Что же произошло?
- Думаю, у Тома Риддла появился очень опасный враг, - глухо вздохнул Дамблдор. - Хорошо бы узнать, кто это, и какие цели преследует? Ты ведь понимаешь, что нам ни к чему вместо известного Тёмного Лорда неизвестный.
- А почему вы полагаете, что этим врагом является именно кандидат в новые властелины? - поинтересовался Ужас Подземелий.
- Почерк. Очень характерная манера действий, - тоном знатока разглагольствовал старик. - Расправа с Пожирателями на чемпионате мира по квиддичу была поистине ужасной. Даже, на мой взгляд, показательной. Словно кто-то громогласно дал понять, насколько опасно оказывать поддержку сошедшему со сцены лидеру. А тут вдруг неожиданная и негласная расправа над самим этим лидером, - директор откинулся на спинку кресла, пальцы отстучали короткую дробь по столешнице. - Что, кстати, говорит о немалом опыте неизвестного - сумел ведь найти!
- Полагаю, неизвестный пока не уверен в своих силах, - предположил зельевар. - Но цели перед собой уже видит ясно и настойчиво к ним стремится. Кто же это? Судя по эффективности действий, должен быть кто-то из старых семей. Неужели Блэк? Ведь его так и не поймали.
- Всё может быть, мальчик мой.
На этом разговор увял. Сложилось впечатление, что Дамблдор с удовольствием выслушивает любые версии, но не торопится озвучивать свои.
***
На следующий день после урока зельеварения Северус Снейп попросил задержаться Поттера и Грейнджер.
- Итак! Вы прислали мне записку с просьбой уделить вам несколько минут для приватного разговора, - произнёс он неприязненным голосом, едва последний из учеников покинул аудиторию.
- Сэр! Из разрозненных источников нам стало известно, что существует раздел магии, занимающийся воздействием на сознание, в частности на память, - без вступления начала Гермиона. - Те, кто вырос в волшебных семьях, наверняка хотя бы фрагментарно осведомлены об этих направлениях магии, но нам, воспитанным обычными людьми, не у кого спросить ничего на затронутую тему. Не могли бы вы хотя бы намекнуть, в каких разделах библиотеки искать, и за какие термины зацепиться?
- Подробней о том, что вам известно, - нахмурился зельевар.
- Известно, что волшебники умеют стирать память, но не всю сплошняком, что превратило бы человека в овощ, а определёнными участками, - вступил в разговор Гарри. - Известно любовное зелье, вызывающее в человеке вполне определённые намерения. Веритасерум, восстанавливающий в мозгу повреждённые или ослабленные связи и снимающий барьеры, заставляющие человека скрывать правду. Непростительное заклинание “Империус”, подчиняющее волю, “Конфундус”, сбивающий логический ход мыслей. Наконец, довелось как-то раз услышать про подсаженные воспоминания.