Короткое красное платье идеально подходило к ее рыжим локонам и подчеркивало её фигуру. Оно было ярким и немного пестрящим из-за своего цвета. А ещё оно идеально передавало главную черту характера Элисон — решительность. Оно демонстрировало доминирующую и дерзкую натуру хозяйки в обществе. На фоне моего простого белого сарафана в чёрную полоску, её прикид не оставлял мне шансов на победу в этом негласном конкурсе красоты.
Меня накрыла зависть неприятно-чёрного цвета.
— Ты тоже чудесно выглядишь! — улыбчиво прокомментировала Элисон, приглашая сесть за стол.
Мы ещё немного обсудили наши наряды, после чего Элисон подозвала официанта и назвала пару блюд из меню. Когда же речь зашла о напитках, обстановка накалилась.
— Мне бокал красного сухого вина, — начала Лиса, — а моей подруге…
— Сок! — резко оборвала я. — Апельсиновый, если можно, — неловко хихикая завершила я.
Больше ни одна капля алкоголя не попадёт в мой рот.
И что она сказала? “Подруга”? С каких пор мы подруги?
Элисон с официантом одарили меня негодующими взглядами, но всё же, заказ был сделан.
Как я раньше не замечала это заведение? Оно было на той же улице, что и наша киностудия и внешне выглядело весьма привлекательно. Интерьер был не менее великолепным: мягкие широкие кресла с диванами, паркет из светлого дерева, и много-много ваз с цветами. Летняя атмосфера парила в воздухе этого ресторанчика.
— Слушай, прости меня пожалуйста, — сложив руки у груди, произнесла рыжая Элисон.
— Ничего страшного… — солгала я, но она продолжила.
— Нет, “чего страшного”. Я была подшофе и не совсем отдавала отчёт своим действиям. Не стоило нам с Альбертом заставлять тебя играть. Повели себя как дети, ей богу.
Это было мягко сказано, но я всем видом пыталась выразить сочувствие к Элисон. Хоть и наигранное.
— Альберт тоже не находит себе место, боится к тебе подойти в студии. Постарайся извинить нас с ним.
Это стало для меня открытием.
Альберта грызла совесть за то, что он сделал? Значит, он всё-таки не совсем конченный мерзавец. Но раз уж он так мучается, то мог бы и извиниться лично, а не через Элисон.
— Я сама была выпившей, так что всё нормально. Всякое бывает, — решила подытожить я.
— Ты не злишься?
— Немного, но мы ведь теперь подруги? — решила уточнить я. — А подругам надо уметь прощать друг друга.
— Конечно, — игриво смеясь ответила Элисон.
К этому моменту нам уже принесли заказ: лёгкий греческий салат, два стейка с гарниром из овощей и напитки. Красное вино с апельсиновым соком.
Я была чертовски рада, что счёт был на Элисон. Блюда явно были дорогими и сильно бы ударили по моему кошельку.
— Господи, как это вкусно, — прокомментировала я, обмакивая кусочек мяса в ежевичном соусе и отправляя в рот.
— Ещё бы, это мраморное мясо, — усмехаясь ответила Элисон.
Меня вдохновляло то, что она могла позволить себе такие деликатесы. Но одновременно меня это настораживало. Она работала ассистенткой Дастина, и я не думаю, что помрежи нынче много зарабатывают. По её словам, она раньше была режиссёром, может поэтому она могла так шиковать на обедах?
Подозрительно.
— Как идут съёмки? Есть сложности? — поинтересовалась Элисон, отпивая красное вино.
— Нормально. Завтра снимаем вторую масштабную сцену. Надеюсь, всё пройдёт гладко, — ответила я.
— Ну, на счёт “гладко” я не уверена. С Дастином так не бывает, — хитро улыбнулась она, откидываясь на спинку своего мягкого дивана.
Имя Дастина Ричардса стало триггером для меня. Где бы я ни слышала его, и где бы ни видела, всегда реакция была одна — резкое напряжение. Мне кажется, если бы мне читали какую-то двухчасовую лекцию и произнесли бы там “Дастин”, я бы и там на него отреагировала из всего этого потока информации.
Вот и теперь, в крови забурлил адреналин. Желая поскорее избавиться от нарастающего стресса, я попробовала провернуть уже известный трюк:
— Ой, Элисон, а можешь ещё рассказать про стейк? Ты случайно не знаешь, как его готовят?
Однако на этот раз попытка не удалась.
— Ария, почему ты так упорно пытаешься сменить тему, когда я начинаю говорить о Дастине? — придвинувшись вперёд поинтересовалась Элисон. — Он тебя напрягает, да?
Клянусь, я хотела в ту же секунду сказать нет, и уже даже открыла рот, но… не смогла. Третья ложь за сегодня не сошла мне с рук.
Я опустила взгляд на тарелку и глубоко выдохнула, пытаясь сбросить напряжение. Элисон заметила мою реакцию и заговорила более тихим тоном: