Какое паршивое ощущение осталось после всего этого. Хуже уже некуда.
— И, Ария, — остановил меня Ричардс, когда я уже открыла входную дверь. — Мои фильмы — это мои дети. Если ты хоть попробуешь их обидеть, например, испортив что-то или не явившись на съёмки, я этого просто так не оставлю.
Вот теперь уже точно, хуже некуда.
Глава 7.1: Мотор!
— Милая, открой ротик пошире, — приказали мне.
Я сидела в мягком кресле уже около десяти минут, пока на моё лицо нежно наносили грим. Никогда не любила этот процесс, визажист мастерски-быстро наносила нужные средства макияжа своими кистями, что оставалось совсем чуть-чуть. Точнее, оставались губы, на которых должна была красоваться ярко-красная помада, и на этом всё.
— Ну что за красавица! Я бы тебя весь день красила, честное слово, — заключила визажист, улыбаясь и продолжая наносить штрихи.
Комплимент меня расслабил и я немного улыбнулась, растягивая кожицу. Думаю, так ей будет удобнее наносить макияж.
С нашей последней встречи с Дастином прошло три дня. Всё это время он со мной никак не связывался, и это, признаюсь, настораживало. Нам с Кристиной даже показалось, что мне нашли замену, но электронное письмо со сценарием и обновлённым контрактом, пришедшее от Долорес, нас успокоило. Однако больше меня беспокоил совсем другой момент. Как мне теперь общаться с Дастином после всего того, что между нами было?
— Надо было тебе в модели идти, а не в актрисы, — посоветовала визажист, усмехаясь.
Наверное, стоило так и сделать. Не было бы никакого Шона, проблем с финансами и перепихона с Дастином.
Я помню, Кристина наказывала мне “забить” на всё и жить спокойно, но как, если теперь я фактически сексуальная партнёрша своего режиссёра? Он может в любой момент позвать меня к себе и взять меня, где захочет. Такова была плата за аванс. Это заставляло меня нервничать.
Выйдя из раздумий, я осмотрела пространство вокруг. Павильон, где сегодня мы должны были снимать первую масштабную сцену фильма, был огромным. Массивные декорации были созданы специально для этого эпизода, в котором должен был фигурировать наш с Альбертом дуэт с кражей документа на аукционе.
А ещё мне предстоит сняться в моей первой в жизни откровенной сцене. Сказать, что я нервничала — ничего не сказать.
Суетливые представители разных профессий всё время переговаривались, решая какие-то вопросы. Наверное, теперь это будет становиться обыденностью, и нужно начинать привыкать к такому темпу.
— Почти закончила, милая, — объявила женщина, делая последние штрихи на моих губах.
Было ещё кое-что, о чём я думала. Почему Дастин взял именно меня? Не мог же он меня выбрать от балды, верно? На кастинге мне довелось увидеть девушек намного более красивых чем я, обладающих выразительными навыками актерского мастерства. Так почему же я? Просто потрахать и выбросить?
Может я ему… понравилась? Не примите меня за дуру, но то, как он целовал меня во время нашего последнего секса, это было… Не знаю… Чувственным? Он будто хотел что-то передать этим поцелуем, что-то сказать. А то, как он на меня смотрел, его прикосновения рук, его дыхание, когда он был со мной… Это же что-то значит?
Боже, что я несу?! Может всё дело в том, что он…
— Тебе нравится? — внезапно поинтересовалась визажист, довольно улыбаясь.
— Что нравится? — не поняла я.
— Ну не Майкл Джексон же! — пустила смешок женщина, — Грим, спрашиваю, нравится?
Я опустила взгляд на большое зеркало перед собой, и у меня чуть не отпала челюсть.
— Вау, вот это красота! — честно призналась я, поворачивая к зеркалу то одну сторону лица, то другую.
Мои волосы были аккуратно уложены в гламурные волны, которые плавно обрамляли моё лицо, создавая эффект загадочности. Ярко-красная помада выделяла губы, которые больше были похожи на две вишенки, делая их центром внимания. Грим подчёркивал глаза, делая их похожими на бриллианты, сверкающими в темноте. Всё это как нельзя лучше вписывалось в мою роль тайного агента на важном аукционе, где мне предстояло слиться с элитной массой людей.
— Ария! — воскликнул кто-то сбоку. Я сперва не поняла, кто это, но как только увидела знакомую улыбку, сразу узнала в человеке Альберта Хэмилтона. — Вы выглядите бесподобно!
— Альберт! Благодарю, кажется, вы выглядите не менее бесподобно, — заявила я и была права.
Он словно вышел со страницы какого-то модного журнала. Его смокинг из тёмного бархата подчеркивал стройную фигуру, а белая рубашка с чёрным бантиком дополняла эту чудесную композицию. Его лицо, как и в нашу последнюю встречу, продолжало излучать радость. Улыбка играла на губах, придавая его облику неповторимое очарование.