Владимир Иванович, оказавшись в какой-то непонятной ему обстановке с какими-то знаками, оберегами, куклами, шарами, бусами, ковриками и занавесками, как-то усомнился в том, что напиток будет обыкновенным, отказать совсем не рискнул, потому и попросил:
- А можно просто стакан воды?
- Хорошо, - согласилась секретарь и вышла.
Не прошло и двух минут, как в комнату со стаканом воды вошла другая женщина, облачённая в какую-то тёмно-зелёную тогу. Вьющиеся рыжие волосы были связаны таким же зелёным шарфом. Она протянула ему воду и спросила:
- Почему вы называете себя следователем? Вы имеете дело со здоровьем человека. Вы врач?
Владимир Иванович был озадачен такой проницательностью экстрасенса. Неужели экстрасенсы действительно способны на чудеса?
- Простите за обман. Мне хотелось как можно быстрее попасть к вам на приём.
Василина села напротив и внимательно вгляделась в лицо Владимира Ивановича.
- Мне кажется, я вас уже знаю, - произнесла Василина, окончательно озадачив Владимира Ивановича.
- Вы ошибаетесь, я вижу вас впервые, - он попробовал возразить Василине.
- Воочию – да. Мы не встречались. Но я вчера искала вас среди мёртвых и не нашла. Поэтому сказала той, которая хотела узнать , где вы похоронены, сказала, что вы живы, чем не только удивила её, но и сильно озадачила.
- А почему вы решили, что речь идёт обо мне?
- Просто – знаю.
- А кто была эта женщина, которая интересовалась мною?
- Ваша дочь. Вы ведь пришли тоже узнать что-нибудь о ней?
- Да. Её зовут Катя. Она ведь и раньше приходила к вам?
- Вы правы, - ответила Василина, - я с ней давно знакома. Очень чистая
душой девочка. Но её окружают отягощённые грехом люди. И вы в том числе.
- Я не буду с вами спорить, - сказал Владимир Иванович, - но мне бы очень хотелось знать, а что с ней случилось? Где её искать?
- С ней всё в порядке. Ей никогда не было так спокойно, как сейчас. Она даже счастлива. Она светится надеждой на будущее. Но это не связано с теми, кто был до недавнего времени в её судьбе. Совсем недавно она как будто переключилась на новую программу в своей жизни. У неё всё хорошо.
- А где же её искать?
- Она не хочет, чтобы её искали.
- Почему вы так решили?
- Знаю. Вижу. Чувствую.
Василина встала, давая знать, что разговор окончен.
- Подождите! А как же мне быть? Что мне-то делать? Я хочу её увидеть…
- А вам ничего не надо делать. Ваши попытки что-то сделать для этого не увенчаются успехом, - Василина направилась к выходу.
- Подождите! Скажите хотя бы , я ещё увижу её?
- Всё в руках Господних. А Господь вряд ли захочет, чтобы она страдала.
- Она не будет страдать! Я жизнь положу на это!
- Какую? Ту, что была? Так она уже лежит на другой чаше весов: во имя её страдания. Разве не так? А другой жизни у вас пока нет…
И вдруг Василина остановилась, обернулась и сказала:
- Она сама придёт к вам. Когда почувствует, что ничто в вас не омрачит её чистой души. Ни ваши чувства, ни ваши мысли, ни ваши деньги… Вы сможете соединиться с ней, когда станете равным ей. Во всех отношениях.
Владимир Иванович не нашёл, что ответить, но успел спросить, пока она не ушла:
- Я что-то вам должен?
- На выходе из дома стоит картонный ящик, можете оставить свою плату в нём.
- А сколько?
- Во сколько оцените мою помощь.
Владимир Иванович достал из внутреннего кармана наличные деньги, выбрал самую крупную купюру и опустил в отверстие картонного ящика.
Никогда он не чувствовал себя таким опустошённым и ненужным самому себе. С тех пор, как он понял, что у него есть дочь, он уже не мог представить своей жизни без неё. А, если послушать эту Василину, то в этой его жизни Кате просто нет места. Кате, у которой чистая душа. Готов ли он жить своей жизнью, связанной с Семёнычем, построенной на фундаменте из денег, происхождение которых с некоторых пор просто перестало его беспокоить? Да, в этой замечательной клинике он честно делал свою работу, он хороший профессионал… Но … Как смыть со своей души грязь грехов? Чтобы получить доступность к Катерине?
Он сел в машину с решительным желанием изменить жизнь.
- Куда дальше? – спросил его Бравый, - искать Пашку?
- Нет, - твёрдо ответил Владимир Иванович, отвези меня домой. Да и зачем ему теперь этот щенок? То, что он не достоин Кати, было видно даже невооружённым глазом Владимира Ивановича. Он мысленно сопоставил себя и Пашку, разные, конечно, но одинаково недостойны Кати.
И почему он так поверил Василине? Кто она такая? Ведьма обыкновенная… Ему ли к ней прислушиваться?... Стоп! Умерь гордыню, человек! Эта ведьма оказалась сильнее, нет-нет! не сильнее… Больше, вот так будет вернее, она оказалась больше, чем ты, как человеческая личность. Настолько больше, что легко определила тебя и дала оценку, не оскорбительную, но объективную. Как будто смотрела откуда-то свысока. Так, что видела картину гораздо шире. И ей не понадобилось много слов, чтобы всего какими-то двумя перевернуть всё его сознание. Глаза! Да! Слова только намекали на смысл, а глаза Василины говорили, говорили на каком-то особенном языке, который знают все, но не хотят говорить на нём, он требует чистоты сознания и истины. Почему людям кажется, что легче жить обманывая, лукавя, скрывая правду, скрывая свои мысли и переживания? Это же совсем не легче. Хотят себя уберечь от такого же обмана? Обид? Неискренности? И как раз это всё получают в ответ… Но они же готовы! Готовы отбиваться! И, может быть, даже победить! А в чём победа-то? Да и разве такая победа может сделать счастливым?