Теперь я вспомнила, где его видела.
Во-первых, в фильмах. Он обычно играет в любовных драмах тех самых “хороших парней”. Должна сказать, у него это хорошо получается с его внешностью и обаянием. Волосы у него подняты вверх, лицо миловидное и вечно-улыбчивое. Яркая мимика и много жестикуляции — очень хорошая комбинация для актёра. Думаю, его участие в фильмах умножало шанс кинокартин на успех. А во-вторых, я его видела на кастинге. Он сидел в середине зала, подальше от Дастина и Долорес, но запомнить его лицо я всё-таки смогла.
Получается, если меня выберут, то мы будем играть вместе.
— Приятно познакомиться, Альберт. Вы отличный актёр, думаю вы прекрасно справитесь с этой ролью, — улыбнулась я.
— Спасибо, Ария. Вы давно…
Закончить Альберт не успел, потому что позади меня послышался разъярённый крик.
— Пошёл вон, — коротко и громко выплюнул Дастин Ричардс.
Крик принадлежал не ему, а какому-то толстому мужчине, который лежал на полу и размахивал руками.
— Ты об этом пожалеешь, Ричардс! Я тебя засужу, скотина ты эдакая! Думаешь, тебе всё сойдёт с рук, а?
Только в этот момент я заметила, что у мужчины был расквашен нос, из которого сочилась кровь прямо на мрамор под ним.
Дастин повернулся в мою сторону и, приподняв бровь, спросил:
— Стоукс? За мной.
Не подождав меня, он отправился в неизвестном мне направлении. Я лишь успела кратко попрощаться с Альбертом, схватить телефон с дивана и помчаться вслед за Дастином. К человеку на полу уже подбежала Хлоя с ресепшена и пыталась остановить кровотечение. Большего я увидеть не смогла, так как уже была у лифта с Ричардсом.
— Мистер Дастинс… То есть, мистер Ричардс, мне сказали, что у вас было занято, поэтому я ждала в холле.
Открылись двери лифта и он, словно приказывая, как тогда, на кастинге, сказал:
— Заходи.
Снова этот тон. Он полностью подчинял себе и отбрасывал посторонние мысли.
Только здесь и сейчас. Только его голос. Только его приказ.
Я послушно зашла внутрь, он последовал за мной и двери закрылись. После того, как Дастин нажал на кнопку “16”, лифт стал двигаться вверх.
Какое-то время мы стояли в молчании, лицом к дверям. Но когда кабина прошла пятый этаж, Дастин спросил:
— Скажи, разве я похож на идиота?
— Что? — лупая глазами и недоумевая, спросила я. Почувствовав, как учащается пульс, я нервно сглотнула.
— Я, кажется, задал простой вопрос. Я похож на идиота, Ария? — повторил он с ещё большим давлением в интонации.
— Нет, не похожи.
— Тогда, вопрос номер два. По-твоему, я настолько ничего не значу и не имею связей, что не могу созвониться с известными режиссёрами города и разузнать снимается ли у них актриса по имени Ария Стоукс?
Продолжая давить на меня, он повернулся в мою сторону и сделал шаг ко мне. В поиске спасения я попятилась назад и упёрлась в стенку лифта. Как жаль, что стены здесь не резиновые.
— Я жду ответа, — выдал Ричардс.
Он не прикасался ко мне, нет. Ему не нужно было касаться меня чтобы донести сказанное. Он делал это мастерски своим голосом, и этого было достаточно.
Его рубашка была расстёгнута у груди, и моему взору открывались его ключицы и мощная шея. От его силы становилось не по себе, поэтому я решила ответить чтобы быстрее закончить всё это.
— Нет…
Он нагнулся к моему уху и полушёпотом задал третий вопрос:
— Зачем ты мне наврала? — одна его рука коснулась моего бедра с внутренней стороны и стала подниматься вверх,— М-м?
— А-ах, стой… — выдохнула я, не понимая из-за чего больше: шока или возбуждения.
— Мне убрать руку? — издевательски спросил он и вправду остановил её движение.
В ответ он не получил ответа, а лишь тяжёлые вздохи, поэтому поднял её до самого конца, отодвигая ткань трусиков…
— Я не терплю лжи, Стоукс, — сказал он, пробиваясь пальцами в меня, отчего мне пришлось схватиться за его шею. — Я не разрешал тебе касаться меня.
Меня как током ударило, поэтому я убрала руки. Уже чувствуя, какой влажной я была под платьем, мне захотелось выть.
Как же я его хотела в эту секунду. Хотелось вывернуть душу, отдаться ему до кончиков пальцев и следовать его повелительному тону.
Лифт остановился и произвёлся звук.
Шестнадцатый, мать его, этаж.
Дастин убрал свои грубые пальцы из меня и сделал шаг назад. Двери открылись и, слава богу, за ними никого не было. От возбуждения, у меня подкосились ноги, и, не устояв на каблуках, я упала на колени.