— Я не люблю плакать, — она шмыгнула и закрыла глаза, позволив слезинкам упасть. — Это заставляет чувствовать себя жертвой, а я не жертва.
Дарла покачала головой.
— Плач не делает тебя жертвой, Эмма, — заверила она, поглаживая девочку по спине, чтобы успокоить. — Ты становишься жертвой, когда позволяешь поражению захватить твою жизнь, вместо того, чтобы справиться и отпустить его.
— В слезах нет ничего плохого, — сказал Рафаэль. Когда она открыла глаза, он был на коленях. Его огромная фигура, казалось, заставила комнату сжаться. Его лицо было почти на одном уровне с ее, когда их глаза встретились. — Слезы — это дар Создателя его творениям. Они высвобождают эндорфины в твоей голове, которые помогают успокоиться и облегчить страдание. Они очищают глаза и снимают стресс, тем самым снижая давление крови и уменьшая нагрузку на сердце. Он создал тебя со слезами, а созданное им не может быть плохим. Слезы, которые ты сдерживаешь, нужны, Эмма. Пусть они падают и лечат, и каждая из них напоминает тебе, что ты не одна.
Глава 9
«Видеть во сне Рождество, в то время как на улице весна или лето, значит, что вы подсознательно вспоминаете давно забытые приятные детские впечатления. Видеть во сне Гринча, означает, что вы подсознательно хороните неприятные воспоминания.»
Серенити жестом указала Рафаэлю пройти с ней на кухню, как только Дарла уложила Эмму спать в комнате для гостей. По настороженному выражению лица ангела Серенити поняла, что он ожидает от нее очередной нагоняй за свое отсутствие в тот момент, когда Эмма в нем нуждалась. И хотя Серенити все еще злилась на него за это, она осознавала, что, от ее крика события этого вечера не изменятся. Она хотела поговорить о чем-то куда более важном.
— Завтра Рождество, — Рафаэль просто стоял и моргал. Серенити закатила глаза. — В этот день Санта оставляет подарки под елкой для маленьких мальчиков и девочек.
— Эмма не получит никаких подарков в доме тети, я уверен, — мрачно произнес Рафаэль.
— Да, я знаю. Мы кое-что припасли для нее от нас, но мы же не хотим, чтобы она думала, будто Санта забыл про нее, правда?
— Ты хочешь, чтобы я пошел и купил ей подарок?
— Динь, динь, динь, приз для ангела в студию, — сухо произнесла Серенти. — Да, мы хотим, чтобы ты купил ей подарки, — она протянула ему список и немного денег, но он взял только листок.
— Мне не нужны твои деньги.
Серенти нахмурила брови.
— Уверен? Ты же понимаешь, что эти вещи не бесплатные. Ты не можешь прийти и сказать: «Эй, я ангел, так что дайте мне все, что я хочу».
На этот раз Рафаэль закатил глаза. Серенити не смогла сдержать смешок — слишком человеческим был этот жест.
— Я провел на Земле гораздо больше времени, чем ты. Веришь или нет, но мне без проблем удалось постичь идею торговли и товарообмена.
Глаза Серенити расширились.
— Ты только что использовал сарказм? Ничего себе, я впечатлена. Это было немного неуклюже, но ты делаешь успехи.
— Я даже не подозревал, что пытался делать успехи.
— Рафаэль, любому из нас есть чему поучиться. А теперь, как бы ты ни любил поболтать, тебе пора. Покупки ждут.
— Не люблю я болтать, — возразил Рафаэль, слегка нахмурив лоб.
— Мы как-то отвлеклись, — выдохнула она. — Раф, это же был сарказм, смирись.
Он просто ненадолго задержал на ней взгляд, прежде чем исчезнуть.
— Куда он делся? — входя в кухню, спросила Дарла. Серенити давно не видела ее такой взволнованной.
— Во-первых, разве тебя не пугает, что человек, назвавшийся ангелом, просто берет и исчезает с твоей кухни? А во-вторых, я дала ему задание. Он будет Сантой.
Дарла улыбнулась.
— Отличная идея. А тебе, Серенити, нужно помнить, что некоторые события из нашей жизни заставляют нас знать о существовании другого, незримого мира вокруг. Я думаю, что Библия объясняет это как «Не забывай оказать гостеприимство странникам, ибо через них ты неожиданно примешь ангелов» Некоторые это просто знают, и все.
Серенити слишком устала, чтобы лезть в эту кроличью нору вслед за тетей. Дарла просто приняла все, как данность. Она не была сумасшедшей и все же легко восприняла существование сверхъестественного мира. Серенити снова подумала о Рафаэле и подарках. Девушка надеялась, что такой мелочи, как сделать Рождество для Эммы чуть радостнее, будет достаточно, чтобы залечить душевную рану, нанесенную девочке этой ночью. Но Серенити знала, что, надейся она хоть до второго пришествия, части невинности Эмму лишили. И поэтому девочка никогда не станет прежней.